— Что было дальше? Сохранилась ли балхибская армия?
Второй стражник воспроизвел балхибский эквивалент недоуменного пожатия плечами.
— Говорят, Чабариан вновь собрал кавалерию и вступил бой у Малмажа, но был убит. Не знаете ли вы, где теперь противник? Пришедшие утром говорили, что джунгавы идут за ними вслед.
— Не знаю, — покачал головой Феллон. — Я пришел с север и никого не видел. Я могу идти?
— Да, но прежде нужно выполнить одну формальность. Поклянитесь в верности лорду-протектору королевства Балхиб, его высочеству пандру Чиндору эр-Квинану.
— Как? Но почему?
Стражник объяснил:
— Чабариан погиб в Малмаже, как я сказал. А лорд Чиндор, весь в крови после битвы, примчался в Занид и сообщил его величеству доуру Киру об ужасном поражении. Они были вдвоем, когда доур, огорченный этим известием, выхватил свой кинжал и закололся. Тогда Чиндор созвал уцелевших членов правительства и убедил их наделить его чрезвычайными полномочиями для борьбы с нашествием. Так вы клянетесь?
— О, да, конечно, — воскликнул Феллон, — я клянусь.
«Уж не помог ли Чиндор королю покинуть этот свет, а потом угрожая оружием, заставил министров, признать его диктатуру?» — мелькнуло в голове у Феллона.
Пройдя через ворота, он помчался по узким улицам к своему дому. Он боялся, что хозяин пустил других жильцов, так как уже давно не вносил арендную плату. Но он нашел дом в том же состоянии, в каком его оставил.
Теперь он должен во что бы то ни стало добыть два остальных обрывка обязательства Квейса. Он придет к Кастамбангу с достаточно правдоподобным рассказом о том, что Квейс передал ему свой обрывок за сведения, добытые Феллоном до ухода из города.
Он торопливо умылся, переоделся и собрал вещи, которыми дорожил. Через несколько минут он вышел, захлопнув дверь, — в последний раз, если его планы осуществятся, — укрепил узел с вещами на спине эйаса, вскочил в седло и поскакал.
Привратник постоялого двора сказал, что мастер Туранж дома и добрый сэр сможет его повидать. Феллон пересек двор, удивительно безлюдный, — артистическая клиентура покинула Ташина — и дошел до комнаты Квейса.
Никто не откликнулся на звон дверного гонга. Феллон толкнул дверь, и, когда она отворилась, рука его потянулась к рукояти рапиры.
Квейс из Бабаала лежал навзничь на полу, его куртка была пропитана коричневой кровью. Феллон перевернул тело и увидел, что шпион пронзен насквозь, вероятно рапирой. Рядом с ним на полу лежала груда бумаг.
Присев на корточки, Феллон просмотрел бумаги. Не найдя того, что его интересовало, он обыскал тело Квейса, потом — комнату.
Никаких следов чека. Похоже, кто-то смешал его карты: узнал о разорванном на три части чеке и убил Квейса, чтобы завладеть принадлежавшей ему частью.
Но кто? О документе не знала ни одна душа, кроме Квейса, Кастамбанга и его самого. Банкир был хранителем денег и не нуждался в чеке, чтобы их присвоить.
Феллон вторично обыскал комнату, но не нашел ни части чека, ни следов убийцы.
— Кто-нибудь навещал сегодня Туранжа? — спросил он у привратника.
Тот задумался:
— Да, сэр. Теперь, когда вы спросили об этом, я вспомнил. Примерно с час назад у него был посетитель.
— Кто? Как он выглядел?
— Он, как и вы, землянин и был одет в гражданский костюм.
— Высокий или низкий? Полный или худой?
Привратник развел руками:
— Не могу сказать, сэр. Вы, земляне, все похожи друг на друга.
Феллон вскочил на эйаса и через весь город направился к дому Кастамбанга. Смысла в этом было не много, он не сдастся, пока есть хоть малейшая надежда заполучить деньги.
Город был охвачен возбуждением. Тут и там мчались всадники. Кто-то крикнул: