Измерение “Ф”: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Заснули вы там, что ли?

— Ты слышишь, шеф зовет, — насмешливо сказал Гнейс. Он все еще сидел на лошади и не собирался слезать. — Ну что же ты, никак боишься, Родя?

Родион вздохнул и, как был, без страховки, вооружившись одною лишь лопатою, спрыгнул в котлован.

— Шефа боится больше Поглощения, — хихикнул Гнейс.

Ситмах копал как заведенный. Свитер на спине его вымок, он сбросил его, и теперь кожа блестела от пота, будто смазанная маслом. Родион наконец добрался до него, и они стали копать вдвоем.

Был полдень. Солнце силилось прорваться сквозь серую кашу облаков. Неожиданный луч просочился и ослепил. Алекс зажмурился. Солнце! Сразу же сделалось радостно. Может, все это наконец кончится так же внезапно, как и началось?

Порыв ветра заставил мальчишку вздрогнуть. Земля качнулась едва приметно… Или показалось?

Кони занервничали, стали переступать с ноги на ногу, трясти гривами. Удила позвякивали.

Жена Родиона подошла к самому краю обрыва. Поначалу она смотрела молча, потом что-то прошептала и, наконец, закричала:

— Чего вы там? Зачем?! Назад! Скорее! — она махала руками, и крик ее уносил ветер. — Провалитесь дураки, провалитесь, — причитала она.

Ситмах уже отбросил лопату и разгребал руками песок. Алекс видел лишь его спину и спину Родиона. Неожиданно между ними возникла голова, серая от пыли; руки взметнулись и упали.

Ситмах отцепил от пояса флягу и стал поливать покрытое землею лицо Макса. Тот мотал головою, с жадностью глотал воздух, потом глотал воду пополам с грязью и конвульсивно греб руками, будто хотел плыть по этому морю рыхлой земли и песка. Ситмах и Родион подхватили Макса под руки и потащили назад, на твердую почву.

Тут Алекс заметил, что кусты дрожат мелкой знакомой дрожью. Он закричал отчаянно и дернул за веревку. Ситмах все понял, те трое внизу заспешили, даже откопанный торопливо переставлял ноги. Но они вязли в рыхлом песке. Алекс видел, что Ситмах проваливается уже выше колена. Их засасывало, как в трясине, в ямах выступала вода, как испарина на лице больного.

Алекс повернулся к Гнейсу за помощью, но тот исчез, будто его поглотило. Ситмах что-то крикнул, но крик его заглушил истошный плач женщины. Алекс и сам сообразил наконец. Схватив палку, он изо всей силы огрел коня Ситмаха по крупу. Тот гневно заржал, рванулся вперед и потянул за собою всех — лошадь Алекса, самого Алекса и тех троих в котловане. И почти сразу же земля ушла из-под ног, Алексу показалось, что он проваливается тоже. Но Поглощение произошло где-то рядом, а он просто споткнулся и упал, не выпуская из рук поводьев…

Алекс оглянулся. Новый обрыв был так близок. Женщина стояла подле самого края и протягивала руки вниз, в котлован, где, как вода, волнами двигался песок.

А конь Ситмаха все тянул и тянул вперед, упрямо согнув шею…

Костер догорал. Алекс лениво приподнялся и подбросил еще веток. Глаза слипались, и он против воли ткнулся головой в плечо Ситмаха.

— Не спи, замерзнешь, — засмеялся тот, и смех его был спокоен и весел.

Не верилось, что сегодня его засыпало и он чудом выкарабкался. Лишь на шее и плечах виднелось несколько царапин. Да свитер его навсегда остался под землей, и вместо него Ситмах накинул на плечи тесную кургузую курточку, что нашлась в мешке с барахлом.

Ситмах наклонился, помешал в котелке, который исходил паром над тлеющим костром.

— Царственный суп, — промычал Ситмах, отхлебнув кипящую жидкость даже не поморщившись.

Макс приподнялся на зверином своем ложе из веток, глянул на костер красными пьяными глазами и тут же повалился назад.

— Ну как там, в преисподней, черти есть? — полюбопытствовал Ситмах.

— Душно там… — пробормотал Макс.

— Неужели есть места, где не бывает обвалов? — спросил Алекс, наливая себе суп в пустую консервную банку.

— Да, есть… И одно такое место я знаю, — сказал Ситмах. — Неизвестно, в чем дело, может, базальтовый щит спасает или грабили там не так рьяно, копали не все подряд, оставляли кое-что несчастным потомкам…

— А там что же, город и свет… и все, как надо? — затаив дыхание, спросил Родион. — Все-все? Как до Поглощения?

— Все, — кивнул Ситмах. — Киношка, бары, проститутки. Полный набор цивилизации.

Алекс, не отрываясь, смотрел на огонь. Плясали рыжие язычки, как пестрые всплески реклам, или это огни машин текли — целый поток рычащих железных зверей, прирученных людьми. И сами люди навстречу — толпой. Спешат, орут, не обращают внимания на крошечный заголовок среди новостей. Внизу газетной полосы притаился черный вопрос, пока похожий на очередную “утку”. К чему обращать внимание на то, что ты ежедневно топчешь ногами. Пусть себе корчится от боли, пусть задыхается под корою асфальта, пусть плачет тоскливо, запутавшись в сетях проводов. Плевать нам на это. И бешенством своим, безумным отчаяньем нас не испугаешь: толстые стены, как толстая кожа, от всего ограждают — от ураганов, гроз и бурь. Все это выдумки слюнтяев, пустая болтовня о том, что ей больно, когда вспарывают тело и выдирают внутренности. Нам много нужно: уголь и газ, нефть и сланцы, мы ни в чем не можем себе отказать. Какое нам дело до всех провалов, пустот, показаний сейсмографов. Это не касается нас…

Все долго веселились, себя не помня. А когда пробудились, от дедовского наследства не осталось и следа, вокруг был лишь камень, мертвые реки и черные города…