В истории Швеции это было действительно драматическое и напряженное время, полное новых и неожиданных открытий. Большой интерес представляют и политические события, протекавшие параллельно экономическому развитию, а отчасти вызванные им. Сущность этих событий может быть определена как окончательная победа либерализма. Переход королевской власти к Оскару I фактически означал перемену курса управления государством. О либеральных симпатиях Оскара I мы говорили уже, когда описывали время его правления как кронпринца; его вступление на престол либералы рассматривали как большую победу своих идей.
В первые годы своего правления Оскар I по ряду вопросов шел навстречу пожеланиям либералов. Он включил в правительство несколько умеренных либералов, в том числе нового министра юстиции Юхана Нурденфалька, в 1846 г. смененного Арвидом Поссе, и фабриканта Ёнаса Верна. В 1845 г. было введено равенство наследственного права для мужчин и женщин, до этого, в 1844 г., был отменен ненавистный закон о запрещении газет; при сильном сопротивлении со стороны консерваторов началась обширная работа в области законодательства, подготовленная, между прочим, либеральным юристом Рихертом; в 1847 г. был введен новый устав попечения о бедных, переработанный в 1853 г. Под впечатлением февральской революции во Франции в 1848 г. и сильной оппозиции в риксдаге правительство было реорганизовано еще раз. Кабинет сменился почти целиком; образовалось новое правительство во главе с премьер-министром и министром юстиции Г. А. Спарре; в правительство вошел ряд «умеренных либералов». Теперь при выборе членов правительства в большей степени, чем раньше, принимались в расчет политические соображения, хотя политическая окраска правительства не очень изменилась, оставаясь в общем, как говорили, «серой». Король продолжал оказывать большое влияние на политику правительства, но теперь вместо старой правительственной оппозиции в риксдаге образовались более сложные группировки. К концу 40-х годов может быть приурочена окончательная победа в Швеции либерализма в политическом отношении; однако наиболее важные результаты реформаторской работы были достигнуты путем сотрудничества между либералами и консерваторами.
С конца 40-х годов Оскар I встал на консервативный путь, и в 1852 г. он создал уже чисто консервативное правительство, которое в середине следующего десятилетия постепенно приняло снова либеральную окраску (с министром юстиции Е. К. Гюнтером). Политика реформ в эти годы дополнилась одним из важнейших мероприятий: на сессии риксдага 1853–1854 гг. была запрещена перегонка спирта для домашних нужд.
В последние годы своего правления Оскар I, как мы уже сказали, тяжело заболел и уже не мог принимать участия в правительственных делах, вследствие чего кронпринц Карл, ставший с 1859 г. королем Карлом XV, в сентябре 1857 г. взял правление в свои руки. Однако не менее важным событием была происшедшая несколько позже «смена руководства» в правительстве. После реформы департаментов положение правительства постепенно упрочилось; теперь правительство состояло из специалистов и знатоков различных отраслей государственного дела, имевших политические заслуги перед риксдагом. Тем не менее правительство не было единым органом, и в нем ни разу не появилось ни одного выдающегося человека. Положение изменилось, когда в 1858 г. вступила в силу новая система.
Карл XV отличался совершенно определенными консервативными взглядами и не одобрял либеральных тенденций своего отца. Он также не хотел, скорее из личных побуждений, сохранять Гюнтера в качестве министра юстиции, а собирался проводить политику «согласно своим взглядам», в буквальном смысле этого слова. Чтобы добиться этого, король предпринял всестороннюю реорганизацию правительства, пригласил многих способных специалистов, надеясь, что они будут с ним сотрудничать. К их числу принадлежали дипломат Людвиг Мандерстрём, ставший министром иностранных дел, блестящий дворянин Хеннинг Хамильтон, которого прочили в руководители правительства, консерватор, затем член предыдущего кабинета — министр финансов И. А. Грипенстедт. Министром юстиции был назначен известный как искусный юрист Луи де Геер (из того же рода, что и крупный промышленный магнат времен великодержавия); о нем знали не очень много, но считали, что у пего есть деловые заслуги. Оказалось, что он был человеком способным, деловым и честным; хотя он и не был блестящим человеком, но был умен, умел владеть собой. Де Геер был смел и ясно сознавал, что политика — это искусство возможностей. Он был одаренным публицистом и писателем, его «Воспоминания» принадлежат к лучшим произведениям шведской мемуарной литературы.
