Черный коридор: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Глава 6

Откинувшись на спинку удобного надувного кресла, Райн смотрел фильм. Мерцание экрана, спокойное развитие сюжета и говор на незнакомом языке снимали напряжение и мягко убаюкивали. Выбирая среди множества программ иностранную киноленту, он, не отдавая себе отчета в этом, инстинктивно стремился именно к подобному эффекту.

Райн не получал удовольствия от положенных по графику часов отдыха — раздираемый кошмарами мозг напряженно работал и во время сна, не давая покоя истерзанным нервам. Часто даже не в силах вспомнить, что же ему пригрезилось, Райн поднимался в положенные часы измотанным до предела.

И теперь, забывшись в кресле, он — как ему казалось — обрел наконец желанную тишину; постепенно удары пульса перестали болезненно отдаваться в висках… человек погрузился в долгожданный сон…

Он опять в большом зале.

Тускло мерцает паркет.

Приглушенный свет — почти полумрак.

Это какое-то призрачное освещение — словно голубой лунный свет пронзает дымку тумана.

На стенах черные ленты.

И маски. В полутора метрах от пола.

Словно посмертные маски некогда живших… или живых? людей.

Нет, это не посмертные маски — на тех если не умиротворение, то хотя бы примирение. Черты изображенных здесь людей искажены ненавистью, вожделением, жадностью.

С одной из масок на него глянуло лицо Джозефины — застывшее выражение безумия сделало его почти неузнаваемым. Здесь и Александр, его младший сын. Открытый рот со струйкой слюны и бессмысленные глаза говорят о слабоумии.

Какая-то замедленная музыка. Под нее невозможно танцевать — и пары просто топчутся на месте. Темп музыки постепенно стал еще медленнее — словно окончательно раскрутилась пружина граммофона, — танцующие почти остановились. Теперь видны их лица — лица весьма состоятельных людей, уверенных в себе и знающих цену всему на свете.

Выражение глаз не разглядеть — их скрывают круглые солнцезащитные очки. За высокими окнами притаилась ночь.

Музыка стихла окончательно.

Ее сменил барабанный бой. Сначала он едва слышен, однако грохот постепенно нарастает.

Но вот барабаны стихли. И вновь музыка — но это заупокойная служба.

Вновь возник приглушенный рокот барабанов. В какой-то момент к мелодии панихиды присоединился высокий, пронзительный крик. Возможно, это плакальщица голосит по усопшему…

Темп звуков резко ускорился, неистово гремят барабаны, им вторят какие-то нечеловеческие вопли.

Люди давно перестали танцевать: они сгрудились в центре зала, их лица обращены к мраку за окнами. Черные очки, шелест голосов, ночь…

Люди в центре зала все еще смотрят в окна. Но теперь их лица слегка повернулись к Райну: он с Джозефиной и детьми почему-то стоит возле одного из окон.

Становится понятным, что люди в очках говорят о них. Райн обнимает одной рукой жену, другой притягивает к себе мальчиков: он ощущает опасность, исходящую от толпы.

Громыхание барабанов и звуки оркестра становятся невыносимо громкими, от пронзительного крика ломит уши, темп убыстряется — все сливается в одно оглушительное крещендо…

«Надежда Демпси» стремится к точке пространства, обозначенной как Мюнхен 15040.

Скорость звездолета чуть ниже скорости света. Только на Мюнхен.

Состояние нормальное.

Состояние нормальное.

Состояние нормальное.

На пульте замигал сигнал тревоги, освещая красным светом табло с каким-то сообщением. Райн попытался прочесть его, но буквы расплывались и не желали складываться в слова. Что же все-таки произошло? Нахмурив брови, он пытался сосредоточиться. Где-то вкралась ошибка, которую по-видимому не зарегистрировали приборы. Или он при расчетах пропустил нечто существенное. Тревожный сигнал свидетельствовал о том, что со спящими в контейнерном зале не все в порядке.