MoreKnig.org

Путешествие вокруг света на корабле «Нева» в 1803–1806 годах: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Автор: Лисянский Ю.



Шрифт:

Запасшись достаточным количеством плодов, я приказал всей команде выдавать по одному кокосовому ореху и по три банана в сутки на человека, а во время завтрака употреблять пивное сусло, чтобы этим заменить недостаток свежего мяса, которое с самого нашего отплытия из Бразилии случалось употреблять не более трёх раз.

20 мая. Ветры большей частью дули с востока и северо-востока так тихо, что сегодня мы были только на 6° с. ш. и 146°12 з. д. Следовательно, мы вторично перешли линию равноденствия [102]. В это время нам попалась акула длиною около 7 футов [2 м], которую тотчас разрезали и приготовили к обеду. Нельзя сказать, чтобы её мясо было совсем противным, так как оно понравилось всем матросам и офицерам, только я один считал его хуже мяса дельфина.

С 3 июня установились северо-восточные ветры, а погода, которая в минувшие четыре дня была переменной, превратилась в постоянную и приятную, так что мы ничего больше не желали, как только скорого прибытии к Сандвичевым островам. Весьма удивительно, что, вместо юго-восточного пассата, почти всегда, дул северо-восточный ветер, исключая несколько дней, которые, однако же, можно назвать случайными. Со времени нашего перехода через экватор из опыта я узнал, что не только воздух, но и вода сделались гораздо холоднее, а потому и не видно более ни птиц, которыми наши корабли были часто окружены в подобных этим широтах, ни рыб, кроме акул.

8 июня поутру в 9 часов увидели мы на северо-западе остров Овиги [Гаваи], а в полдень пеленговали восточную его оконечность.

Около 2 часов пополудни мы приблизились к берегам так, что могли удобно рассмотреть жилища, которых на оконечности находится довольно много. К нам приехали шесть лодок, в каждой из них было от двух до трёх человек. Первый из этих островитян, взойдя на корабль, приветствовал каждого встречного, говоря ему «гау-ду-ю-ду» и хватая за руку. Он, конечно, перенял эти слова у какого-нибудь англичанина, живущего на острове. Сперва я питал себя приятной надеждой получить от них какие-либо свежие съестные припасы, но в ожидании своём совершенно обманулся. Островитяне привезли к нам немного ткани и другие маловажные безделицы. Пролежав до 5 часов в дрейфе; мы наполнили паруса, чтобы на ночь, которая была пасмурной и дождливой удалиться от берега.

9 июня в 3 часа пополудни мы спустились к западу, а в исходе 11-го часа нам открылась юго-западная оконечность острова. Обойдя её, мы остановились на дрейфе против одного жилища, в ожидании ехавших к нам двух лодок. Обе они пристали к кораблю «Надежда». Первая привезла свинью весом около 2 1/2 пудов (40 кг), за которую привезший требовал сукна, но так как последнего на корабле не было, то её отвезли обратно на берег. Пробыв почти на одном месте до 4 часов пополудни и не видя никакого челна, мы опять удалились от берега на ночь.

10 июня погода стояла приятная, дул умеренный восточно-северо-восточный ветер, который потом повернул к северу и так стих, что подойти к берегу было никак невозможно. В полдень, имея южную оконечность острова на северо-востоке, мы делали наблюдения на 18°58 с. ш.

Сегодня Крузенштерн распрощался со мной, твёрдо решась в следующую ночь отправиться на Камчатку. Я было уговаривал его промедлить здесь ещё дня три, для снабжения свежей провизией, в которой он имел такой недостаток, что даже офицеры более двух месяцев питались одной только солониной. Но рвение этого человека и желание исполнить своё предприятие самым лучшим образом были непоколебимы. На мои представления он отвечал мне, что все матросы корабля «Надежда», по освидетельствованию врача, были совершенно здоровы.

В 8 часов вечера подул восточный ветер. Мы легли в дрейф, а корабль «Надежда» направил свой путь к юго-западу.

11 июня на рассвете ветер повернул к западу. С его помощью мы подошли к губе Карекекуа с намерением в неё войти, ибо по трёхдневному опыту мы узнали, что у берегов снабдить себя свежими продуктами невозможно. В это время юго-западный мыс острова Овиги находился от нас на западе-юго-западе, а северо-западный на северо-востоке. Около 8 часов приехала к нам лодка с англичанином Люисом Джонсоном из местечка, называемого Оери-Руа, лежащего неподалеку от юго-западной оконечности. На лодке был также мальчик Джордж Керник, природный сандвичский житель, который путешествовал с капитаном Пюжетом и жил в Англии семь лет. На мой вопрос, в каком положении находится ныне остров Овиги и можно ли на нём получить без затруднения и опасности потребные для нас припасы, Джонсон ответил мне, что здешний король, решаясь вести войну против острова Отувая [Кауаи], живёт теперь со всеми своими старшинами на острове Вагу [Оау], и что, хотя мы в Карекекуи не найдём никого, кроме простого народа, однако же будем приняты со всевозможной учтивостью. Он присовокупил, что в отсутствие короля главное управление имеет англичанин Юнг, который, хотя и живёт в нескольких милях от губы, однако, узнав о нашем прибытии, не замедлит к нам явиться. Несмотря на это уверение, я дал приказание, чтобы корабль был готов на всякий случай. За упомянутой лодкой явились ещё три, из которых на одной привезено было два поросёнка. Их нам уступили за 9 аршин [6 м] толстого холста. Я купил также несколько тканей за кусок пёстрого тика. Направляясь к северу, мы подошли к самому берегу и поворотили на другую сторону, так как ветер повернул тогда к северо-западу.

