Меншиков: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Наскоро распорядившись о прекращении военных действий, Пётр сел в маленькое судёнышко и без всякой свиты поспешил в Петербург.

В это серое, спокойное сентябрьское утро на Троицкой набережной было пустынно. Сырой ветер в бесцельном удальстве крутил жёлтый лист на дороге. Пахло водорослями, увядающей зеленью; серо-свинцовые волны мерно плескались о берег, лизали сваи. Сады за серыми хоромами, пёстрыми домами, белыми мазанками пожелтели, поредели; ярко алели черепичные крыши.

В одном месте, против «Австерии», крепили берег. От копров гулко по воде доносились хлёсткие, лихие запевки:

К запевалам в меру и в лад приставали и. сливаясь, сходясь, зычно вторили им голоса:

Подхватывали, выделялись заливистые подголоски и выносные:

Мерно ухали бабы.

И никто бы не обратил внимания на стройную маленькую бригантину, которая быстро скользила к берегу под снежно-белыми парусами, качаясь и кланяясь на крутой серо-белесой волне. Но в виду пристани Пётр приказал: беспрестанно палить из всех трёх пушек, трубачу стать на нос — трубить «сбор».

Что это значит?

На берегу зашевелились, забегали. Моряки рассмотрели вымпел на мачте:

— Государь!

Дали знать кому следует. Повалил народ. Появились кареты. Кто-то выкрикнул:

— Мир?!

И… значение выстрелов стало мигом понятным.

— Ура-а-а! — прокатилось по пристани.

Полетели вверх шапки. Загремели, словно откликнувшись, пушки с крепостных бастионов. Из «Австерии» торопливо выкатывали бочки с пивом, вином…

— Здравствуйте, православные! — стоя на помосте, раскланивался на все четыре стороны Пётр. — Толикая долговременная война закончилась, — зычно выкрикивал он своим сиповатым, простуженным басом, — и нам со Швецией дарован вечный, счастливый мир! — Зачерпнул ковш вина. — За благоденствие России и русского народа!.. Ура!

— Ур-ра-а!! — густо загремело на площади, раскатилось по прилегающим улицам, переулкам, снова вернулось к помосту и вновь раскатилось.

С крепости ударили из всех пушек. Выстроенные к этому времени на площади полки дали три залпа из ружей. Люди обнимали друг друга.

— Сподобил господь!

По городу с известием о мире поскакали драгуны и трубачи с белыми через плечо перевязями, с знамёнами, лавровыми ветвями в руках.

На рейдах флаги расцвечивания в знак торжества взметнулись над палубами кораблей. Всюду воцарилось праздничное, бурное оживление.

17

В три приёма праздновалось заключение мира. В первый раз — наскоро, через несколько дней по получении переведённого на русский язык текста договора…

У Александра Даниловича — вот же как кстати! — празднование заключения мира совпало и с семейным торжеством — обручением молодого польского графа Петра Сапеги с старшей дочерью князя, десятилетней Марией. Двойной праздник! Действительно «кстати»!..

«Правда, вроде как раненько затеяно это обручение, — соображал Александр Данилович, — но… так надёжнее… А то получится как с сестрицей Анной Даниловной. Выскочила за вертопраха Девьера! И ничего нельзя было сделать!..»

Девьер!..

Было это давно, ещё во время пребывания государя в Голландии. На одном корабле царь заметил красивого, необыкновенно ловкого и проворного юнгу. Юноша этот, сын крещёного португальского еврея по фамилии Девьер, с радостью принял предложение Петра поступить в русскую службу. Сначала он был на побегушках у Меншикова, но скоро государь взял его к себе в денщики. Это уже было очень неплохо! Сулило быстрое продвижение…

Так оно и случилось: расторопный, толковый денщик понравился государю, он начал повышать его в чинах… Оперился Девьер и… в 1712 году обратился к светлейшему с предложением вступить в брак с сестрой его Анной Даниловной, во взаимности которой он был уверен.

— Ка-ак! — рявкнул князь. — Замуж за тебя, проходимца?! Вон!..

Но Девьер не отстал.