Натуралист в поиске (Записки ловца змей): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Так ведь никто и никогда не отлавливал такого количества змей за один сезон!

— Значит, мы будем первыми! Договор подписан, и теперь нужно не спорить, а думать о том, как его выполнить. Медикам нужен яд не для забавы. А кроме нас, никто не может добыть змей, чтобы этот яд получить. Решение принято, и я буду делать все, чтобы его выполнить, если даже мне придется заниматься этим одному.

Илларионыч был верен себе: он думал только о том, как дать медикам яд. Во что это обойдется ему и другим, существенного значения (в его понятии) не имело. Разубеждать Илларионыча значило бесполезно тратить время, но и оставлять его одного тоже было нельзя. Пришлось мне согласиться принять участие в деле, которое я считал обреченным на провал.

— Ты покопайся в книгах, — сказал мне Илларионыч. — Отыщи все, что известно о степной гадюке, а я займусь подбором сезонников и подготовкой оборудования.

Вот так начался наш первый сезон, когда мы стали ловцами-профессионалами.

Принялся я искать в специальной литературе сведения о биологии и распространении степной гадюки. Пересмотрел множество журналов. Проштудировал Брэма, Пестинского, Павловского, Терентьева, Никольского. По ссылкам на иностранных ученых прочитал и перевел десятка два статей на немецком и английском языках. Кое-что из прочитанного мне пригодилось, однако самого главного — где и когда искать и ловить степных гадюк — так и не узнал.

«Степная гадюка распространена от сев-вост. Болгарии через юго-вост. Румынию, степную и южн. часть лесостепной полосы СССР до восточной части Казахстана, зап. Джунгарии и Монгольского Алтая включительно и, кроме того, в Узбекистане, Киргизии, Грузии (нет в Абхазской и Аджарской АССР), в Армении и в пограничных районах сев-зап. Ирана и сев-вост. Турции». Не правда ли, какие богатые возможности для поиска? О местах обитания было сказано так: «Главным образом различного характера степи, в том числе и горные, где встречается (например, в Армении и Дагестане) почти до 3000 м над уровнем моря, но местами обитает и в разреженных лесах, тугаях, зарослях камыша и т. д.» [Л. В. Тереньтьев и С. А. Чернов. Определитель пресмыкающихся и земноводных. М. 1949.]. Очень точные указания!

О времени выхода змей с зимовки сообщалось: «После зимовки появляются в конце III, начале IV». III означает март, а IV — апрель.

Вот и все. Выходило, что и очаги степной гадюки, и наиболее оптимальное время ее отлова нам предстояло установить самим.

Отловить вдвоем тысячу змей мы не могли, поэтому Илларионыч начал формировать бригаду. Дело это очень серьезное.

Кандидатов в ловцы нам присылали с зообазы, но отобрать из них нужных нам людей было не так-то просто.

Во время охоты на ядовитых змей ловец испытывает не только большое физическое напряжение, он постоянно должен быть собран и внимателен, а это требует и большого нервного напряжения. При такой нагрузке у многих портится характер. Иметь же в числе спутников вечно раздраженного, вспыльчивого человека — удовольствие маленькое. Нет ничего хуже, если в бригаде «заведется» нытик или скандалист: он отравит жизнь всем остальным. Мы это уже испытали на себе, поэтому теперь подбирали ловцов не спеша. Желающих было много.

Свой выбор Илларионыч остановил на двух друзьях — Анатолии Азарове и Борисе Розендорфе. Они еще мальчишками занимались в кружке юных биологов Ташкентского зоопарка под руководством герпетолога Бориса Владимировича Пестинского. Кружковцы ездили ловить ящериц, черепах и змей. Внешне друзья очень походили на Дон — Кихота и Санчо Пансо: Анатолий — высокий, плечистый, худощавый; Борис — среднего роста, плотный, полноватый. По характеру же все было наоборот. Верховодил Борис. Он был нетороплив, весьма уравновешен и рассудителен, Анатолий — скор в решениях и в поступках. Поскольку нам предстояло ехать на автомашине, очень важно было иметь в своем коллективе водителя. Об автомобиле Анатолий имел только те понятия, что на нем можно ездить, а как и почему это происходит, пожалуй, даже не представлял. Борис отлично водил автомобиль и знал любую марку. Анатолий был очень сильный. Борис к слабым не относился, но и особой силой не отличался.

К поездке за гадюкой мы готовились вчетвером, но так получилось, что первый выезд прошел без меня: заболел мой учитель, старый профессор Виктор Андреевич Щекин, и некому было дочитать курс лекций по генетике. Виктор Андреевич попросил меня прочитать этот курс за него. Отказать учителю я не мог, это и задержало меня на целый месяц.

Однако все это было позже. Пока же мы никак не могли решить, куда нам ехать. Откровенно говоря, мы очень надеялись на Костю. Он-то знал очаги степных гадюк.

Костя ответил так: — Никаких координат от меня не ждите. Не дам. Мне еще предстоит работать в этих очагах, а вы нарушите их естественное состояние. Ищите очаги сами.

Такого ответа мы не ожидали и, признаться, растерялись: до выезда-то оставалось всего две недели!

Мы с Илларионычем заметались в поисках людей, знающих места, богатые степной гадюкой. На первых порах нам не везло. Не могли мы найти таких знатоков. При встрече с Анатолием и Борисом я посетовал на это, и вдруг Анатолий сказал: — Ну и ладно, обойдемся и без ученых — герпетологов. Борька, ты помнишь, как мы с Борисом Владимировичем ездили в Талас? Ведь там нам попадались степные гадюки?

— В Таласе гадюк было немного, все больше щитомордники попадались. Нужно ехать в Тургеньскую степь. Там гадюк больше.

Друзья заспорили. Мы с Илларионычем в спор не вмешивались. Все же Борис настоял на том, чтобы ехать на разведку в Тургеньскую степь.

В конце марта Илларионыч, Анатолий и Борис уехали. Зообаза дала им старенького «Москвича». Повел его Борис.

Мы уговорились, что каждую неделю Илларионыч будет мне сообщать, как идут дела, но, прежде чем я получил первое письмо, прошла не одна, а три недели. Вот что писал Илларионыч:

Нужно ли говорить, что я готов был немедленно отправиться к нему? Но курс лекций заканчивался только через неделю. Все у меня было готово к выезду, и я намеревался выехать в тот день, когда прочитаю последнюю лекцию.

За день до выезда неожиданно пришла телеграмма:

То, что змей нашли, я понял, но сколько всего змей отловили, было неясно. То ли всего к 27 апреля у них было девяносто девять змей, то ли за день они отловили столько.

Поверить в столь резкое увеличение количества отловленных змей было трудно. Причина же была очень простая — начался массовый выход змей с зимовки, но тогда я не знал еще биологии степной гадюки.

Мне оставалось только ждать.

Бригада возвратилась в Ташкент вечером 2 мая. В ящиках, привязанных к верхнему багажнику автомобиля, находилось пятьсот гадюк.

— Самое бы время продолжать ловить, — сокрушался Анатолий, — да отпуск кончился!

Само собой разумеется, мне не терпелось узнать все подробности отлова змей, но в ответ я ничего путного не услышал.