Хотя ветер и позволял нам направлять свой путь на северо-северо-запад, однако же без помощи течения, которое, как уверяют, здесь, у самых берегов направлено почти всегда к северу, было бы невозможно обойти южный мыс. Находясь в одной миле [1,8 км] от берега, я послал ялик и катер на буксир, а между тем старался пользоваться морским течением. В пять часов, обойдя южный мыс губы, я положил якорь на 17 саженях [31 м], где грунт был песок с ракушкой. Так как время уже начало склоняться к вечеру, то мы тотчас офертоенились [103]. При входе первая глубина была 40 сажен [73 м], вторая — около 36 [65 м], а третья — около 28 сажен [51 м], грунт — коралл с битыми ракушками; потом 22 и 17 сажен [40 и 31 м], а грунт — песок с ракушкой. Подходя к губе, я боялся, чтобы к кораблю не подъехало множество лодок, которые могли бы помешать нам в работе. Однако мы не видали ни одной по случаю табу, во время которого ни один человек не может быть на воде. После захода солнца, когда запрещённое время кончилось, к нам приплыли около ста женщин. Но так как я приказал ни одной из них не входить на корабль, то они и отправились обратно на берег, негодуя на свою неудачу.

12 июня. Вместе с рассветом явились к нам лодки с разными припасами. Сперва мы купили все съестные припасы, сколько их ни было, а потом брали ткань и другие редкости. Узнав, что Юнг запретил продавать европейцам свиней без его ведома, я тотчас послал Джонсона к начальнику сказать, что если он не пришлёт мне свежего мяса, то корабль «Нева» в тот же самый вечер уйдёт в море. Такое объявление немедленно подействовало. Сам старшина приехал к нам с двумя свиньями и с большим количеством кореньев. Мы приняли его весьма ласково и дали ему три бутылки рому, два топора и шляхту, [104]. Изъявив нам своё удовольствие, он обещался и впредь снабжать нас припасами. Между тем, покупка редкостей продолжалась весьма успешно, и не только офицеры, но даже и матросы накупили множество разных вещей. Хотя островитяне охотно меняли свои товары на ножи и небольшие зеркала, но всего важнее для них были наша набойка и полосатый тик, так что за кусок той или другой материи, длиной в 4 аршина [около 3 м], что называется по-здешнему пау, можно было достать аршин 20 [метров 14] лучшей ткани островитян. Даже и простой холст имел высокую цену. Напротив того, на железные обручи, которыми мы запаслись слишком много, никто и смотреть не хотел. Старшину я пригласил к обеду. Он ни от чего не отказывался, даже от водки и вина, а употреблял всё, что подавалось на стол, с большим аппетитом и, наконец, сделался довольно хмелен. Вечером опять многочисленное венерино войско окружило корабль, но я велел переводчику уведомить его, что никогда и ни одной женщины на корабль не будет пущено, и просил старшину приказать всем лодкам удалиться, так как солнце было yжe на закате, после которого я не позволял оставаться ни одному островитянину. Эту мою просьбу он тотчас выполнил, так что при спуске флага мы остались одни. Призваться, что после чрезвычайного шума, продолжавшегося весь день, такая перемена была всякому из нас приятной. Невзирая на запрещение Юнга, мы сегодня купили двух больших свиней, столько же поросят, две козы и десять кур, также бочку сладкого картофеля, несколько кокосов, тарро и сахарного тростника.

13 июня около 8 часов утра наш корабль был опять окружён лодками, а к полдню приехал и старшина с четырьмя большими свиньями, из которых одну он подарил, а за остальные взял полторы полосы железа. Я давал ему за них другие вещи, но он уверял меня, что свиньи принадлежат королю, который приказал отдать их только за полосовое железо. Кроме этого, мы купили поутру около дюжины кур и двенадцать небольших свиней.

