Тот, кто бегал и прыгал годами, а потом стал лишь сидеть и похаживать, — не сразу, не через месяц, а через год-другой-третий, но обязательно обнаружит, что суставы его ног превратились в скрипучие деревяшки, а сердце заплыло удушающим жиром. Образ жизни, который прекратился, обязательно, скоро или медленно, даст отдачу — в контраст, в собственную противоположность. Прекращенное действие переходит в противодействие. У бывших спортсменов происходит, очевидно, какая-то глубокая отмашка всех биомаятников — вся наработанная масса повышенного здоровья начинает ползти назад…
Но еще страшнее, когда назад уползает и смысловой пик жизни. И душа, и тело могут жить, только когда этот пик впереди — только впереди!..
Некому об этом заботиться, кроме нас самих.
Они это выбрали. А вот другое. Вот 89-летний марафонец, которого нельзя назвать стариком: человек без возраста, с юными сосудами. Он знает, что перестать бегать нельзя, потому что это значит перестать жить.
Вот ослепительно седой Чарли Чаплин, гений подвижности, ушедший под девяносто и не совместимый со смертью; он знал, что прекращать играть и снимать — нельзя: он держался и рос. Вот великая Балерина.
Сколько ей лет?.. Да какая разница! Она все та же, она все лучше.
Они держатся. Они продолжают и не прекращают развития.
Финиш может быть разным. Да, и это придет… Но это задумано как миг торжества.
Финал — в танце; финиш — на бегу; уход — в работе, в полете; воспарение — в наслаждении, в тихом сие…
Славный Поль Брэгг утонул, катаясь в океанских волнах на бревне, без малого 96 лет от роду.
Уже философия. Когда это изучается в курсе логики, все вроде бы ясно. С=А+В. «А» необходимо для получения «С». Но одного «А» недостаточно. Нужно еще и "В".
Понять в жизни труднее. Жизиь не складывается из А+В.
"Почему у меня повышенное давление и сердечные спазмы? Я не пью и не курю, делаю по утрам зарядку, по воскресеньям бегаю кроссы — разве этого недостаточно?"
Недостаточно, уважаемый. Вы едите чересчур много соли, мяса и хлеба, а двигаетесь все равно меньше, чем нужно; у вас хроническое воздушно-солнечное голодание; вы не овладели гимнастикой для сосудов, вы не прочищаете капилляры; наконец, вы внутренне напряжены и тревожны, вы слишком узко зависимы, вы суживаете свои сосуды узким отношением к жизни, не обижайтесь.
А если бы впридачу еще и курили, пили и лишили себя движения?! А что, если почаще ходить смотреть мультики?.. Нет, и этого недостаточно!! Срочно завести фокстерьера и бегать кроссы с ним вперегонки…
Недостаточно, сударыня. Необходимо, но недостаточно. Все вы делаете хорошо, живете гигиенически правильно, это и помогает держаться, честь и хвала. Если бы не делали — давно бы уже…
Может быть, нужна смена климата, а может быть, препарат, который еще и не изобрели. Чтобы прошли головные боли, следовало бы, вероятно, ввести в гимнастику новые упражнения, добавить самовнушение…
Чтобы прошла бессонница… Может быть, вы еще слишком молоды и темпераментны?..
Проза врачевания: надевая халат правоты, скрываешь чувство вины. Каждому хочется дать бессмертие.
Каждую книгу сделать исчерпывающей…
Недостаточность необходимого. Это наша видовая философия.
Точку ставить нельзя. Я видел и быстрые, как снегопад, постарения, и поздний, сладостно-затяжной возврат весны, которая вдруг обрывалась ударом грома. Наблюдал мгновенное повзрослеине и столь же мгновенное впадение в детство.
Есть времена года. Но есть еще и погода, могущая время опровергать, что, как известно, немаловажно для урожая. Есть запрограммированная дистанция жизни, от старта до финиша — пробег между двумя инобытиями. Но программирование не во всем жестко — программа открытая, подвижная и, может быть, включает в себя и какие-то антипрограммы. Есть гены и гены-"антагонисты". Есть характер врожденный, есть созданный обстоятельствами, судьбой и есть выработанный, саморожденный — последний, если и не всегда сильнее, то несравненно важней. Есть явный возраст, со всеми его непреложностямн н необратимостями. Но есть и другой возраст — таинственный, духообязанный, и он иногда снисходит на тело и торжествует над временем, над генами и врачами…
(!)
Не буду распространяться, как обрадовало и вдохновило меня ваше письмо. Вы просто молодец.
Жаль мне только, что не у всех столько духа, сколько у вас, и не всем желающим последовать вашему примеру доступны руководства, которыми вы воспользовались.
Стенокардия, при вас оставшаяся… Вы все понимаете.
Да, это память — и органическая, тканевая, и психичеекая, душевная. Но дух вы не потеряли, нет — дух при вас. Это ведь он с великим мужеством решил задачу, казалось, немыслимую, — вытащить вас из преждевременной погибели и инвалидности. Это дух дал вам новую жизнь. Но сейчас дух ваш ищет опору для другой жизненной задачи, которую ему предстоит решать…
Другую опору.
А именно — опору для принятия того всеобщего, но для каждого единственного факта, что с телом, своим временным пристанищем, духу так или иначе приходится расставаться.