Меншиков: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Ничего не скажешь! — передёрнул плечами Шафиров. — Был и под Лесной и под Полтавой. Генеральс-адъютант Боура… Эт-то… Хвалил его генерал. А на Боура угодить трудно…

— Чего „на Боура“? У самого ж государя пять лет в личных адъютантах ходил, — заметил Александр Данилович, поправляя плечами кожаную подушку. — Н-н-да-а… — Поднял брови, искоса глянул на Шафирова и закашлялся. — Далеко красавчик пойдёт, если…

— Если что? — живо спросил вице-канцлер. Меншиков слегка покрутил головой:

— Сановные что-то стелются перед ним, льстят, богато одаривают… А потом… — Прикрыл глаза, помолчал и со вздохом добавил: — Уж очень он бабий угодник!..

Вправо от дороги важно и ровно шумели сосны на высоких курганах, вековой бор глушил берега, и только красавица Нева, широкая и свободная, плескала и плескала своими серо-свинцовыми, холодными волнами под иссиня-зелёным хвойным навесом.

Под колёсами хрустели еловые шишки и тонкие, ломкие, как стекло, сосновые веточки. Теневые стороны сосновых стволов казались синими, а другие были все розовые, испещрённые тенями. Солнце садилось. Снизу, от реки, плыл туман, прозрачной пеленой растекался по берегу. В лужках, низких местах, становилось холодно, как в погребе, резко пахло росистой зеленью, только изредка откуда-то повевало пряным теплом. Быстро темнело.

— Дико, Александр Данилович, — пожимался Шафиров, оглядываясь по сторонам. — Не люблю я, признаться, ездить вечерами по таким глухим местам.

— Можно было бы и самому мне, — продолжал Александр Данилович, как бы думая вслух, — собрать всех резидентов у себя да и поговорить „по душами“… Только…

— Да сделаю всё, Александр Данилович! — воскликнул Шафиров, всплёскивая короткими ручками. — О чём разговор!.. Слава богу не маленький, не двух, по третьему!.. Ка-кое важное дело! Да я их, голубчиков, так лбами соткну! Всю внутренность выложат!..

Александр Данилович молчал.

Впереди, на першпективах, зажигались огни. Там, в столице, начиналась вечерняя жизнь, а здесь возле самого города, было тихо, пустынно и ещё брезжил свет вечерней зари. Изредка встречались, серели, как старые грибы, бревенчатые постройки.

„Ох, и много же ещё труда положить надо будет, чтобы обжить эту всю махину, скрасить эту угрюмую, свирепую целину!“ — невольно подумал Щафиров, и Меншиков, как бы в лад с его мыслью, но думая о чём-то своём, раздельно сказал::

— Да-a, хлопот мне со всем этим будет, повыше усов… Погоняй веселей! — ткнул в спину кучера.

И Нефед залился:

— Эх вы, любки-голубки, ноги ходки, хвосты долги, уши коротки! Аль вы забыли, что прежде любили!

— Балагур! — улыбнулся Меншиков, кивнув на Нефеда. — А знаешь, как он про новую столицу-то говорит?

— Как?

— „Хорош Питер, да бока повытер!“

Шафиров зевнул во весь рот так сильно, что левая рука его непроизвольно? приподнялась до груди. Простонал:

— А ну их!.. Слушай больше! При-и-выкнут!..

13

Загородный дом Шлиппенбаха был полон гостей. По всем комнатам пахло дорогим табаком. Из гостиной раздавались мужские голоса, слышны были резкие восклицания англичанина Брука, плотного, кряжистого, средних лет человека, непрестанно сосавшего короткую трубку.

В зале стол был уставлен закусками, посудой, графинами.

— Доброго здоровья! — расшаркивался Шафиров, размахивая, как флагом, большим синим платком.

Предупредительно-ласково Шлиппенбах пожал ему руку.

— Милости просим! Добро пожаловать! А Внллим Иванович что?

— Нездоров, нездоров! — тараторил Шафиров. — Просил извинить.

— Правда? — протянул хозяин, сделав скорбную мину и пропуская Шафирова вперёд. — Пётр Павлович Шафиров… Барон Шафиров… — представлял он вновь прибывшего гостя.

Брук склонил голову; мягко, как пантера, подошёл; улыбаясь — кривя прямые, тонкие губы, — протянул Шафирову необыкновенной худобы и белизны руку с перстнями и кольцами на сухих, длинных пальцах с прозрачными ногтями.

— Добрый день, барон, добрый день! — сказал он и, кивнув хозяину, подхватил Шафирова под руку.