— Здравствуйте, Лиза. Я попросил Дейва отпустить вас ненадолго, чтобы мы могли поговорить. Как вы знаете, я посетил сегодня магазин, чтобы потолковать с коллективом, убедиться, что мы по-прежнему поем в унисон, но, кроме того, воспользовался этим случаем, чтобы побеседовать с вами.
Между нами: мне известно, что «Фортрелл» скоро объявит о конкурсе на должность директора. Я знаю, Дейву будет жалко с вами расстаться, но, по-моему, вам пора подумать о собственной перспективе. Пока что об этом я распространяться не буду, скажу только, что, если вы намерены двинуться вперед и получить свой магазин, вам надо усвоить некоторые принципиальные идеи.
Стоп. Я знаю, о чем вы думаете. «Но я и здесь дежурный администратор. Что такого нового в должности директора?»
Вот тут вы решительно ошибаетесь, решительно. Мы говорим о разных планетах — буквально, — о разных мировоззрениях, и я попробую не торопясь объяснить вам это. Двинувшись вперед, вы столкнетесь с целым рядом новых задач, вам придется вести команду в новых направлениях. И чтобы крепко держать штурвал, вам необходимо иметь правильные интеллектуальные ориентиры.
Как вы знаете, я много занимаюсь обучением персонала компании, и первое, что должен помнить обучающий, — не оглушай обучаемых наукой. Перебрал с жаргоном — и ты их потерял. Ты обязан помнить, что люди, которых ты обучаешь, не знают и азов науки менеджмента. Это не значит, что они глупы, недостаточно способны и не в состоянии понять… тут скорее… невежество. Они, может быть, никогда и не задумывались о менеджменте — просто взяли и стали работать. Бог знает сколько времени тыкались вслепую. Так вот, Лиза, в нашем случае я не предполагаю каких-либо исходных знаний. Не буду морочить вас терминами, которых вы не понимаете, и концепциями, которые вряд ли уложатся у вас в голове за один день, да? А вот что я сделаю, так это подведу вас к двум действительно важным концепциям, но воспользуюсь тем, что мы называем «мысленными картинами». Все-таки жаргон — извините! Мысленные картины суть… суть средство для того, чтобы упростить сложную идею. Они восходят к началу истории. Иисус пользовался ими в Библии. В некотором роде Иисус тоже был менеджером. Руководителем коллектива. Ловцом человеков.
Итак, первая: мы называем ее «Лестницей», и она поможет вам прояснить для себя, где вы находитесь и куда движетесь. Теперь я попрошу вас закрыть глаза и представить себе лестницу. Есть? Только предупрежу — не алюминиевая стремянка с пятью-шестью ступеньками, извините, надо было сразу сказать. Надеюсь, у вас в голове не такая стремянка, потому что это затруднит дело. Я имею в виду большую, длинную лестницу, деревянную или металлическую, неважно. Теперь представьте себя на этой лестнице. Вам не видно ее начало и не виден верх. Под собой вы видите Джима, лидера команды, под ним Мэтта, и так все ниже, ниже до самого последнего, кого вы видите внизу, — например, какого-то субсидируемого трудоустроенного. А над вами, на несколько перекладин выше, — Дейв, над ним Гордон, и вы еще можете разглядеть двух-трех человек над ними, но они вам не знакомы — я понятно говорю? Вот мысленная картина, которую мы с вами вместе нарисовали. Теперь эту картину я хочу оставить вам. Я не буду для вас ее интерпретировать. Я хочу, чтобы вы о ней подумали несколько дней, об этой лестнице, а на будущей неделе, когда мы будем беседовать, возможно, о чем-то совсем другом беседовать — допустим, о посещаемости четвертого этажа, — я вдруг повернусь к вам и скажу: «Лестница», и вы мне скажете, какие сделали выводы из этой мысленной картины. Хорошо?
Хорошо, отлично. Теперь можете открыть глаза. Лиза, откройте глаза. Так, я вам кое-что нарисую, и вы мне скажете, что вы видите. Хорошо? Вот, пожалуйста. Скажите, что вы видите. Креветку? Креветку? Как из китайского ресторана навынос? Нет, Лиза, это не креветка. Я скажу вам, что это — это вертолет, геликоптер. Отнюдь не креветка. Я хочу, чтобы вы привыкли к виду этого геликоптера, потому что в скором времени вы будете пользоваться таким ежедневно. Нет, не пугайтесь, жалованье не настолько велико. Вы поняли, конечно, это еще одна мысленная картина. Не знаю, приходилось ли вам сидеть в геликоптере, — мне приходилось, и, уверяю вас, из геликоптера мир видится совсем не так, как с земли. Понимаете? В вашем мини-коптере вы можете спуститься на пол магазина, а с высоты можете направлять войска совершенно непонятным для них образом, поскольку их кругозор ограничен уровнем земли. Я хочу, чтобы вы подумали над этим.
Уф. Многовато для одного дня, а? У вас такой вид, как будто вас оглушили. Пойдемте осчастливим немного покупателей.
