— Если морозы не ударят…
Они взобрались по скрипучим ступенькам на пешеходный мостик, перекинутый через железнодорожные пути.
Володька дошел до середины мостика, облокотился о поручни и стал глазеть вокруг.
Как бы Володька ни спешил, он всегда останавливался на этом мостике. Отсюда хорошо было видно массивное здание вокзала. Внизу сходились и расходились рельсы, нестерпимо блестевшие на солнце. Володька даже зажмурился.
Бодрясь, пропыхкал старичок-маневровый, выбираясь поближе к вокзалу. Стремительно подкатил к перрону гладкий молодцеватый тепловоз.
— Дома слышен весь этот шум-гам? — спросил Васька, облокачиваясь на поручни рядом с Володькой.
— Еще как!
Володька нашел глазами оцинкованную крышу четырехэтажного дома кирпичной кладки.
— И ночью?
Володька кивнул.
— Как же вы спите? — удивился Васька.
— Привычка, — ответил Володька. — Ко всему привыкаешь.
— Может, и правда, — пожал плечами Васька.
Володька протянул приятелю руку:
— Ну, пока!
— Уже? — Васька искренне огорчился. — Подожди, поговорим…
— Наговоримся еще сегодня, — отрезал Володька и, повернувшись, зашагал к дому.
Васька еще некоторое время постоял в раздумье, а потом и сам нехотя стал спускаться по ступенькам мостика.
Дома на Володьку накинулась мать:
— Ты где шатался?
— На дополнительных был, — привычно соврал Володька.
Из комнаты родителей доносился храп отца. «Угомонился уже», — определил Володька.
Он прошел на кухню, сел за стол. Мать подвинула сыну полную тарелку драников. Володька полил их сметаной и принялся в охотку уплетать. Володька очень любил картофельные оладьи, и мать часто их жарила для него.
— Успеешь исправить двойки? — сердито спросила мать.
У нее были красные припухшие глаза.
— Угу, — ответил с полным ртом Володька.
— И ты еще мне душу выматываешь. Никто не жалеет мать, вот помру я, тогда спохватитесь, да поздно будет…
Внезапно храп прекратился. Отец заворочался. Под ним заскрипела кровать.
Мать замерла, побледнела. Володька перестал жевать. Прошло несколько секунд в ожидании — проснулся отец или нет?
Но он снова захрапел. Мать облегченно вздохнула и стала мыть посуду.