После обеда я объявил старшине о моём желании быть на берегу, почему он и отправился туда вперёд. Под вечер поехали и мы, вооружив 12 гребцов. Бурун у деревни Карекекуи был довольно велик, и потому мы были принуждены пристать у Вайну-Нагала, где старшина встретил меня и сказал, что он на всех жителей наложил табу. В самом деле, ни один человек не следовал за нами, а каждый сидел у своего дома. Миновав несколько бедных хижин, мы вошли в кокосовую аллею, где на деревьях старшина показал нам многие скважины, пробитые пушечными ядрами после убийства капитана Кука [105], и уверял, что при этом англичане убили много народа. Из аллеи мы продолжали путь по берегу одни, ибо старшина извинился, что он не может итти с нами, потому что на этой дороге стоит храм, мимо которого им запрещено проходить. В селении Карекекуи первое строение, обратившее наше внимание, был огромный амбар или сарай, в котором король хранил до войны шхуну, построенную капитаном Ванкувером. После этого мы вошли в другой, где строилась двойная лодка старшины, который в этом месте опять соединился с нами и повёл нас к себе. Отдохнув несколько в его жилище, мы пошли смотреть королевский дворец. Это строение, кроме своей обширности, ничем не отличается от прочих. Оно состоит из шести домов, или, лучше сказать, хижин, построеннных у пруда. Тут нет ничего искусственного, но всё оставлено в природном виде. Первая хижина, в которую мы вошли, называется королевской столовой. Во второй король угощает знатнейших своих подданных и приезжающих европейцев. Третья и четвёртая назначены для его жён, а пятая и шестая служат кухней. Все они составлены одинаковым образом из шестов, обнесены и покрыты древесными листьями. В некоторых из них прорезано по два небольших окна в углу, а у других только двери, шириной в 2 1/2 фута [0,75 м] или 3 фута [1 м]. Каждый дом стоит на возвышенной каменной площадке и обнесён невысоким палисадом. Не могу сказать, в каком порядке содержится этот дворец во время королевского в нём пребывания, но при нашем осмотре, кроме отвратительной неопрятности и нечистоты, мы ничего не видели. Старшина, войдя в первую хижину, тотчас снял с себя шляпу, башмаки и кафтан, подаренный ему вашими офицерами, уверяя меня, что никто из островитян не может входить в палаты овитского [гавайского] владетеля, имея на себе верхнюю одежду, а должен остаться только в одной повязке (маро), которой из благопристойности они прикрывают тайные части тела.

Из дворца повёл он нас в королевскую божницу. Она обнесена палисадом; перед входом стоит истукан, представляющий божество, которому поклоняются островитяне. Внутри палисада, по левую сторону, находится, также у входа, шесть больших идолов, а далее небольшой домик, во внутренность которого, по словам нашего проводника, нам было запрещено войти. Однако же и снаружи можно было видеть, что в нём ничего нет.

Перед указанным палисадом есть другое огороженное место, в котором также поставлено несколько идолов. Не зная языка этих островитян, я не мог получить никаких сведений об их вере и духовных обрядах, и потому поневоле принуждён был оставить неудовлетворённым своё любопытство по этому предмету. Сопровождавший нас старшина, не будучи знатным местным вельможей, не мог близко подходить к главному храму. Однако же мы и без него продолжали свой путь к нему. Этот храм построен на возвышенности и обнесён сделанным из жердей палисадом, длиною около 50, а шириною около 30 шагов. Он имеет четырёхугольный вид. На стороне, прилежащей к горе, поставлены 15 идолов, перед которыми сооружён жертвенник из необделанных шестов, весьма похожий на рыбную сушильню. Здесь-то жители приносят свои жертвы. Во время нашего осмотра мы нашли тут множество разбросанных кокосов, бананов и небольшого жареного поросёнка, который, повидимому, был принесён еще недавно. По правую сторону от жертвенника стояли две небольшие статуи, а несколько далее небольшой жертвенник для трёх идолов, против которых на другой стороне находилось такое же число истуканов. Один из них, кажется, от ветхости, подперт шестом. Близ моря стоял небольшой и уже почти развалившийся домик.

Пока мы всё это рассматривали, подошёл к нам главный жрец. Через переводчика я его спрашивал о многом, но он мало удовлетворил моё любопытство. Я только мог узнать от него, что 15 статуй, обёрнутых тканью по пояс, представляют божества войны. Идолы, стоящие по правую сторону жертвенника, изображают божества весны или начала растений, а находящиеся напротив них истуканы — божества осени, заботящиеся о зрелости плодов. Упомянутый нами выше небольшой жертвенник посвящен божеству радости, перед которым жители веселятся и поют в урочное время. Должно признаться, что храмы сандвичан, кроме сожаления о слепоте и невежестве последних, не могут возбудить в путешественнике другого чувства. В них нет ни чистоты, ни приличного таким местам украшения, и если бы не было в них истуканов, которые впрочем выдолблены самым грубым образом, то каждый европеец счёл бы их за изгороди для скота. При выходе из этих мест мы перелезли через низкую каменную ограду, а жрец прополз в ворота, или, лучше сказать, в лазейку, уверяя меня, что если бы он осмелился последовать нашему примеру, то по их уставу непременно лишился бы жизни. Этих нелепых, на одном лишь невежестве основанных правил, здесь великое множество, и потому чужестранец, по своему неведению, может иногда подвергнуться наказанию, хотя не столь жестокому, какому предаётся природный житель этой страны.

От вышеупомянутого храма мы отправились к своим шлюпкам другой дорогой, но она была усеяна таким множеством камней, что, перескакивая с одного на другой, мы едва не переломали себе ног. Проходя мимо хижин, которых попадалось нам множество, мы приметили только три или четыре так называемых хлебных дерева, да и то в самом плохом состоянии. Напротив того, растение, которым здесь окрашивают ткань в красную краску, растёт в довольно большом количестве. О домах жителей вообще можно сказать, что в них повсюду видна нечистота и неопрятность. Собаки, свиньи и куры — неразлучные товарищи островитян. Они вместе с ними сидят, едят и прочее.

Около 6 часов оставили мы берег, и тогда высыпало на нас смотреть до тысячи островитян, которые по приказу старшины все находились у своих домов. Прибыв на корабль, я узнал, что в наше отсутствие куплено несколько провизии.

