Действие в судейской.
Театр представляет большую комнату; в средине дверь для общего входа; от этой двери направо и налево идут на целый план вперед балюстрады с дверью для входа; эти балюстрады устроены для зрителей; на первом плане -- направо и налево -- большие окна с железной решеткой; около окон стоит кресло; на правой стороне -- большой стол, покрытый черным сукном, на нем всё нужное для письма; около стола -- большое кресло; на другой стороне -- стул; на левой стороне -- против стола -- деревенская скамья для судящихся. На сцене ночь.
Бутондор и судья (вместе входят, разговаривая).
Судья. Я, пожалуй, жизнь моя, не прочь,-- но что-то страшно… ну, если это узнается… беда!
Бутондор. Э! полно, дружище!.. если бы из этого могло выйти что-нибудь важное, то я и сам не затеял бы этой шутки; будь уверен -- это просто ничего! так, ради смеха… ведь я сам старый воробей -- был в воде и в огне -- стало быть, тут нечего и опасаться.
Судья. Всё это так, жизнь моя… но всё что-то страшно…
Бутондор. Э! да какой ты трусишка, как я посмотрю,-- важное кушанье девчонка с курочкой,-- да для общественного спокойствия ты не должен в это дело мешаться… ну, по рукам! Прибавлю еще бутылку,-- кстати, после вместе и разопьем.
Судья. Бутондор!.. друг мой!.. ты искуситель, жизнь ноя! так и быть, решаюсь… пойдем ко мне -- здесь неловко -- там я дам тебе свою мантию и очки… но, пожалуйста, будь повоздержнее и недолго продолжай суд… я дам тебе своего писаря -- он тебя будет останавливать, когда, неравно, ты забудешься… ну, пойдем! (Идут. Судья у дверей останавливается.) Бутондор! жизнь моя!.. мне что-то страшно!..
Бутондор. Экой трус!.. ну, еще бутылку жертвую, идем.
Судья. Бутондор! ты искуситель, жизнь моя! так я быть, решаюсь!
Отворяют средние двери и уходят направо; в это же время с левой стороны Кокорику почти насильно втаскивает писаря.
Кокорику и писарь.
Писарь (упирается ногами, Кокорику толкает его в шею). Позвольте!.. позвольте!.. Можете себе представить, у меня до спины дотронуться нельзя, а вы толкаете!.. Объясните по пунктам: кто вы, в чем дело и чего требуете? А то, можете себе представить, я ровно ничего не понимаю!.. Я уж начал предаваться успокоению после дневных трудов, как вдруг меня сталкивают с моего ложа в тащат в судейскую… можете себе представить!.. Что вам угодно?.. Государь мой! объяснитесь по пунктам!..
Кокорику. Изволь!.. Пункт первый: вот тебе кошелек; он не похож на твою голову и достаточно наполнен. Пункт второй: я еще столько же дам тебе, если согласишься помочь мне. Пункт третий: отдай мне свое платье на несколько часов, а сам останься дома. Ну, согласен?
Писарь. Отец и благодетель! Не токмо платье мое, но и родную шкуру мою отдаю тебе в вечное владение! Можете себе представить… такая щедрость!.. Ох! боюсь, как бы не сойти с ума!..
Кокорику. Ну, этого не бойся! Такой беды с тобою не случится… идут!.. уйдем скорей!.. (Убегают.)
Оркестр играет под сурдиной унылый марш.
На сцену выходят двое полевых сторожей с факелами и становятся по сторонам. За ними входят несколько крестьян -- мужчин и женщин. Сторожа отворяют двери балюстрада, и крестьяне входят в балюстрад.
Хор крестьян (под марш).
Вот час суда!..
О, страх ужасный!..
Какой сюда
Попал несчастный?..
Тише, тише!.. Не шумите!
Не толкайтесь и входите!
Место будет всем для нас…
Ах! Наступает страшный час!..
Вот час суда!
и проч.
Бутондор, в платье судьи, важно выступает и садится за стол; сторож с факелом становится у окна, чтоб осветить стол. За ним идет Кокорику в платье писаря и садится по правую сторону Бутондора. Когда все усаживаются, музыка умолкает.