Открыв глаза, я увидел, что Дима с Лоем уже собрались и выжидающе смотрят на меня. Пора мол идти, читается в их глазах. Они оба ели что-то отдаленно напоминающее лепешки.
— Держи, — протянул мне Лой. — Это лембас.
Я кивнув принял этот самый лембас, и рассмотрел его лицо. Оно совершенно не изменилось, такое впечатление, что и не было вчера разговора. Вот что значит воин — долго на одном не зацикливается, все принимает спокойно, и старается не думать о бытии, его окружающем. Правильно — пусть всякие умники думают, ему главное, чтоб меч в руках был. В этом вся его жизнь.
Дима в облике Заареса, поднялся и пошел вперед по дороге. Мы с Лоем пошли за ним. Сегодня открытое пространство смотрелось уже не так пугающе, как вчера. Ничего, через пару дней мне это все вообще надоест, ко всему в жизни привыкаешь.
— Ты ешь, Фурок, — посоветовал мне Лой.
Я не сразу понял к кому он обращается. Потом посмотрел на лембас в моих руках, и решил, что позавтракать действительно не помешает. На вкус он был довольно приятен, можно сказать, что сладкий, только гораздо более питательный. Надо рецепт, что ли у Димы спросить.
Привал мы сделали только после обеда, когда увидели, что на небе наконец-то появились птицы. Первым их заметил Лой, и указал на это нам. И Заарес дал знак садится, что я с удовольствием и сделал.
— Ну что, Лой, я думаю, нам пора разобраться с оборотнем в тебе. А то это добром не кончится! Через неделю полнолуние. Я не хочу проснуться в твоем желудке.
Нашел то же мне проблему — создаст себе нового Заареса, и будет жить дальше как ничего не бывало.
— А что ты можешь сделать? — с надеждой спросил Лой.
— Ну скажем так: полностью излечить тебя от этого я пока что не могу. Но зато могу сократить время твоего пребывания в облике оборотня до пары часов.
— Мне и пары секунд хватит, чтобы тебе горло перерезать, — улыбнулся Лой.
— Верю, но можно сделать, сделать чтобы ты превращался не в волка, а во что-то более миролюбивое.
— Во что например?
— Ну, я не знаю. Подожди пару минут, я все сделаю.
И он исчез. Просто растворился. Мы с Лоем с удивлением смотрели на то место, где он только что был.
Появился он только через пару минут. И выглядел ужасно довольным. Того и гляди захохочет. Я сразу понял, что тут что-то не так.
— Ну парни, все готово, быть тебе оборотнем ровно два часа, начиная с восьми утра в первый день полнолуния. Порадуйся.
— А кем мне быть? — насторожился Лой. Явно ему Димино поведение не нравилось.
— А вот это ты узнаешь через неделю. Не волнуйся, тебе понравится.
Мне аж интересно стало, надо будет Диму расспросить, когда выйдем из виртуалки. Похоже, что через неделю, он намеревается, вдоволь повеселится.
— Ладно парни, передохнули, да пошли дальше, — сказал Лой, ему не хотелось думать о неприятных для него вещах.
Теперь он стал спереди, а мы с Димой шли за ним, и Дима пытался меня научить доставать из воздуха сигареты, только не слишком успешно. К концу дня горы заметно приблизились, и Лой сказал:
— Если не сбавим скорость, то завтра к вечеру дойдем до гор.
Дима кивнул ему, в знак согласия.
II
С большим трудом я смог выплыть из глубокого сна. Во всем теле было странное опустошенность. Где я нахожусь? Только через несколько минут я понял, что лежу в постели в нашем с Димой гостиничном номере. Но как я тут оказался я вспомнить не мог. Воспоминания о последних нескольких днях восстанавливаются с огромным трудом.
Дима ошибся — мы подошли к горам только на третий день. Дорога буквально упиралась в отвесную скалу.
— Ну и что дальше? — спросил Лой, с некоторым сарказмом.
— Надо найти вход в пещеру, — устало ответил старец, под ликом которого скрывался Дима.