14 июня с самого утра началась опять мена товаров и продолжалась весьма выгодно до приезда к нам старшины. С этой минуты съестные припасы начали вдруг дорожать. Подозревая в этом одного островитянина, который находился у нас на корабле, я велел его удалить, после чего торг пошёл попрежнему. Сегодня старшина привёз с собой две больших свиньи и продал нам за два платья, которые приготовлены были для подарков. Сверх этого, мы выменяли 12 поросят и несколько кур, но они обошлись нам довольно дорого. На самом рассвете разнёсся слух, что в губу Тувай-Гай [Кавайае] прибыл большой корабль, а потому Юнг приехать к нам не может. Слух этот счёл я, однако же, за выдумку, которой жители хотели нас напугать и надеялись продать нам свои вещи дороже обыкновенной цены.

15 июня торг продолжался попрежнему, но только всё стало дороже, кроме птицы, а после завтрака приехал и Юнг. Он весьма жалел, что до вчерашнего дня он ничего не слыхал о нашем прибытии. Полагая, что это произошло от бездействия старшины, я сегодня не позвал его к обеду. Он тотчас почувствовал это и обещался впредь не только помогать нам в покупке припасов, но даже привезти самую большую свинью в подарок, чтобы только загладить прежний свой поступок. Юнг привёз с собою шесть свиней, из которых две подарил мне, а за прочие просил полтора куска тонкой парусины, уверяя, что они принадлежат королю. Но так как мне не хотелось дать ему более одного куска, то я и не мог их купить.

После обеда я с офицерами и Юнгом отправился в Тавароа, желая видеть место, в котором Европа лишилась славнейшего мореплавателя, капитана Кука. При самом выходе из катера, представился нам камень, на котором пал этот бессмертный человек, а вскоре потом мы увидели и ту гору, где, как говорят жители, сожгли его тело. На утёсах её находится множество пещер, в которых хранятся кости умерших, и также то место, где с древних времён кладутся скелеты здешних владетелей. Последний король Тайребу погребён тут же.

В Тавароа находится девять небольших храмов, или, лучше сказать, оград, наполненных идолами. Приставленный к ним жрец уехал в это время на рыбную ловлю, поэтому войти в их внутренность нам было запрещено. Впрочем, между этими храмами и карекекуйскими нет никакой разницы. Они только гораздо меньше последних. Каждый иэ них посвящен особому божеству и принадлежит кому-нибудь из здешних старшин. Потом были мы у сестры главного старшины этих мест, который находится в войске при короле. Она, кажется, имела уже более 90 лет. Лишь только Юнг сказал, что приехал начальник корабля, то она, взяв меня за руку, хотела было её поцеловать, говоря, что лишилась зрения и не может видеть, каков я. Мы застали её сидящей под деревом и окружённую народом, который, казалось, более насмехался над её старостью, нежели оказывал уважение. Она говорила много о своей приверженности к европейцам, а потом пригласила нас в свой дом, который, кроме величины, ничем от всех прочих хижин не отличался. Обойдя все жилища, мы не нашли на взморье и до гор никакой травы. Всё пространство было покрыто лавой, обломками которой даже обнесены и дома, вместо каменного палисада.

Возвратясь на корабль, мы нашли на нём двух американцев из Соединённых Штатов. Один из них в прошедшем году был на северозападном берегу Америки и уведомил меня о разорении местными жителями нашего селения, находящегося в заливе Ситкинском, или Ситке. Известие это я счёл тем более вероятным, что еще перед нашим отправлением из Кронштадта в гамбургских газетах упоминалось нечто подобное.

На следующий день поутру приехал ко мне Юнг и отдал привезённых им вчера четырёх свиней за один тюк парусины. За такую же цену я купил ещё четырёх у старшины. Итак, к полудню мы уже были снабжены всеми нужными припасами. После обеда мы начали сниматься с фертоеня, а около 9 часов, при береговом ветре (В жарких климатах береговой ветер всегда дует ночью, или когда солнце находится под горизонтом, а морской — днём [106].), который здесь никогда не переменяется, вступили под паруса. К нашему сожалению, оба каната были несколько потёрты, а особенно плехтовый [107], хотя якори были брошены на песчаном грунте. Поэтому можно заключить, что под ним находится коралл. Если бы мне случилось остановиться здесь вторично, то я подвинулся бы около кабельтова ближе к горе, где по лоту оказался чистый вязкий песок. Едва мы сошли с места, то обезветрили совершенно и принуждены были буксироваться из губы. Юнг расстался с нами у выхода из губы, а Джонсон уехал уже поутру. Я их обоих одарил всем, для них полезным и нужным, и также послал подарок молодому старшине, у которого живёт Джонсон, так как он сам сперва прислал нам подарки и хотел приехать на корабль, но был удержан смертью своей жены.

17 июня. На рассвете 17-го числа мы были в 6 милях [11 км] от места, где наш корабль стоял на якоре. В полдень, по наблюдениям, мы находились под 19°34 49" с. ш. В 6 часов при начавшемся небольшом ветре мы продолжали свой путь. Против западной оконечности острова Овиги показался остров Мове [Мауи]. За северным мысом губы Карекекуи, сколько я мог заметить, морское течение направлено к северо-западу, а еще раньше устремляется на самый мыс, и потому надлежит весьма остерегаться этого места, чтобы в случае внезапной тишины не сесть на мель.

