— На работе у нее все ладится. Их раздел — один из лучших, и Эми там очень ценят. Но она бог знает почему увлеклась этими дешевыми писульками!
Если это дешево даже по меркам «На Запад», бесплатного подобия «Тайм-аута», которое раздают в метро, — могу себе представить… Но вслух я сказала совсем другое:
— Да будет вам, Уилла. Вы же знаете Эми. Может, просто развлечься решила.
Она вздохнула: нелегко с тупицами вроде меня.
— Кэти, развлекаясь, карьеру не сделаешь.
— А что, письма читателей — это так плохо?
Уилла пожала плечами и принялась теребить свои жемчуга.
— Эми говорила, что будет писать под псевдонимом и ее вряд ли кто-нибудь узнает, но все-таки… Не стоит размениваться на мелочи.
Если бы только Эми позволила мне помочь ей, у нее бы уже был свой раздел.
Внезапно она перегнулась через стол и ухватила меня за руку; массивное бриллиантовое кольцо впилось мне в палец.
— Вы поговорите с ней, Кэти? Может, вас она послушает?
— Уилла, не знаю. Да и что я ей скажу?
— Просто скажите, чтобы она этого не делала. И чтобы позволила мне помочь ей.
Тут распахнулась входная дверь, Уилла выпустила мою руку, и раздался голос Эми:
— Уилла, ты где? Кэти не объявлялась?
Она была взбудоражена беготней за покупками: щеки раскраснелись, зеленые глаза блестели — а под ними залегли тени (с чего бы это?). Спальные глаза. Эми сделала новую прическу, волосы у нее теперь торчали в стороны как шипы. Стрижка выгодно подчеркивала ее скулы. А скулы у Эми бесподобные.
— Соизволила-таки? — проворчала она, но радость скрыть все равно не удалось. Я же ее насквозь видела.
— Ясное дело.
— А помочь мне не хочешь?
Эми наклонилась, чтобы поставить сумки на пол, и я удостоилась чести узреть обтянутую черными джинсами попку, округлую и аппетитную. Одно из ее главных достоинств.
В холле были свалены остальные покупки.
— Куда столько всего?
Возле самой лестницы Эми обвила руками мою шею и крепко поцеловала. Я почувствовала привкус шоколадных бисквитов. Наверное, по дороге домой Эми вскрыла пакет.
— Будет запеченный козий сыр, жареный лук-шалот, а начнем с салата, — перечисляла Эми, оторвавшись от меня. — А потом еще телятина, ризотто по-милански и шоколад в маленьких горшочках.
Мне стало нехорошо. Орды калорий надвигались на меня маршевым шагом.
— Пальчики оближешь.
— Еще бы! Надеюсь, Грета ест телятину — я забыла спросить.
— Эми. — Я сжала ее ладони. — Послушай, я не смогу сегодня задержаться надолго. Работать надо.
— Что? — Ее щеки вспыхнули снова, на этот раз — от гнева.
— Я за последнее время здорово потратилась. Еще одну ночь пропускать нельзя.