Впрочем, не в том проблема, размышлял воин. Хотя в последние несколько дней Лиза вела себя достаточно открыто, все же она держалась от него в отдалении. Душевные раны девушки затягивались, теперь самое время завершить исцеление. Цирцену нужно добиться от нее более тесной близости, дабы помочь девушке всецело принять свое положение его жены, которой ей скоро предстоит стать.
Кого он пытается обмануть? Ему необходимо уложить её в постель прежде, чем он превратится в хищное чудовище . Ни на минуту Цирцен не забывал то видение, что подсмотрел в щите. И он желал этого, жаждал принять своё будущее. Несмотря на свои мучения, он будет терпеливым с девушкой, давая ей время залечить раны. Однако она снова менялась, становясь сильнее.
Цирцен фыркнул, подумав, что Лиза была не единственной, кто претерпел изменения с ее появлением в этом времени. Пару месяцев назад Цирцен был человеком суровой дисциплины и с презрением относился ко многому вокруг себя. Теперь же он человек сильных страстей, который приветствует то, каким он мог бы стать с ней рядом. Несколько месяцев назад Цирцен избегал телесной близости, приводил десяток причин, почему разумно отречься от нее. Теперь он стремился к этой самой телесной близости, вооружённый дюжиной доводов, почему разумно, возможно, даже необходимо, чтобы он принял ее с воодушевлением.
После того, как даровал Лизе часовню, Цирцен проводил девушку в комнату, надеясь сорвать напоследок поцелуй на сон грядущий, однако она замкнулась в себе. Её поцелуй был неистовый, и мужчина отчётливо чувствовал страсть, исходящую от тела девушки, но Лиза прервала поцелуй, пожелав Цирцену спокойной ночи и оставив лэрда за дверью. Цирцен подозревал: несмотря на то, что Лиза уже позволяла себе крупицы счастья, она всё ещё недостаточно верила, что не стоит продолжать страдать за грехи, которые не совершала.
Ради её же блага Цирцену придется стать безжалостным. Ему необходимо проникнуть внутрь её раковины и полностью впустить девушку в свою жизнь. Цирцен хотел Лизу, эту обворожительную, глубоко чувствующую женщину со страстным сердцем, острым и любознательным умом. Он соскучился по её забавному чувству юмора, которого так недоставало в последнее время. Жаждал, чтобы Лиза познала с ним глубочайшее телесное единение, поскольку Цирцен был уверен – сделав это однажды, она не будет прятать от него своё сердце. И Цирцен собирался изучить каждый укромный уголок и щелочку её души.
Безжалостным соблазнителем, вот кем собирался стать Цирцен.
Лэрд подвязал волосы сзади ремешком и подумал, было, побриться, но сил уже не было терпеть. Прошло полчаса, как они закончили ужинать, и, может, повезёт, и девушка уже устроилась уютно в постели.
И он присоединится к ней. Время пришло.
Сегодня Лиза будет принадлежать Цирцену.
* * *
Лиза потягивала сидр и наблюдала за огнём, ощущая удивительное недовольство, несмотря на восхитительный обед в компании очаровательного собеседника и дивный подарок в виде часовни. Неудовлетворенное тело гудело, и Лизе нечем было оправдаться перед самой собой.
С того момента, как она выбралась из покоев после схватки со своим горем, Цирцен всячески давал ей знать, что хочет, наконец, разделить с ней ложе, но что-то удерживало Лизу, и она не имела ни малейшего понятия, что именно. Девушка рассматривала ситуацию с разных сторон, но до сих пор не приблизилась к разгадке того, почему каждый раз отталкивала лэрда, когда он пытался пойти дальше поцелуя. Лиза готова была спросить у Цирцена, знал ли он , что с ней, однако не могла заставить себя пойти на столь жестокую откровенность.
Какая-то часть её хотела, чтобы Цирцен попробовал сломать её бастионы. Так хотя бы Лиза смогла постичь, что это за чёртовы стены. Она про себя уже решила быть здесь счастливой, так почему противилась обольщению?
Стук в дверь заставил её сердце забиться быстрей.
– Войдите, – тихо сказала Лиза, отчаянно надеясь, что это не Гиллендрия принесла очередное переделанное платье или накидку.
– Девушка, – пробормотал Цирцен, закрывая за собой дверь.
Лиза села прямо, поставив кубок с вином на стол. Ничего не говори – просто поцелуй меня , – подумала она. – Поцелуй крепко и быстро, не дай мне опомниться.
– Хочу кое-что обсудить с тобой, девушка, – сказал Цирцен. Он пересёк комнату и, взяв за руки, поднял Лизу со стула.
– Да?
Цирцен замер и долго смотрел на неё сверху.
– Ох, иногда я путаю слова, – наконец, промолвил он. – Всю свою жизнь я был воином, а не бардом, несущим околесицу. – Обхватив ладонями лицо Лизы, Цирцен накрыл её губы своим ртом.
Воин зарылся пальцами в её волосы, словно гладким бархатом, скользя языком между её губ, целуя девушку не спеша и со знанием дела. Цирцен подарил Лизе такой восхитительный долгий поцелуй, что девушка вцепилась в него, задохнувшись. Он покусывал, посасывал и потягивал её нижнюю губу, затем снова рванулся внутрь, завладев ртом. Его руки скользнули по её спине вниз к ягодицам, и мужчина застонал. Он отчаянно нуждался в ней, однако столь же сильно хотел, чтобы Лиза стремилась к близости с ним. Его язык отступил, и Цирцен замер, ожидая, что Лиза сделает ответное движение, чтобы вернуть его.
Чего не произошло.
Цирцен вздохнул и отступил немного назад, чтобы взглянуть на неё.
– По крайней мере, сражайся со мной, девушка, как поступала, когда Брюс объявил нас обручёнными. Думаешь, я забыл? В те времена, убери я от тебя язык, ты бы себя так не повела.
Лиза отвела взгляд.
Будь безжалостным , – напомнил себе Цирцен, – или она ускользнёт от тебя. Нельзя оставлять её в ловушке горя и вины.
Когда Лиза пошевелилась, чтобы присесть на кровать, воин тихо выдохнул от облегчения. То обстоятельство, что девушка чувствует себя удобно, усаживаясь на место будущего соблазнения, поведало Цирцену, что Лиза совсем не испытывает к нему неприязни.
– Чего ты ждёшь, Лиза? – Цирцен опустился рядом с ней на постель. Он приободрился, поскольку девушка не отодвинулась, а осталась сидеть рядом, плечом к плечу. – Помнишь, что ты сказала в ту ночь, когда прибыла сюда? Когда испугалась, что я заберу твою жизнь?
Лиза осторожно взглянула на Цирцена, тем самым показывая, что внимательно слушает.