— Вам наговорили, что банкирский дом Кастамбанга испытывает финансовые трудности? В таком случае могу вас заверить, что это ложь!
— Вовсе нет, сэр. У меня есть цель.
— Хорошо, мой добрый сэр, — сказал Кастамбанг, начиная писать записку. — Очень хорошо.
Он отдал записку колофтианину, который поклонился и исчез. Квейс продолжал:
— Мастер Энтон обещает мне… нам нужно составить обязательство. Он вызвался узнать, что происходит в Сафке…
Квейс сообщил еще несколько подробностей, добавив, что деньги будут выплачены Феллону после выполнения задания. Колофтианин вернулся и со звоном поставил мешок, весивший около семи килограммов. Кастамбанг развязал его и вывалил монеты на стол.
Феллон затаил дыхание и с трудом подавил желание наклониться к груде монет и насладиться их маслянистым мерцанием. Человек может прожить всю жизнь на Земле и не увидеть золотой монеты. Но вот здесь, на Кришнане, монеты все еще делаются из тяжелого блестящего металла, который заставляет сердца биться, настоящие монеты в древнем смысле — не кусочки ничего не стоящей бумаги. Республика Микарданд однажды, узнав о земном обычае, попыталась выпустить бумажные деньги, но последовавшая за этим безудержная инфляция настроила все остальные государства против новшества.
Феллон осторожно взял десятикардовую монету и принялся, поворачивая, осматривать ее при желтом свете лампы, как будто это была некая экзотическая вещь, а не золото, из-за которого он готов был лгать, воровать, убивать, ибо только оно могло вернуть ему трон.
— Устраивают вас эти монеты, мастер Энтон? — спросил Кастамбанг. — Удобно будет вам их использовать?
Феллон вздрогнул: вид золота погрузил его в транс. Он взял себя в руки.
— Конечно. Во-первых, прошу выплатить мою сотню… Спасибо. Теперь давайте составим письменное обязательство. Ничего компрометирующего, только чек от мастера Туранжа.
Но тут вмешался Квейс:
— А как же почтеннейший банкир узнает, что задание выполнено?
— В Балхибе мы обычно разрываем чек на две части и даем половинки каждому партнеру, — сказал Кастамбанг. Каждая половина не имеет силы без другой. В данном случае, я думаю, нужно разорвать на три части.
Он открыл ящик стола, достал пачку бланков и начал заполнять один из них. Феллон попросил:
— Оставьте место для имени в чеке. Я впишу его позже.
— Почему? — удивился банкир. — Это небезопасно: любой мошенник сможет поставить свое имя.
— Возможно, я приму другое имя. К тому же документ разделен на три части, и я ничем не рискую. У вас ведь есть счет в банках Талупа и Фоска в Маджбуре?
— Конечно, сэр.
— Тогда укажите, что деньги могут быть получены и там.
— Зачем, сэр?
— Возможно, после выполнения этой работы я отправлюсь в путешествие, — объяснил Феллон. — И я не хотел бы везти все это золото с собой.
— Да, те, кто имеет дело с мастером Туранжем, часто отправляются в путешествия.
Кастамбанг сделал надпись на чеке. Когда Квейс подписал его, Кастамбанг сложил чек и осторожно разорвал на три части. По одной части дал каждому из посетителей, а третью положил в ящик стола.
Феллон спросил:
— В случае спора вы согласитесь быть судьей?
— Если мастер Туранж согласен, — ответил банкир. Квейс кивнул в знак согласия.
— В таком случае, — предложил Кастамбанг, — мы еще раз встретимся здесь, чтобы завершить дело. Если я решу, что мастер Энтон выполнил обещание, он сможет получить награду здесь или же востребовать свое золото в шумном Маджбуре.
— Хорошо, — согласился Феллон, — А теперь чем вы можете мне помочь в этом деле?
— Я? — изумился Кастамбанг. — Я всего лишь банкир, сэр, а не интриган.