— Тебе, надо, отдохнуть, перед, полетом, — заботливо предложил Луч Мысли.
Виктор не стал возражать. Сейчас ему хотелось побыть одному, отдохнуть и немного помечтать.
Он подтянулся к люку космолета и еще раз взглянул в бирюзовый полумрак. Луч Мысли неподвижно висел, нацелив на него рожки. Виктор помахал ему рукой и крикнул:
— Отдыхай! На Земле у тебя будет много работы. Спокойной ночи!
Он прыгнул в люк, с удовольствием опустился на мягкое сиденье, вытянул ноги и закрыл глаза.
Его немного лихорадило от усталости и возбуждения.
Завтра… Да, да, завтра…
Надо только предупредить сапиенсов: катер обязательно должен опуститься в районе Москвы! И тогда… Неужели это будет? Лена, Мишутка… Милые!.. Сколько им пришлось пережить! Ну, потерпите еще денек! Хорошо? Потом вы посмотрите чудесные фильмы, познакомитесь с этим белорогим талантливым артистом. Хотите? Ну, конечно же! Тем более — вместе… Интересно, как будет вести себя Мишка? Не испугается этого мертвого голоса? А Лена?..
Какой завтра начнется переполох! Крупнейшие ученые мира роем слетятся в Москву.
Завтра!.. Завтра!.. Завтра!:.
Лихорадка мыслей трепала его уставший, перегруженный мозг, не давая успокоиться и уснуть. Виктор открыл глаза и стал смотреть на светящийся в темноте циферблат хронометра. Секундная стрелка бодро и неутомимо прыгала все вперед и вперед, но ей надо было обойти целый круг, прежде чем пройдет минута. Следить за ее однообразным движением было тошно. Он терпел это целый час, потом выглянул из люка. Дежурный сапиенс был здесь.
— Когда катер будет готов? — спросил его Виктор.
— Через, девять, часов.
Девять часов!..
Спать Виктор не мог. Смотреть фильмы тоже не мог. Ничего не делать, уставившись в стрелку хронометра, ‘ было невыносимо.
— Расскажи мне о вашем руководителе экспедиции, — попросил Виктор.
Луч Мысли, оказывается, был не совсем обычным сапиенсом. Его удивительный мозг чудесно совмещал в себе и неудержимый полет свободного творческого дерзания и беспощадный логический контроль выводов. Это сочетание обеспечило ему огромные успехи в научном творчестве. Его память соперничала с памятью логических машин. Его дерзость и смелость не знали пределов. Он был гордостью и надеждой всей планеты.
Недаром же его называли Луч Мысли! Он освещал мыслью тайны природы и бытия.
Это обрадовало Виктора. Именно такой сапиенс нужен был сейчас на Земле!
— Пригласи его на минутку, — попросил Виктор.
Вскоре Луч Мысли показался у перегородки. Виктор надел на голову тюбетейку, вызвал картину земного шара, представил себе звездочку в районе Москвы, и она заалела на воздушной картине.
— Приземлиться нам надо здесь, — предупредил Виктор. — Запомнил?
— Аппарат, может, опуститься, в, другом, месте.
Это было понятно. Рассчитать торможение о воздух так, чтобы катер приземлился в заранее намеченной точке, для сапиенсов, не имевших точных данных об атмосфере Земли, было трудно.
— Но ты ведь можешь лететь и в плотных слоях атмосферы, вдоль поверхности Земли?
— Могу.
— Ну, вот и долетишь!
— Ты, боишься, — спросил или догадался Луч Мысли, машина ведь говорила без интонаций.
— Да!.. — решительно сказал Виктор. — Нам придется перелетать, потому что…
— Я, должен, встретиться, с ними, — перебил его Луч Мысли.