Полный отчет, основанный на контрольных листах (прилагаются). Я посетил магазин в середине недели, приблизительно в 11.15. Войдя, увидел торгового работника не позже чем через 60 секунд. Работник разговаривал с покупателем. Трое служащих за кассами обслуживали небольшую очередь. Я ходил по торговому залу 25 минут, и за это время никто из служащих не подошел ко мне и не предложил помощь. В конце концов я подошел к одному из них и спросил, где я могу найти мужские пуловеры. Служащий улыбнулся, был вежлив и указал в направлении пуловеров вместо того, чтобы проводить меня в секцию. Также он не спросил меня, не надо ли еще с чем-нибудь помочь. Злобный пидор. Взяв вязаное изделие, я подошел к кассе. Кассирша не поздоровалась со мной и провела операцию очень быстро. Не спросила, положить ли чек в пакет. Не поблагодарила меня за покупку. Не выразила надежды вскоре увидеть меня снова. Фригидная стерва. Показатель обслуживания 27 %.
Полный отчет, основанный на контрольных листах (прилагаются). Я посетил ресторан приблизительно в 13.30 в середине недели. При входе меня приветствовала с улыбкой служащая ресторана и через 17 секунд усадила за стол. Служащая ресторана дала мне меню и заверила, что вернется «через пару минут», чтобы принять заказ на напиток. Спустя 76 секунд та же официантка вернулась и приняла у меня заказ на двойное виски. На этом этапе она поинтересовалась также, готов ли я заказать еду или мне надо еще несколько минут подумать. Я предпочел заказать сразу. Официантка с энтузиазмом и знанием дела проинформировала меня о фирменных блюдах. Я заказал главное блюдо, и она ознакомила меня с полным ассортиментом гарниров и салатов. Кроме того, она ознакомила меня со своими сиськами, которые в течение всего разговора были придвинуты к моему лицу. Официантка принесла заказ через 7 минут 35 секунд. Она правильно поставила блюдо, предложила мне весь набор специй, улыбнулась и пожелала приятного аппетита. Через 2 минуты 50 секунд она вернулась, чтобы спросить, доволен ли я блюдом. Я сообщил ей, что блюдом удовлетворен, но член у меня затвердел и болит, и попросил ее посмотреть на него. Представитель дверной охраны появился у столика через 27 секунд, и еще через 15 секунд я был выдворен из помещения. Никто из персонала не выразил надежды увидеть меня снова. Показатель обслуживания 95 %.
Полный отчет, основанный на контрольных листах (утеряны). Вошел в паб примерно в 21.30, в середине недели. Подошел к стойке, и ни одна сволочь не поздоровалась, не улыбнулась и не отреагировала на мой взгляд в течение 11 минут. В конце концов подошел толстый мрачный говнюк. Принял заказ, не проинформировал об ассортименте закусок и не спросил, желаю ли я что-нибудь еще. Я сел за грязный стол с пепельницей, полной окурков, среди самых безобразных созданий на всем Божьем свете. Открытые добавления к моей кружке из моей карманной фляжки остались незамеченными персоналом. После второго или, возможно, третьего подхода к стойке мрачный говнюк спросил, не хватит ли с меня. После этого я провел проверку мужского туалета. Последний раз, за полчаса до этого, туалеты были проверены служащей заведения Трейси, однако обстановку в них я нашел не располагающей для блевания. В отсутствие моей рабочей напарницы, неблагодарной суки, я вынужден был проверить также дамские туалеты. Края раковин в окурочных следах, отражение моего лица между потеками рвоты — испуганное. Два представителя дверного персонала вывели меня из помещения через 3 минуты. Перед уходом оповестил персонал и посетителей, что они ни хера не умеют обслуживать и я имею твердое намерение сжечь заведение. Показатель обслуживания 0 %.
28
Подарок пришел, но это был не пакет, а тонкий конверт. Она узнала почерк брата, но ясно было, что кассеты там нет. Она долго не открывала его, борясь с надеждой, что там может быть письмо, слова, его голос. Потом взяла нож и разрезала конверт.
Выйдя из библиотеки, Курт решил пройти восемь или девять километров до своей квартиры пешком. Всю дорогу лил дождь, но ему хотелось переждать непогоду. Дома он прямо в пальто лег на пол, наполнив маленькую комнату запахами улицы и сырости. Одежда промокла насквозь, и его била дрожь. Мысли теснились в голове.
Рассказ сестры о тайном посещении «Зеленых дубов» тускло осветил что-то давно погребенное в памяти. Курт до вечера просидел в кафе, пил холодный бурый чай и пытался вспомнить, что же там такое было.
Всякий раз, когда он мучительно что-то припоминал, это было похоже на игру «Холодно-горячо» — кто-то назойливый говорит тебе: «Тепло», «Еще теплее», «Ой, теперь совсем холодно», — пока ты наобум тычешься в пространстве. Однажды, решая кроссворд, он забыл слово «пелетон» и несколько часов пытался выудить его из памяти. Поиски вертелись вокруг буквы «с»: всякий раз она подавала сигнал «жарко». В конце концов он вспомнил слово — и не мог прийти в себя оттого, что в нем вообще нет «с». Собственный мозг был Курту отвратителен. Курт не мог решить, ведет он себя так назло или просто никуда не годен.
