- Жаль, что твоему лицу не так повезло.
- Проехали! - выкрикнул он и сразу об этом пожалел. Обхватив голову руками, он застонал.
- С этого момента, милочка, вопросы задаю я.
- Фу, не называй меня так. А первый твой вопрос будет о том, что я здесь делаю?
Он не мог не улыбнуться, она увидела это и улыбнулась в ответ. Вик протянул руку и поиграл с ее темно-коричневым локоном.
- Итак, ты знаешь все интимные подробности моей жизни: день рождения, девичью фамилию матери, голос моей бывшей жены. Давай послушаем тебя.
Она пожала плечами, внезапно почувствовав себя не в своей тарелке, но он не заметил.
- Какая девичья фамилия у твоей матери?
Эшли промолчала, и Виктор уже был готов повторить вопрос, как вдруг она заявила с напускной веселостью:
- А я не знаю.
- Не помнишь?
- Не знаю. Я не знала свою мать.
- Ох, - это было сложно переварить. - Ну, твой отец должен был тебе что-то рассказывать…
- И его я тоже не знала. Самое раннее мое воспоминание - это приемная семья. Одна из многих, к несчастью.
Он вдруг резко поднялся, да так, что чуть не скатился с дивана.
- Ты сирота? Честно-честно, самая настоящая, оставленная на крыльце приюта, сирота?
- Пожалуйста, - она вскинула руки вверх жестом регулировщика. - Я предпочитаю термин «лишенная родительского внимания».
- Так вот оно что! - вскрикнул он, кинув пузырь со льдом на пол. - Вот почему у тебя такая дерьмовая самооценка!
Он выглядел слишком довольным собой, думала Эшли с растущим раздражением. И что странно, она не могла припомнить никого, кто бы так обрадовался, узнав о ее семье, а точнее – об отсутствии таковой.
- О чем это ты?
- А я-то не мог понять, как это у тебя, такой сногшибательной и умной, может быть настолько заниженная самооценка. Что ж, это все объясняет.
- У меня нормальная…
- Неудивительно, что тебя тревожили мои деньги. У тебя же их никогда не было. И не говори, что приемные семьи с бюджетным финансированием купаются в роскоши.
- И как это разговор о моем детстве перешел в разговор о твоих деньгах? - Эшли попыталась сказать это небрежно, между делом, но ей было сложно сдерживать раздражение. Сейчас он скажет, что позаботится о ней, и она никогда больше не почувствует себя одинокой и ненужной. И ей придется его ударить.
- Ты разве не понимаешь, Эш? Мои деньги не важны, и твое прошлое - тоже. - Он щелкнул пальцами. - Поэтому ты боишься адвокатов. Наверное, что-то натворила, когда была ребенком… государство известно своим отношением к детям. Что ж, что бы ты ни сделала, это уже не имеет значения.
- Не имеет значения? - ледяным тоном переспросила она.
Он улыбнулся ей с огромной теплотой.
- С твоей стороны было глупо об этом беспокоиться.
Она чуть не подавилась.
- Глупо?