— Итак, сопоставление ключей, добытых разными способами, показало, что алгоритм шифрования один и тот же. Это значит, что мы у цели — можно входить в терминал.
— Да, — кивнул Никотиныч и рассмеялся. — Зубы вставлю!
— Кто-то хотел лабораторию по интеллекту создавать, — напомнил Лобстер.
— Ну, это святое. Одно другому не мешает. Ты забыл одну важную вещь.
— Какую ещё вещь? — нахмурился Лобстер.
— Счета, на которые мы переведём деньги.
— Блин, как же я не подумал! — Лобстер сел на диван, растерянно посмотрел на Никотиныча.
— Да, — улыбнулся Никотиныч. — Ты тоже иногда бываешь «чайником». Где же мы их откроем, позвольте осведомиться, молодой человек?
Лобстер подавленно молчал.
— То-то! Ладно, не грузись. — Никотиныч подтолкнул его плечом, постучал себя указательным пальцем по лбу. — Голова-то — вот она. Ситуация под контролем. Человечек, который достал нам карты и кассету, открыл и счета. Я решил использовать оффшорные зоны.
— Нам надо будет их немедленно снять, пока Интерпол не наложил свою лапу! — сказал Лобстер.
— Что суетишься, Лобстер? Всё продумано. Деньги тут же, в соответствии с кредитными поручениями, уйдут дальше, а потом снова сольются в один поток и осядут на счетах фиктивной фирмы, якобы занимающейся поставкой нефти на их рынок. Президент компании — наш человечек. Когда обычный господин обналичивает несколько миллионов, это выглядит более чем подозрительно, но если солидная компания… Ни одна собака не найдёт. А когда у нас лаборатория будет…
— М-да, ну ты и жук! Когда только успеваешь! — подозрительно покосился на приятеля Лобстер.
— Тебе — взломы, мне — деньги, — пошутил Никотиныч. — Вопрос — когда?
— В пятницу вечером, — твёрдо сказал Лобстер. — Тогда в нашем распоряжении будет два дня.
— Пятница уже завтра, — напомнил Никотиныч.
— Ну и что, у нас всё готово. Осталась только линия. Поскольку я сейчас должен работать дома, этим займёшься ты. Когда все уйдут, подключишь «локалку» к внешней сети. А в понедельник вырубишь. Инструкции я тебе дам подробнейшие, не ошибёшься.
— Лобстер, ты что, охренел? Нас же за одно место повесят!
— Не успеют. Никакой утечки не будет, я тебе обещаю. Мы будем сидеть здесь, а ломать оттуда. Просто попользуемся скоростной линией — и всё!
— Ну не знаю, — Никотиныч покачал головой. — Я своей башкой рисковать не хочу! Они ведь нас даже судить не будут! Зароют где-нибудь в лесу, и поминай как звали!
— Хорошо, можем не ломать, — сказал Лобстер с издёвкой.
— Нет-нет, но почему же не ломать? — растерялся Никотиныч. — Давай без скоростной линии, по старинке, простенько так.
— Вот тогда-то нас точно повесят за одно место! — твёрдо сказал Лобстер.
Никотиныч тяжело вздохнул и задумался. Он ушёл на кухню, хлопнул дверцей холодильника, стал возиться с ужином. Лобстер смотрел какую-то идиотскую американскую комедию про инопланетян.
Неожиданно Никотиныч появился в дверном проёме. В одной руке у него был нож, в другом — очищенная луковица.
— Ну смотри, если только из-за тебя весь взлом сорвётся!..
— Не сорвётся, — уверенно сказал Лобстер.
На стуле сидела зарёванная Лиза. На ней не было ни красной шапочки, ни пальто, ни шарфа. Растрёпанные волосы стояли торчком. Напротив неё за письменным столом сидел усталый мужчина в штатском и что-то писал. На диване лежал выпотрошенный чёрный рюкзак: учебники, тетрадки, дневник, коробка «Сливочная помадка», несколько купюр среднего достоинства.
В комнату бесшумно вошла Хэ.
— Где? — спросила она у мужчины.