Поэтому он знал, что «Эврика!» редко случается в его памяти. Чаще всего это были медленные археологические раскопки. Сегодня в кафе память постепенно вынесла на поверхность нужное во всех его неприятных и огорчительных подробностях. Но, даже вспомнив, он не связал воспоминание с приснившейся девочкой на мониторе. Только потом, листая газеты в библиотеке, он увидел фото и понял, что в снах его обитала Кейт Мини.
Он лежал на голом полу, и в голове его проносились воспоминания. Впервые он увидел ее имя, сидя за кухонным столом в доме, где вырос.
Курт видел ее раньше в «Зеленых дубах». Он заметил, что она старается не привлекать к себе внимания, так же, как он сам. Что делает вид, будто у нее есть уважительная причина пропустить школу, будто она пришла сюда со взрослым. Он видел, как она тайком присоединяется к взрослым, разглядывающим витрины, и ходит за ними хвостом. На Курта это произвело впечатление: похоже, девочка научилась быть невидимой. А сам он все утро ощущал, как его прожигает взгляд каждого взрослого. Увидел он ее как раз, когда решил уйти и постепенно продвигался к выходу. Это было его первое посещение «Зеленых дубов», о котором он мечтал, но там ему не понравилось — слишком светло и потому рискованно. Он спешил обратно на заводскую территорию, где нет людей. Увидев девочку, он остановился и понаблюдал за ней. Он понял: взрослые не видят ее потому, что она поглощена делом. Она не выглядела растерянной, встревоженной, как Курт; она была сосредоточенной, целеустремленной. Из сумки у нее торчала игрушечная обезьянка, а сама она записывала что-то в блокнотик, следя за кем-то, стоявшим в отдалении. Курт проследил за ее взглядом и успел увидеть только спину мужчины, уходящего за зеркальную дверь. Она оглянулась и встретилась с ним глазами. Взгляд ее был непонятен; он что-то говорил, просил или предостерегал, Курту было невдомек. Он решил, что это предостережение, и быстро ушел.
Фотография на первой странице газеты через несколько дней была не очень на нее похожа — в платье она выглядела более по-детски, — но лицо он узнал. СУДЬБА ПРОПАВШЕГО РЕБЕНКА ВЫЗЫВАЕТ ОПАСЕНИЯ. Мать стояла к нему спиной, и он потихоньку подтянул газету к своим комиксам. И краем глаза стал читать, глотая хлопья с молоком.
Последний раз Кейт Мини видели, когда она отправилась сдавать вступительный экзамен в престижной школе Редспун, но туда не явилась. Представительница школы подтвердила, что от пропавшей девочки экзаменационной работы не получали. Ее бабушка, 77-летняя вдова Айви Логан, заявила о пропаже ребенка вечером в пятницу. Полиция опросила соседей и вместе с добровольными помощниками приступила к поискам в окрестностях дома Кейт и школы Редспун, где проходил экзамен.
Последнюю фразу Курт перечел несколько раз. Почему ее там ищут? Ведь кто-то еще наверняка видел ее в «Зеленых дубах». Не он же один.
Сознаться, что пропустил занятия, — этот вариант исключался. Любой вариант был лучше, чем этот, — тогда отец узнает, что он не только прогуливал, но и побывал в «Зеленых дубах». Курт ждал, что объявится свидетель, кто-то, кто видел ее в «Зеленых дубах». И старался забыть, что, кроме него, ее никто не замечал. Старался забыть, каким они обменялись взглядами — на тайном, безмолвном языке детей. Газеты быстро потеряли к ней интерес. Не из нормальной семьи была девочка — не повод для бульварной шумихи. Ее исчезновение беспокоило Курта, занимало его мысли — может быть, меньше, чем следовало бы, и определенно меньше, чем мысль о том, какое будет лицо у Курта-старшего, если он узнает о «Зеленых дубах» вместо школы, — но все же занимало в ту неделю, даже тогда, когда он смотрел «Суперстарз»33 или играл с ребятами на площадке. На восьмой день, прочтя, что полиция допрашивает соседа девочки, он убедил себя, что как раз собирался прийти со своей информацией, проявить смелость, пожертвовать собой, невзирая на последствия, но теперь нужда в этом отпала: человека допрашивают; всем понятно, что это значит. А если никто не арестован, тела не нашли, то пускай и он ничего не видел. И в последующие месяцы, когда ему казалось, что дом все время следит за ним, он, наверное, не связывал это ощущение со своим маленьким секретом. Курт поверил, что по молодости лет не мог осознать своего поступка. Уверовал, что тот не будет иметь долговременных последствий. Что в дальнейшей жизни его не будут тревожить странные сны.
29
Во второй половине дня наступало затишье. После наплыва покупателей в обеденное время и до вечернего выпуска можно было пополнить запасы, разобрать непроданные газеты, посмотреть, хватит ли пятифунтовых банкнот до следующего визита в банк.
[33] Многоборье, в котором участвуют выдающиеся спортсмены разных специальностей.