— Две сестры, явившиеся из одного колышущегося океана… Ничего не понимаю.
— Мне кажется, это метафора. Для околоплодной жидкости. Я думаю, имеются в виду близнецы. Как ты и Элис.
Слова его эхом раскатываются у меня в голове. Как ты и Элис.
И как моя мать и тетя Вирджиния, а перед ними их мать и тетя.
— Но что еще за Хранительница и Врата? Что это значит?
Джеймс легонько пожимает плечами. Глаза наши встречаются.
— Прости, Лия. Тут уж я совсем без понятия.
Из холла доносится голос мистера Дугласа. Мы разом оглядываемся на дверь библиотеки. Снова переключаю внимание на Джеймса, а голос его отца тем временем звучит все громче и громче.
— А ты перевел всю страницу, целиком?
— Да. Я… На самом деле, я даже записал для тебя перевод.
Он роется в кармане. Голос мистера Дугласа раздается уже под самой дверью, честно предупреждая нас о его приближении.
— Спасибо, Вирджиния, очень хорошо. Чаю выпить и в самом деле хотелось бы.
Я накрываю ладонью руку Джеймса.
— Принесешь все потом к реке, хорошо?
Берег — привычное место наших свиданий, хотя обычно они посвящены не столь прозаическим темам, как книги.
— Ну… да… Когда устроим перерыв на ленч. Сможешь со мной тогда встретиться?
Я киваю и возвращаю ему книгу в ту самую секунду, как отец Джеймса показывается на пороге.
— А вот и она! Видишь, Джеймс, я же говорю — на старости лет совсем из ума выживаю!
Он помахивает в воздухе массивной тетрадью в кожаном переплете.
Джеймс ослепительно улыбается.
— Папа, что за выдумки! Ты просто слишком занят и забываешь о мелочах, только и всего.
Я лишь вполуха слушаю их перепалку. Зачем бы прятать загадочную книгу в библиотеке? Не похоже на моего отца — молчать о столь редкой и интересной находке. Остается лишь предположить, что у него были на то свои причины.
А у меня есть свои причины, по которым я хочу узнать больше.
Не может, никак не может оказаться случайностью то, что отец был найден мертвым в Темной комнате, или что вскоре после этого я обнаружила у себя на руке отметину, увидела, как сестра исполняет какой-то зловещий ритуал, и получила эту странную, затерянную книгу. Конечно, я не знаю, что все это значит — или как все эти события связаны друг с другом. Но уверена: все они и вправду как-то связаны.
И я твердо намерена выяснить, как.
4
Генри и Эдмунда возле реки уже нет. Эдмунд всегда очень опекал и оберегал Генри, а уж теперь, после смерти нашего отца, наверняка будет опекать его еще больше. В воздухе веет холодом — предвестьем грядущей зимы, а мы все привыкли беспокоиться за Генри.
Сойдя с террасы, я направляюсь по тропинке к лесу, к тому валуну, что лежит под защитой дуба-исполина, — мы с Джеймсом уже привыкли называть его «нашим камнем». Когда я опускаюсь на него, меня окутывают спокойствие и безмятежность. Чудится — здесь не может случиться ничего плохого, ничего страшного, и к тому времени, как на тропинке слышатся шаги Джеймса, я уже почти убедила себя, будто все идет ровно так, как должно идти.
Он подходит ближе, останавливается в лучах солнечного света передо мной, а я улыбаюсь, вглядываюсь ему в лицо. Он берет меня за руку и с улыбкой помогает подняться.
— Прости. Мы заканчивали опись книг по истории религии. Отец хотел сперва все доделать, а уже потом прерываться на ленч. Давно ждешь?