18 июня. В 3 часа пополуночи ветер начал дуть с северо-востока, а к 7 часам так усилился, что корабль шёл по 9 миль [16 км] в час. Это обрадовало нас немало, ибо бороться с тишиной и маловетрием весьма неприятно, а особенно находясь вблизи берегов, где ввиду чрезвычайной глубины остановиться на якоре нельзя. Отправляясь от острова Овиги, я был сперва намерен побывать на острове Вагу, где в это время находился овигский король со всем своим флотом и войском, и посмотреть на военные приготовления гавайцев. Хотя для столь немаловажного и весьма любопытного обстоятельства можно было бы пожертвовать несколькими днями, но, узнав, что там открылась зараза, я решился итти прямо к острову Отуваю. В полдень, по нашим наблюдениям, мы находились под 20°20 с. ш. и 157°42 з. д. (по хронометрам No№ 136 и 50).

19 июня в 5 часов мы увидели на северо-западе остров Отувай, а около 8 часов прошли его южную оконечность и легли вдоль берега. Близ губы Веймеа [Уаимеа] подошли к нам четыре лодки, из которых на одной было пять человек, а на прочих по одному. Они привезли с собой только копья, которые и были раскуплены нашими офицерами. На мою долю досталось опахало из хвостов тропических птиц, за которое я дал ножик. Ветер был свежий до западного мыса, у которого вдруг сделалось совершенное безветрие, почему наш корабль двигался мало-помалу, до самого вечера, только течением между островами Онигу [Ниау] и Отувай. Между тем, пожаловал к нам король этих островов Тамури. Взойдя на корабль, он тотчас заговорил по-английски, а потом показывал свидетельство от морских капитанов, которых он снабжал съестными припасами. Прочитав эти бумаги, я старался ему втолковать, что европейцы, боясь подвергнуться опасности в его владениях, неохотно заезжают и весьма редко в них останавливаются, а потому и советовал ему добрым и честным своим поведением заслужить от них такое же доверие, каким пользуется ныне овигский владетель Гаммамея, к которому иногда в один год заезжает от 10 до 18 кораблей. Он меня уверял, что при всём его старании снискать доверие и любовь европейцев, он не имел ни малейшего успеха, и никто к нему не приезжает. Узнав, что мы недавно оставили остров Овиги, он спрашивал о тамошних обстоятельствах. Легко можно было догадаться, к чему клонилось его любопытство. Я отвечал ему, что Гаммамея находится на острове Вагу, откуда еще до моего прибытия он подошёл бы к Отуваю, если бы не воспрепятствовала болезнь, которая принуждает его возвратиться даже домой и оставить все свои военные приготовления. Слова эти, по моему наблюдению, вызвали в Тамури большую радость. Однако же он дал мне понять, что твёрдо решился защищать себя от неприятеля до последней капли крови. По его уверению, на острове Отувае находилось тогда до 30 000 человек, между которыми было пятеро европейцев, 40 фальконетов [108], три шестифунтовые пушки [109] и знатное количество ружей.

Вместе с королём взошёл на корабль человек с небольшой деревянной чашкой, опахалом из перьев и полотенцем. Видя множество врезанных в чашку человеческих зубов, я опросил, что это значит, и получил в ответ, что король в эту чашку плюёт, а зубы принадлежат умершим его приятелям. Но кажется, этот сосуд держится здесь только для одного вида, так как король почти непрерывно плевал на палубу. Я подарил ему байковое одеяло и многие другие безделицы, но он неотступно просил полосового железа и красок, показывая нам, что он строит большое судно. Однако же я был принуждён ему отказать; таким образом, наш гость, выпив два стакана грога, отправился на берег. Цветом своего тела он не отличался от прочих островитян, но многих из них дороднее. Во время пребывания его на корабле опрокинулась одна лодка, но двое гребцов, под присмотром которых она находилась, показали в этом случае такое проворство, что тотчас же её поворотили и переловили все вещи, бывшие в ней. Такие случаи бывают здесь нередко, и даже на самом открытом море.

[102] Линия равноденствия — экватор, в области которого день всегда равен ночи. В других точках земной поверхности такое положение бывает лишь два раза в год, только в дни весеннего и осеннего равноденствий, 21 марта и 23 сентября. В эти дни центр солнца находится в одной из двух точек пересечения эклиптики с небесным экватором. При этом солнечные лучи падают на экватор отвесно, а граница света и тени на земном шаре проходит через оба полюса и делит все параллели пополам. Поэтому на всей земле в это время день равен ночи.

[103] Фертоень — способ стоянки на двух якорях, при котором судно постоянно находится между ними. Употребляется при сильных приливах, переменных ветрах и в узких проливах, где стоящие на якоре суда должны быть по возможности неподвижны. «Офертоениться» значит провести операцию по одновременному спуску двух якорей. При этом надо проявлять большую осторожность, чтобы не спутать якорные цепи.

[104] Шляхта — инструмент, которым стругают (или шляхтают) палубу, борт корабля и т. п.

