Стрельба усиливалась с каждой минутой. Временами короткой прерывистой очередью рявкал автомат, порой раздавался взрыв брошенной чьей-то рукой гранаты. Среди ветвей свистели пули, калечили стволы деревьев. Юрек внимательно прислушивался и по шуму боя пробовал представить себе его ход.
Постепенно перестрелка затихала, переходя иногда в одиночный ружейный огонь. Наконец последний выстрел прогремел среди деревьев, и наступила такая тишина, что все случившееся минуту назад показалось плодом воображения. Лес стоял неподвижный, как и перед боем.
Напрасно Юрек старался уловить ухом какой-либо шум или признаки жизни в лесу. Сердце его вдруг сжалось от внезапной мысли: «А если?» Он не докончил этой мысли. Еще раз оглядел пустое и серое поле, затем осторожно довернул в сторону лагеря. Знакомые деревья и кусты говорили о том, что он стоял на нужном месте. Здесь никого не было. Юрек пробежал в одну сторону, затем в другую, однако не обнаружил никаких следов. Неожиданно он вздрогнул. Треск ветки под чьими-то ногами подсказал ему, что со стороны леса кто-то идет. Юрек спрятался за кустом.
Из-за деревьев вышел партизан. Мальчик подбежал к нему.
— Ленька!
Они оба обрадовались.
— Что здесь произошло?
— Не знаю.
Неподалеку стояла избушка лесника. Они побежали к ней. Лесник вышел к ним навстречу.
— Ищете отряд? Они ушли туда… — Он рукой показал направление.
Горец имел хороший обычай быстро, уходить от места недавнего боя. Они двинулись за ним.
Лесник движением руки задержал их. Остановившись, они увидели, что он запрягает телегу.
— Так будет быстрее…
Они проехали часть дороги и наткнулись на тыловое охранение. Юрек издалека заметил Здзиха и подбежал к нему.
— Черт возьми! — сказал он, запыхавшись. — Я находился на посту. Что произошло?
— Как что? Бой!
— Бой?
— А ты что думал? Не видишь?
Он указал рукой в центр колонны, Среди партизан шел человек в мундире власовца.
— Взяли его в плен?
— Да!
— О холера! А меня там не было!
— Трубка первый их заметил, — рассказывал Здзих. — Их было, вероятно, около ста человек. Горец не хотел вступать в бой. У него было другое задание, но власовцы ввязались сами. Ну уж коли так, то делать нечего. Мы подпустили их ближе, хотели, чтобы они приблизились еще, однако кто-то не выдержал, выстрелил. Ну и началось. Они залегли в поле, мы в лесу. Они короткими перебежками к нам, а мы открыли огонь по ним… Аж пыль столбом. А тот, — он указал на власовца, — прибежал сюда, мы его и взяли. Что же еще оставалось делать?
— А нас не сняли с поста…
— Ты должен охранять отряд, а не отряд тебя. — Но ведь был приказ.
— Приказ приказом, а думать ведь тоже надо!
Все это было очень сложно, и Юрек напрасно старался понять. Первый день в партизанском отряде — и сразу столько событий. Необходимо привыкнуть к жизни в лесу. Все выходило не так, как он это себе представлял.
— Направляющий, шире шаг! — крикнул Горец.
Партизаны шли быстро. Перед ними лежали десятки километров извилистых партизанских дорог.
Какая-то из них должна была привести к цели.