Мария Магдалина – автор четвертого Евангелия?: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Рамон К. Хусино

Мария Магдалина — автор четвертого Евангелия?

Введение

Эта статья создаёт прецедент, согласно которому авторство Четвёртого Евангелия (Евангелия от Иоанна) в Новом Завете следовало бы отнести Марии Магдалине. Насколько мне известно, ни одна из прежних публикаций не выдвигала доводов в поддержку этой гипотезы. Большинство учёных-исследователей Библии сегодня утверждают, что Четвёртое Евангелие было создано неизвестным последователем Иисуса, который упомянут в тексте Евангелия как любимый ученик Его. В данной работе постулируется то, что в ранней традиции общины Четвёртого Евангелия, «неизвестный» ныне любимый ученик, был известен как Мария Магдалина. Далее утверждается, что Мария Магдалина является истинной основательницей и главным действующим лицом того, что приобрело известность как Иоаннова Община (т. е. Мария Магдалина была одним из первых апостолов-основателей и лидеров ранней Христианской церкви).

Я осознаю, что эта гипотеза может показаться вам очень радикальной и, возможно, неприемлемой. Тем не менее, я полагаю, что это хорошо подкреплено фактами, и в подтверждение этого я почтительно предлагаю следующее. Доказательства, подтверждающие данный тезис, содержат некоторые гностические христианские писания из библиотеки Наг-Хаммади и внутренние свидетельства из текста самого Четвертого Евангелия. Это статья также в значительной степени опирается на исследование Иоанновой Общины, сделанное Раймондом Е. Брауном (самым выдающимся в Америке католическим учёным-исследователем Библии).

Я приложил все усилия к тому, чтобы написать статью так, чтобы она легко воспринималась и была понятна тем, кто не обладает основательными научными познаниями о Библии. Статья написана и посвящена тем, кто принимает любовь Бога, кто любит и уважает Церковь и кто достаточно широк во взглядах для того, чтобы исследовать новые идеи без ощущения страха перед ними. (Список ссылок приводится для вас в конце данной статьи.)

До сего дня Мария Магдалина остаётся наиболее не замечаемой и загадочной фигурой. Спекуляции вокруг её роли в развитии раннего Христианства не новы. На протяжении всей церковной истории она является объектом обсуждения многих не похожих друг на друга теорий и мифов. Такие предположения явились результатом глухого молчания Писаний в адрес этой женщины, которую все четыре Евангелия упоминают как того, кто присутствовал и при распятии Иисуса, и при обнаружении могилы опустевшей на следующее утро Воскресения. Почему же так вышло, что мы практически больше ничего о ней не знаем? Внесла ли она вклад в развитие ранней Церкви, о котором мы не имеем представления?

Вот факт, о котором, похоже, знают немногие люди: нигде в Библии прямо не говорится, что Мария Магдалина была проституткой в какой-либо период её жизни. В своём повествовании о «кающейся грешнице», которая отёрла ноги Иисуса своими волосами, Лука (7:36–50) не называет её имени. Так же не упоминается её имя в качестве той женщины, что была уличена в неверности и спасена Иисусом от побития камнями до смерти (Иоанн 8:1-11). Она в действительности названа как однажды одержимая демоном (Лука 8:2). Несмотря на это, предположение о том, что её греховное прошлое состояло в основном из греха сексуального, является допущением, которое обычно не делается в отношении тех мужчин, которых устанавливают как бывших грешников. Сюзан Хаскинс (Susan Haskins) опубликовала замечательное исследование большинства таких мифов и недоразумений окружающих Марию Магдалину. Её книгу следует прочесть каждому, кто желает приобрести серьёзные знания о Магдалине.

Мои тезисы

Мы начинаем с допущения следующей, хорошо устоявшейся точки зрения: большой позитивный вклад, сделанный женщинами в развитие ранней Церкви, преуменьшался на протяжении всей истории. Клаудиа Сетзер (Claudia Setzer) недавно напомнила нам, что женщины, особенно Мария Магдалина, были важными свидетелями Воскресения Христа. Сетзер (259) утверждает, что заметная роль последовательниц-женщин была ранней и прочно укрепившейся частью традиции, которая быстро стала помехой для лидеров-мужчин устанавливающейся институциональной Церкви. Многие видные учёные приводили довольно убедительные доводы о том, что со стороны мужского руководства имели место согласованные усилия по замалчиванию знаний о любом значительном вкладе, сделанном последовательницами-женщинами.

Данное исследование постулирует предположение о том, что Четвёртое Евангелие, авторство которого когда-то повсюду приписывалось Иоанну из Зебедии, на самом деле принадлежит Марии Магдалине. Кроме того, исследование утверждает, что она была тем самым любимым учеником Четвёртого Евангелия и, следовательно, основателем и руководителем того, что впоследствии стало известно как Иоаннова Община. На самом деле, существует больше свидетельств указывающих на её авторство Четвёртого Евангелия, чем тех, что когда-либо указывали на авторство Иоанна.