[105] Джемс Кук (1728–1779) — знаменитый мореплаватель, открывший ряд новых островов. Он совершил три кругосветных путешествия, в 1768–1771, 1772–1775 и 1776–1779 годах. Во время этих плаваний Кук нанёс на карту ряд островов в южной части Тихого океана и берега Австралии, которую он объявил английской собственностью. Кук доказал островной характер Новой Зеландии и Новой Гвинеи и установил пролив между двумя островами Новой Зеландии. Путешествия Кука доказали также отсутствие антарктического материка до 40° ю. ш. Куком была также нанесена на карту береговая линия Северной Америки на протяжении более 6 500 км. Во время третьего путешествия, в которое Кук отправился в 1776 г., его суда «Резолюшен» и «Дисковери» совершали рейсы к северу от Новой Зеландии и находились у берегов Таити. Отсюда Кук направился к Беринговому проливу и по пути открыл острова, названные им Сандвичевыми (теперь — Гавайские острова, или Гаваи). Далее Кук двинулся вдоль берегов Америки, прошёл Берингов пролив и направился к северному полюсу, но под 74°44 с. ш. был остановлен непроходимыми льдами. В следующем году Кук решил повторить свою попытку плавания по северным врдам и по пути зашёл нз Сандвичевы острова. Несмотря на то, что отношения с местными жителями у экспедиции были хорошие, из-за исчезнувшей с корабля шлюпки возникло столкновение между островитянами и командой Кука. Поводом к нему послужил случайный выстрел, произведённый одним из матросов, несмотря на запрещение Кука. Во время столкновения Кук был убит, а его команда жестоко расправилась с островитянами.

[106] Береговые ветры — бризы — возникают в результате неодинакового нагревания и охлаждения суши и моря. Днём дуют с моря, ночью — с суши. В тропических областях Б. дуют круглый год, а в умеренных — лишь в тёплое время года. Б. очищают и охлаждают воздух. Поэтому жители океанических островов тропического пояса стремятся устроить свои жилища на берегу. Парусные каботажные суда и рыбачьи лодки обычно пользуются бризами, уходя рано утром с попутным береговым бризом, а вечером возвращаются с попутным морским бризом.

[107] Плехтовый канат — якорная цепь правого якоря.

[108] Фальконет — небольшое огнестрельное чугунное орудие с цилиндрическим каналом, конической камерой и полушаровидным дном. Большей частью во флоте были распространены фальконеты с ядрами весом около одного, двух и трёх фунтов (0,4–0,8- 1,2 кг). Составляли также вооружение гребных судов.

[109] Шестифунтовая пушка — старинная пушка с ядром в 6 фунтов весом (2,4 кг).

Перейти на стр:
Шрифт:
Продолжить читать на другом устройстве:
QR code

Новые книги

Смотреть все
Чужая. Запретная. Моя
Чужая. Запретная. Моя
[Современные любовные романы]
В первую встречу его подстрелили, он чудом выжил. После второй - он ушел из семьи. Какой сюрприз принесет ему их третье столкновение? Ведь теперь она невеста лучшего друга....
0
Развод. Роковое признание
Развод. Роковое признание
[Современные любовные романы]
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ. -
0
Однажды я приду отомстить
Однажды я приду отомстить
[Любовные детективы]
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ. -
0
Горячий дух
Горячий дух
[Любовное фэнтези / Героическая фантастика / Классическое фэнтези]
Миньсин перехитрила предателя, который однажды ее убил, и наконец вздохнула спокойно. Нашла любовь – хотя клялась больше никому не верить. И в ней начала просыпаться магия, которую нужно скрывать
0
Закон выжженной земли
Закон выжженной земли
[Боевая фантастика]
Каскадер – это не только профессия. Это и образ жизни. На такой работе приходится отказываться от многого ради адреналина, который дают скорость, драки, стрельба, взрывы и постоянное ощущение
0
Закон Огненной пустоши
Закон Огненной пустоши
[Боевая фантастика / Попаданцы / Героическая фантастика]
Профессиональный каскадер Карина Дубровина попала в мир погибшей цивилизации – и оказалась в теле местной девушки, которой пришлось совершить невозможное, чтобы выжить… К счастью, в этом ей помог
0
Потомок Крови Драконов: Возмездие. Книга 1
Потомок Крови Драконов: Возмездие. Книга 1
[Боевик / Приключения / Фэнтези]
Моя жизнь в обычном мире закончилась в тот миг, когда на пороге дома появились убийцы. Смерть родителей, таинственный перстень и правда, которая меняет всё: я не простой человек, а наследник
0
Сиротский приют госпожи Демидовой
Сиротский приют госпожи Демидовой
[Историческое фэнтези]
Вторая часть приключений госпожи Демидовой. Для Петербурга Мария теперь дочь убийцы. Родственники видят в ней обузу, которая мешает добраться до последних крох состояния ее отца. И она принимает
0
Искусство держать границы. Древнекитайские стратегии против манипуляций и чужого влияния
Искусство держать границы. Древнекитайские стратегии против манипуляций и чужого влияния
[Публицистика / Психология / Саморазвитие]
Перед вами книга о том, как стать хозяином собственной жизни. Ли Намхун обращается к мудрости древнекитайских стратегов, чтобы показать: личные границы – понимание того, где заканчиваются чужие
0
Лисица его высочества
Лисица его высочества
[Ужасы / Современная проза / Роман / Приключения]
Арденвейл — могущественное королевство, которым веками правит династия Астериан, потомки Императорского Чёрного Дракона. Магия здесь стала частью жизни, а древние легенды давно считают сказками. Но
0
Самуил Цвиллинг
Самуил Цвиллинг
[Биографии и Мемуары / Советская классическая проза]
Советские люди с чувством глубокой признательности вспоминают тех, кто беззаветно боролся за власть Советов и отдал свою жизнь за народное счастье. Одним из борцов за великое дело был первый
0
Потерянный дом, или Разговоры с милордом
Потерянный дом, или Разговоры с милордом
[Советская классическая проза / Социальная фантастика]
Думаете, чудес не бывает? Бывают, да еще и какие! Однажды вечером в городе Ленинграде поднялся в воздух кооперативный дом. То есть просто взлетел, чуть полетал по небу и приземлился в совершенно
0

