Работали все четыре духовки, причем при открытых дверцах. В каждой стояло по четыре противня с аммиачной селитрой. Остальные противни, пока что пустые, стояли на столах. Борец, присев на корточки перед одной из духовок, проверял температуру.
Бегун достал из средней духовки противни, пересыпал горячую селитру в контейнеры и убрал их в черные пластиковые мешки.
Дверцы духовок держали открытыми, чтобы быстрее испарялась жидкость. За температурой надо было следить постоянно, она не должна была падать ниже 80 градусов. При 180 градусах селитра могла и взорваться, но сначала она задымилась бы.
– Я хочу вам кое-что показать. – Энди подвела Зеленоглазую к окну. Оно затуманилось от конденсата, на подоконник ручьем стекала вода. – И это после четырех часов работы. А будет еще хуже. Здесь становится слишком сыро. – Она кивнула в сторону духовок. – Если воздух здесь будет таким влажным, селитра снова впитает воду. Окна герметичные, поэтому выход только один – поставить осушители воздуха.
– Но это уже только завтра, – сказала Зеленоглазая.
– Вам решать, – пожала плечами Энди. – А еще нужны вентиляторы, потому что, когда выпаривают спирт, нельзя, чтобы воздух застаивался. В противном случае все взорвется. И детонаторов не понадобится. Пары сами по себе очень взрывоопасны.
Джеймс Фицджеральд постучался в дверь кабинета начальника полиции Имонна Хогана. Тот проворчал:
– Войдите, – а узнав гостя, воскликнул: – Здорово, Джим, как дела?
Неделю назад Хогану исполнилось пятьдесят, но он был почти совершенно лыс, с обвислыми щеками и выглядел лет на десять старше.
Фицджеральд прислонился к дверному косяку.
– Я насчет того парня, Мартина Хейса.
– У которого жена пропала? Вы его еще не выпустили?
– Он нам помогает в расследовании, – сказал Фицджеральд.
– И какова, Джим, твоя версия?
Фицджеральд пожал плечами:
– Он что-то скрывает, это точно. Однако жену, похоже, не убивал. Мы обыскали дом и сад, но ничего подозрительного не обнаружили.
Хоган снял очки, протер их синим носовым платком.
– А что тебе интуиция подсказывает?
– Вряд ли он что-то сделал с женой. Но я думаю, он знает, где она.
– С чего ты взял?
– Если бы не знал, то сам бы первым обратился к нам, так?
– Почему же он не говорит, где они?
– Не могу понять. Может, рассчитывает, что она сама вернется. – Фицджеральд задумчиво поскреб подбородок. – И с этой О'Мара тоже непонятно. Она как в воздухе растворилась.
– Но ведь единственное, что их как-то связывает, – это то, что она работала в школе, где учится девочка, да?
– Не только. В день своего исчезновения она разговаривала с Хейсом по телефону.
– Уж не хочешь ли ты сказать, что Хейс как-то причастен к ее исчезновению?
Фицджеральд снова пожал плечами:
– Честно говоря, не знаю. У нас нет доказательств того, что они когда-либо встречались.
– Значит, это могло быть простым совпадением, – вздохнул Хоган. – Господи, до чего же я ненавижу совпадения!
– Вот еще что, – сказал Фицджеральд. – Он не потребовал адвоката. Будь он в чем-то виновен, он бы так не поступил.