Де Геер никак не удовлетворял требованиям короля. Карл XV был человек одаренный, артистического склада, но у него чувствительность отца к общественному мнению переросла в погоню за популярностью, а отцовская гибкость — в легкомыслие сангвиника; некоторые типичные для него черты мы находим уже в его внешней политике. Ему всегда приходилось уступать настойчивости Луи де Геера. Таким образом, Швеция получила в первый раз и до известной степени к всеобщему удивлению единый кабинет во главе с признанным премьер-министром. Находясь во главе правительства, состоявшего из способных людей, де Геер смог оказывать большое влияние на все управление, чего никто из его предшественников не мог добиться. Мы уже отмечали, какое значение при этом имело его выступление в конфликте с Норвегией. При нем произошла серьезная фактическая перемена в образе правления и в деле сотрудничества правительства с риксдагом. Время кабинета де Геера стало переломным для либерально-реформистской политики, которая вступила теперь в свою третью фазу. Надежды короля, хотевшего проводить консервативную политику, вскоре рухнули.
Были проведены широкие реформы. Телесные наказания в семьях были запрещены; возраст совершеннолетия для незамужних женщин был установлен в двадцать пять лет; была введена свобода религии в качестве уступки разросшемуся движению свободной церкви и как выражение отношения либерализма к правоверию. Местное самоуправление приобрело более устойчивые формы, и провинции получили в 1862 г. особую систему представительства в виде ландстингов; в 1864 г. был принят новый закон о наказаниях, благодаря ему пестрое собрание старых законов о телесном наказании, так же как и о высылке из страны, лишений чести и позорных наказаниях, целиком исчезло; преобладающим наказанием стало лишение свободы.
Наряду с этим шла законодательная работа в области промышленности. В 1854 г. была окончательно введена свобода хозяйственной деятельности; тогда же была объявлена полная свобода торговли в провинции. Постепенно введена была также свобода торговли с заграницей. В наибольшей степени содействовал этому делу министр финансов Грипенстедт, человек большой инициативы и живого ума, главный представитель экономического либерализма этого поколения. Свободная торговля стала для него догматом веры, и он был глубоко убежден, что экономический либерализм может разрешить все общественные проблемы. Торговый договор с Францией (1865) закрепил свободу торговли. Это было косвенно связано с начинавшейся экономической экспансией: Швеция начинала занимать свое место в международном товарообороте. В этот период бюргерское и крестьянское сословия предъявили определенные требования избирательной реформы, и даже в самом дворянстве появились теперь довольно значительные силы, стоящие за реформу. Продолжительная дискуссия в риксдаге и ряд предложений по этому вопросу не дали никаких результатов. На сессии риксдага 1862–1863 гг. де Геером был внесен готовый проект новой, двухпалатной системы риксдага. Первая палата должна была избираться путем непрямых выборов по многостепенной шкале; вторая палата избиралась народом, но при очень ограниченном (имущественным цензом) избирательном праве. Первая палата представляла высшие слои общества; для второй палаты ценз был определен в размере 800 крон ежегодного дохода, или 1000 крон недвижимости, что равносильно было введению премий за недвижимую собственность. Этот распорядок, по словам де Геера, имел целью «распределить представительство в двух палатах таким путем, который одновременно предупреждал бы поспешные решения и обеспечивал бы сохранение существующего порядка». Предложение было принято, и на ближайшем риксдаге оно должно было окончательно стать законом. Когда в октябре 1865 г. собрались сословия, обстановка была очень напряженная. Стоял вопрос, действительно ли увенчает четырехсословный риксдаг «свою значительную реформаторскую работу самоликвидацией?»
