— В кого?
Я объяснил ему, что мы жили за городом и там я бегал со своим индейским луком по полям, пугал бродячих собак.
— Отлично! Замечательно! — обрадовался вихрастый Капитан. — Я не ошибся в тебе. Хочешь стать воином этого замка? Или, может, ты трус?
Это было слишком. «Трус»! Что может быть обиднее? Ведь я оставался дома один, даже по вечерам сидел в комнате без мамы, не боялся выходить в сад, когда бывало совсем темно.
— Поосторожнее, приятель… — И я покосился на него. — Не бросайся словами.
— Выходит, хочешь?
— Да, конечно… Могу…
— Ладно. Только сначала ты докажешь, что имеешь право носить звание воина, что ты верен и смел.
— Правильно. Обязан доказать, — опять донеслось непонятно откуда.
— Ты проведешь операцию «К-1».
Я ничего не соображал.
— Операция шифрованная, — терпеливо разъяснял мальчишка. — «К» означает «Кошка», а «1» — это потому, что на операцию отводится один день.
— Все равно непонятно, — признался я.
— О боги, как он торопится, этот простодушный… Поспешность губит людей, — произнес тот, скрытый.
— «Кошка» — тоже шифр. Это вовсе не кошка, которая бегает во дворе…
— Там, на длинном балконе! — выпалил я.
— Вот тебе и говорят, что не об этой кошке речь. «Кошка» — продавщица в конфетном отделе гастронома, понял? Глаз у нее зоркий, как у кошки, но ты должен ее провести.
И мальчишка кратко, деловито объяснил, каким образом я должен доказать свою доблесть.
— Капитан! Незаметно ли страха в его глазах? — зазвучал повелительный голос.
— Все будет сделано! — Я поднял голову.
— Тогда — вперед! Да сопутствует удача нашему будущему воину! — важно проговорил мальчишка, а сам чуть не прыгал от радости. — Через сутки в этот же час мы ждем тебя здесь.
Я повернулся и, не чуя ног под собой, двинулся через руины.
Ночью я метался, плохо спал. Снилось, будто кто-то гонится за мной, невидимый, а голос зловещий, как у того, в развалинах. Я громко вскрикнул и разбудил маму. Она встала, зажгла свет. Подошла ко мне, пощупала лоб.
— Весь в поту… Болит что-нибудь?
— Не-е!
Мама принесла какую-то таблеточку и заставила проглотить.
Я проглотил.
— Может, с непривычки на новом месте… — размышляла мама.
Взять и рассказать маме. Она такая ласковая, добрая. Я же ей всегда все говорю. Скажу про Капитана Сорвиголову, про его друга-невидимку, про развалины… И операцию «К-1»… Но ведь это будет предательство. Или нет? Нет, все-таки, наверное, предательство. А что случилось? Ничего, совсем ничего. То есть покамест ничего. И я сказал:
— А знаешь, мама, я ходил сегодня около развалин. Недалеко от дома…