Самые популярные книги

Хорошая, плохая, грешная 3
Хорошая, плохая, грешная 3
[Попаданцы]
У Эвирейл Миардо нет ни единой свободной минутки на грусть и рефлексию! Да и когда? Столько дел, столько дел! Шахту выкопай, лавку открой, артефакты создай, эльфа за попу укуси... Ничего не
12
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
10
Те, кто приходит в тишине
Те, кто приходит в тишине
[Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат / Боевая фантастика]
Редкий бой бывает похож на предыдущий. Мы учимся. На своих и на чужих ошибках. Стараемся расти над собой. Противник – тоже. Он анализирует наши ошибки, учитывает остроумные решения. То есть
10
Петербургский врач 11
Петербургский врач 11
[Военное дело, спецслужбы / Медицина / Проза / Современная проза]
Вадим – хирург и микробиолог, попавший волей судьбы в Петербург 1904 года, в тело медицинского секретаря, работающего у богатого врача-мошенника. …Во дворах-колодцах тускло горят газовые фонари.
8
Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
6
Измена. Я тебя (не) любил
Измена. Я тебя (не) любил
[Современные любовные романы]
— Как тебе… — слышу прерывистый голос подруги, — мой подарок в честь твоего дня рождения?По меньшей мере иду я в верном направлении. Но вот предчувствие не из лучших. Голос Светы перемешивается со
6
Наследник $$$ уровня Х
Наследник $$$ уровня Х
[Попаданцы / Книги про волшебников / Городское фэнтези / Самиздат]
Надо судить человека, прежде чем полюбил его, ибо, полюбив, уже не судят.
4
Тени сумрака
Тени сумрака
[Альтернативная история / Попаданцы / Боевая фантастика / Самиздат]
Один известный драматург сказал: вся жизнь – театр. А у Егора вся жизнь сплошное приключение. Вроде и не собирался ни с кем воевать, даже ссоры не искал, а неожиданно для себя вдруг нарвался на
4
Оружейникъ. 1866
Оружейникъ. 1866
[Попаданцы / Альтернативная история / Самиздат]
Умереть в шестьдесят шесть, заслонив собой молодого стажёра, — достойный финал для оружейника. Очнуться в теле семнадцатилетнего подручного на Тульском оружейном заводе в 1866 году — уже второй
4
Ревизор: возвращение в СССР 65
Ревизор: возвращение в СССР 65
[Самиздат / Попаданцы / Альтернативная история]
Продолжение приключений московского аудитора, попавшего из нашего времени в 1971 год. Павел Ивлев буквально завален работой по уши, но его все устраивает. Ведь он видит, как понемножку, но его усилия
4
Без страха и упрёка 7
Без страха и упрёка 7
[Альтернативная история / Попаданцы]
Алексей Штурмин достиг многого, но настоящее восхождение на вершины власти только начинается.
4
Граф поневоле. Книга вторая
Граф поневоле. Книга вторая
[Юмористическая фантастика / Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат]
Умереть от пули киллера — обидно. Очнуться в 1827 году — странно. Обнаружить, что я теперь двадцатилетний граф, а моё имение разорено, — перебор. Хотя… Жив, молод, с титулом — уже хорошо. С
4