Исследование Раймонда Е. Брауна (1979) использовалось как предварительный фундамент для данной статьи. Брауновское же исследование Иоанновой Общины, несомненно, является ни от кого независимым. Большинство теологов сегодня охотно признают его выдающимся в Америке католическим учёным-исследователем Писания. Данная статья не ставит под сомнение какое-либо из брауновских основных утверждений по этой теме. Пожалуй, наоборот, я во многом использовал исследование Брауна, чтобы обосновать гипотезу в данной статье. В попытке установить автора Четвёртого Евангелия, это исследование основывается на брауновском исследовании, поскольку сам Браун этого не делает. Лишь в одном месте он действительно оспаривал то, что авторство Четвёртого Евангелия принадлежит Иоанну из Зебедии (1966: xcviii). Однако с того времени Браун изменил свой взгляд на эту тему, потому что он нашёл незначительные подтверждения для обоснования авторства Иоанна этого Евангелия (1979: 33).

Мария Магдалина называется автором Четвёртого Евангелия в том смысле, в котором классическая древность определяла авторство (Brown 1990: 1051–1052). Автор — это тот, чьи идеи выражает книга, а вовсе не обязательно тот, кто приложил перо к папирусу (Brown 1966: lxxxvii). Согласно Брауну, Четвёртое Евангелие написано неизвестным последователем Иисуса, упомянутом в тексте этого Евангелия как любимый ученик. Этот любимый ученик лично знал Иисуса и был в изначальной группе Иоанновой Общины (Brown 1979: 31). Четвёртое Евангелие было основано на свидетельствах этого ученика (Иоанн 21:24). Браун выделяет несколько фаз в создании Четвёртого Евангелия: 1) первоначальная, до-евангелическая версия, написанная самим любимым учеником; 2) до-евангелическая работа проделанная «евангелистом» или основным писателем; и 3) окончательная версия, написанная редактором после смерти этого любимого ученика (1979:22–23).

Я утверждаю, что вклад Марии Магдалины в написание Четвёртого Евангелия имел место в первой из выделенных Брауном фаз создания, — т. е. в первоначальной до-евангелической версии. Это Евангелие прошло через несколько фаз изменений. Конечным результатом тех изменений стало окончательное сокрытие её роли, как автора этого Евангелия и руководителя их общины.

Любимый ученик Четвёртого Евангелия

Перед тем как двигаться дальше, давайте посмотрим что в действительности говорит Четвёртое Евангелие об этом любимом ученике. Евангелие от Иоанна содержит семь мест, которые упоминают любимого безымянного основателя Иоанновой Общины. Места эти следующие:

(1:35–40) Этот отрывок упоминает «другого ученика», который слушал Иоанна Предтечу и последовал за Иисусом вместе с Андреем, братом Симона Петра. Хотя это место конкретно не говорит, что ученик был любим Иисусом, Браун утверждает, что этот отрывок является упоминанием того самого любимого ученика. Он говорит, что ученик не упоминается как любимый просто потому, что к этому моменту он ещё не был учеником Иисуса (Brown 1979: 33).

(13:23–26) Это место ясно упоминает безымянного ученика, «которого любил Иисус». Этот ученик сидит рядом с Иисусом во время Тайной Вечери. Пётр кивает ему, чтобы тот попросил Иисуса назвать предателя. Ученик спрашивает и Иисус говорит ему, что предателем, конечно же, станет Иуда Искариот.

(18:15–16) После ареста Иисуса другой ученик был допущен с ним во двор первосвященника. Пётр же, напротив, поначалу не был допущен. Только после того, как тот, другой ученик, который был знаком первосвященнику, сказал придвернице, Петра впустили внутрь. Этот ученик не упоминается ясно как любимый ученик. Несмотря на это, Браун утверждает, что в этом отрывке упомянут тот самый ученик, которого любил Иисус (1979: 82).

(19:25–27) Любимый ученик находится у подножия Креста вместе с матерью Иисуса и другими женщинами, включая Марию Магдалину. Иисус говорит любимому ученику, чтобы тот позаботится о его матери. Ученику сказано взять мать Иисуса в свой дом.

(20:1-11) Пётр и ученик, которого любил Иисус, бегут к опустевшему гробу, после того, как Мария Магдалина сказала им, что тело Господа унесли.

(21:7) В этом отрывке несколько учеников после Воскресения Христа отправились рыбачить. Любимый ученик первым заметил, что человек, говоривший с ними, был Иисус. Ученик говорит Петру: «Это Господь!»

