"Дочь моя! мое рожденье,
Небесам благодаренье!
Вновь ты мне возвращена!"-
Говорил он, а она
Так и падает на шею
Со слезами к Пантелею…
Тут подходит Елисей:
"Неужель отец ты ей?"
(Вопрошает)."Да, она
Точно та, что пленена
Встарь была Ходинамелем".
Одурманен, словно хмелем,
И Роман пришел в тот час,
Объяснилось всё как раз,
Все четверо обнялися,
Быть век в мире поклялися,
Безобидно проживать
Да деньжонки наживать.
Снова кубки заблистали,
Пить прилежней вдвое стали,
И пошел такой тут пир,
Что не знал подобных мир.
Я там был три сряду ночи,
Ел что было только мочи,
За стаканом пил стакан,
А всё не был сыт и пьян…
1840(?)
153. Юность Ломоносова.
Действующие лица:
Старик.