Самые комментируемые

Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
6
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
[Любовная фантастика / Самиздат / Попаданцы]
Семь лет унижений, презрения и пустой постели. Герцог Дрейк Ашфорд объявил свою истинную жену бракованной и отправил в ссылку на Ольцег — умирать среди таких же «ненужных». Он думал, что сломал
22
Отбор невест, или Три орешка для темного
Отбор невест, или Три орешка для темного
[Любовная фантастика]
Каждая приличная драконица должна пройти отбор невест, иначе внукам у камина будет нечего рассказать. Так говорила моя маменька, а ей можно верить — за ее спиной аж четыре таких отбора! Так что я
14
Печать Забытой Эпохи
Печать Забытой Эпохи
[Любовная фантастика / Попаданцы]
— Скажи спасибо, что не оставил босой на улице, Верадель. Забирай свои проклятые северные руины и убирайся, — самодовольно бросил мне бывший муж, швырнув на стол бумаги о разводе. Он думал, что
25
Кодекс Магических Зверей XI
Кодекс Магических Зверей XI
[РеалРПГ (RealRPG) / Попаданцы / Городское фэнтези]
Десятки лет спасения жизней и смерть на полу собственной ветеринарной клиники. Только вместо небытия — пробуждение в теле юнца, чья лавка «целителя чудовищ» на грани полного развала. Вот только у
2
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
[Любовное фэнтези / Попаданцы]
- Двадцать четыре года, Веста. Наследника нет. Подпиши, и получишь Тиховодье. - А где это? - На краю Хляби. Тихо, сыро, никого. Утром я собирала клюкву в Мещёре и шагнула в болотное окно. Очнулась в
14
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
[Любовное фэнтези / Попаданцы / Книги про волшебников / Самиздат]
Кто-то попадает в имбовых персов: Избранных, Тёмных властелинов и прочих крутых ребят. А я попала в тело бездарной адептки магической академии. Как она сюда поступила-то, без грамма магии? Неважно,
14
Пулеметчик Федя
Пулеметчик Федя
[Альтернативная история / Юмористическая фантастика / Попаданцы / Самиздат]
Пулеметчик — это не звание, это диагноз. Тридцать пять лет, пулемёт «Печенег», рукавица прилипла к раскалённому кожуху — и здравствуйте: июнь сорок первого, чужие двадцать два года, чужие руки,
11
Диагноз
Диагноз
[Самиздат / Детективная фантастика / Городское фэнтези / Юмористическая фантастика]
Некромантия в нашем мире давно стала такой же частью жизни, как радио, кино, телефоны и аэропланы. Но разве могла я подумать, что однажды приду наниматься на службу к лучшему некроманту столицы! Он —
18
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
[Детективы / Триллер / Любовное фэнтези / Фэнтези]
Приказ ясен: отравить Дерека вель Гранна. Последствия – костёр и пепел. Белладонна уже прошла этот круг, сгорела и получила второй шанс. Теперь она знает, что приказ – лишь верхушка заговора, в
4
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
10
Железный характер Кристианы Морли
Железный характер Кристианы Морли
[Любовная фантастика / Попаданцы / Классическое фэнтези]
Удар копытом лошади рушит блестящие перспективы дебютантки. По мнению общества, хромота испортила не только плавную поступь девицы, но и характер! Это ж надо умудриться — вместо монастыря или
38

Прямо сейчас читают

Сплаттерлендс: Пробуждение революции сплаттерпанка
Сплаттерлендс: Пробуждение революции сплаттерпанка
[Ужасы]
Почти сорок лет назад литературное движение сплаттерпанка навсегда изменило ландшафт индустрии ужасов. "Сплаттерлендс" - это сборник личностных, интеллектуальных и подрывных хорроров с определенной
0
Те немногие, что несут вызов
Те немногие, что несут вызов
[Эротика, Секс / Социальная фантастика]
Аннотация отсутствует.
0
Трансильвания
Трансильвания
[Книги про вампиров / Любовная фантастика]
Губернатор небольшого венгерского города Дебрецен отправляет своего помощника в Трансильванию, чтобы приструнить местных крестьян, нарушающих законы империи, оскверняя могилы односельчан. Боясь
0
Зоя
Зоя
[Современные любовные романы]
Блестящая судьба ждала юную княжну Зою Юсупову — в России эта фамилия и красота девушки открывали любые двери. Но все рухнуло в одночасье. Оказавшись за границей, она мечется в поисках работы,
0
На крыльях крови
На крыльях крови
[Классическое фэнтези / Героическая фантастика]
Они думают, что могут контролировать меня. Они думают, что могут использовать меня. Но они даже не подозревают, что пробудили. Я Медра Пендрагон – последняя из всадников драконов, так мне
0
Кицхен отправляется служить
Кицхен отправляется служить
[Классическое фэнтези / Героическая фантастика / Юмористическая фантастика]
Кицхен дэр Каэр по жизни не повезло. С одной стороны угораздило родиться девицей. С другой — с даром некроманта. А всё почему? Потому что папенька, видите ли, фею разозлил. Сын ему нужен был.
9
Протокол
Протокол "Гхола": Пробуждение
[Фанфик / Самиздат / Попаданцы / Фантастика: прочее]
Ты знаешь этот мир. Ты читал о нем. Ты играл в него. Ты думал, что готов. Но Арракис не прощает самоуверенности. Заброшенный в тело Гхолы — искусственного существа без прошлого — человек из нашего
6
Искатель, 2008 № 01
Искатель, 2008 № 01
[Приключения: прочее / Детективы / Газеты и журналы / Фантастика: прочее]
«ИСКАТЕЛЬ» — советский и российский литературный альманах. Издаётся с 1961 года. Публикует фантастические, приключенческие, детективные, военно-патриотические произведения, научно-популярные очерки и
0
За спиной войны
За спиной войны
[Боевик / Исторические приключения / О войне]
Самые интересные романы о сталинском спецназе — СМЕРШе. Октябрь 1943 года. Капитан СМЕРШа Виктор Крылов направляется в освобожденный от фашистов Смоленск с заданием выявить и обезвредить
2
Гоблин Том 2
Гоблин Том 2
[Самиздат]
Попытка маленького гоблина выжить в жестоком и безумном мире культивации и стать сильнее. Потому что слабые тут не выживают...Попробуй уцелеть, когда тебя хотят убить как в собственном племени, так и
0
Руны земли
Руны земли
[Исторические приключения / Исторические любовные романы / Историческая проза]
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.
0
Homo amicus: Деловой человек в поисках друга
Homo amicus: Деловой человек в поисках друга
[Бизнес / Психология]
Максим Фельдман исследует феномен дружбы в жизни современного делового человека, объясняя, почему в эпоху прагматизма и деловых связей искренние отношения становятся редкостью. Автор
0