(21:20–24) Смерть любимого ученика упоминается в общении между Петром и Воскресшим Христом. В этом месте также утверждается, что Евангелие было написано этим любимым учеником и основано оно на его свидетельствах как очевидца. Глава 21, очевидно, была написана редактором уже после смерти любимого ученика.

Возможно, вы отметите здесь, что в приведённых выше местах из Евангелия от Иоанна, любимый ученик — явно мужчина. А так же, что в 19:25–27 и 20:1-11 любимый ученик и Мария Магдалина одновременно появляются в одних и тех же сценах. Как в свете этого я могу утверждать, что Мария Магдалина является тем самым любимым учеником? Подробный ответ на этот вопрос будет дан ниже. А пока: причина, по которой любимый ученик был в тексте превращён в мужчину, заключалась в том, что этот ученик явно был основателем и главным действующим лицом общины, давшей это Евангелие. В какой-то момент после смерти Иисуса возникающее мужское руководство общины просто стало смущаться тем, что её основателем была женщина. (Помните, что мы имеем дело с отношением мужчин к женщинам 2000-летней давности.) Для того, чтобы присоединить свою общину к «основному потоку», они скрыли некоторые из наиболее радикальных практик, которым на своём примере учил их Иисус, — таких как отношение к каждому с равным уважением и достоинством, включая больных, бедных, униженных, гонимых и женщин. Несомненно, Иисус не возражал против того, чтобы мужчины и женщины делили руководящее положение в лидерстве. Некоторые из его последователей, тем не менее, не были достаточно мужественными для того, чтобы быть настолько принципиальными. Так в случае с Евангелием от Иоанна любимый ученик женского рода вынужден был стать мужчиной. Ниже я конкретизирую только то, как я полагаю, это произошло.

Один факт вполне ясен: по какой-то причине писатель Евангелия от Иоанна хотел сохранить личность любимого ученика в секрете. Ученик этот, очевидно, был чрезвычайно важной фигурой в истории их общины. Так почему же тогда имя этого ученика скрывалось? Было ли это сделано с целью защитить этого ученика от гонений? Вряд ли, — в конечном счёте, этого ученика уже не было в живых, когда был готов окончательный вариант Евангелия от Иоанна (21:20–24). Возможно ли, чтобы автор окончательного варианта забыл имя их любимого основателя? Непохоже. В самом деле, интересная загадка.

Внешнее свидетельство

Сегодня большинство исследователей Библии, как католики, так и протестанты, утверждают, что Святой Иоанна из Зебедии не является автором Евангелия, носящего его имя. Они приписывают авторство «безымянному» любимому ученику. Таким образом, если свидетельства, указывающие на Иоанна как на автора этого Евангелия, столь неубедительны, как же тогда эта книга стала общеизвестна именно как Евангелие от Иоанна?

Четвёртое Евангелие в начальной стадии было раньше принято «не ортодоксальными», нежели «ортодоксальными» христианами (Brown 1979: 147). Самым древним комментарием Четвёртого Евангелия является тот, что написан гностиком Гераклионом (Heracleon, умер в 180 г. н. э.). Гностики-валентиниане до такой степени признавали Четвертое Евангелие, что Ириней Лионский (Irenaeus, умер ок.202) вынужден бы опровергать их экзегезу. Браун справедливо отмечает взаимосвязь между Четвёртым Евангелием и ранними гностическими христианами, когда он пишет, что существуют «в изобилии свидетельства знакомства с иоанновыми идеями в… библиотеке гностиков из Наг-Хаммади» (1979: 147). В противоположность этому Браун указывает на то, что явное использование Четвёртого Евангелия ранней Церковью, в «ортодоксальных» источниках трудно доказуемо (1979: 148). Это, казалось бы, предполагает, что содержимое Четвёртого Евангелия в чем-то могло быть не привлекательным для «ортодоксальных» христиан, тем не менее, для гностических христиан по какой-то причине оно было очень привлекательно. В действительности же, самое раннее неоспоримое «ортодоксальное» обращение к Четвёртому Евангелию было сделано Феофилом из Антиохии ок. 180 г. н. э., в его «Апологии к Автолику» (Apology to Autolycus). Эта неразрывная связь между Четвёртым Евангелием и гностическими христианами представляет существенную поддержку моему тезису.

Если гностики вам не знакомы, советую поискать информацию о них. В истории Церкви они очень рано были заклеймены как еретики зарождающейся институциональной Церковью. Важным для данного исследования является следующее: многие гностические группы практиковали радикальный эгалитаризм. Они верили, что Бог действует и говорит как через мужчин, так и через женщин. Известно, что в их общинах как мужчины, так и женщины были руководителями и/или пророками. Многие мужчины, включая тех, что представляли Церковь, чувствовали угрозу, исходящую от них.