Продолжительные дебаты в палате рыцарства в декабре 1865 г. подготовили решение этого вопроса. Все зависело от дворянства, так как городское и крестьянское сословия стояли целиком на стороне реформы, а духовенство решило встать на сторону дворянства. Общественное мнение оказывало сильное давление на обсуждение вопроса, со всей страны приезжали депутации, предъявлявшие требования от средних классов, и королю в конце концов пришлось, вопреки своей воле, принять предложение. В палате рыцарства победа была одержана большинством 361 голоса против 249.
Теперь ждали, что избирательная реформа приведет к, власти средние классы. Либерализм вел борьбу за реформу под лозунгом уважения к личности, но в определенных рамках: решающими условиями для участия в выборах в депутаты риксдага должны были стать образование, способности и влияние. Когда же дело шло об определении образования и деловых качеств, то, в соответствии с духом либерализма, признавалось решающим экономическое положение граждан: именно этот смысл скрывался за теми положениями, которыми определялся избирательный ценз.
Каковы должны были быть на практике последствия новой системы, трудно было сказать, так как никто не имел полного представления об имущественных отношениях в стране. Одно было ясно: рабочие в сельских местностях и в городах, как правило, не получили права голоса. По новой системе город имел относительно гораздо больше мест в риксдаге, чем деревня, вследствие чего буржуазный слой средних классов должен был бы занять соответствующее положение. Однако было неизвестно, каково будет распределение мест. Во всяком случае парламентская реформа повлекла за собой значительное увеличение числа граждан, имевших своих представителей в риксдаге. Те потрясения, которые могли, по некоторым предположениям, стать последствием только что начавшегося общественного переворота, еще не давали себя знать. Тяжелое положение в стране, имевшее место в предшествовавший период, на время смягчилось, начала развиваться промышленность; сельское хозяйство одно время также находилось в сравнительно благоприятных условиях.
В начале 1866 г. в тех общественных группах, голос которых был слышен, настроения были решительно оптимистичны. Литература продолжала реалистические традиции в мелкобуржуазном стиле, она отражала идиллические настроения или аристократически-эстетское самолюбование. Именно к этому времени относятся музыкальные произведения Августа Сёдермана, создавшего собственный национально-романтический стиль. Но уже появлялись предзнаменования грядущих бурь.
Глава XXXIII
ПАРТИЯ «СЕЛЬСКИХ ХОЗЯЕВ». РАЗВИТИЕ ПРОМЫШЛЕННОСТИ И БОЛЬШОЙ СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННЫЙ КРИЗИС. ТАМОЖЕННЫЙ ВОПРОС
(1865–1887 гг.)
Исход выборов в первый риксдаг после реформы избирательной системы принес разочарование многим сторонникам реформы. Победителем на выборах оказалось крестьянство [103], а не буржуазный средний класс. В 1861 г. было принято новое положение об оценке имущества. После проведения оценки оказалось, что стоимость крестьянских дворов значительно поднялась и большое число крестьян получило избирательные права. Противники реформы говорили, что наступило «крестьянское господство». Во всяком случае, это был период подъема шведского земледелия, которому способствовало «размежевание» середины XIX в., приведшее к увеличению экспорта зернового хлеба.
«Размежевание» было поворотным пунктом в истории шведского земледелия. Инициативные крестьяне [104] начали вводить более рациональный, чем прежде, севооборот. Началось возделывание кормовых трав; скот получил больше сена. Стали применяться новые, эффективные методы осушения торфяников и болот. Землю стали удобрять мергелем, ввели новые, легкие плуги и другие сельскохозяйственные орудия, например легкие стальные вилы вместо прежних деревянных — в лучшем случае с железными наконечниками. Усовершенствование орудий производства, а в известной степени, возможно, и улучшение породы скота уменьшили потребность в тягловом скоте, а в то же время увеличилась численность крупного рогатого скота, прежде всего благодаря возделыванию кормовых трав.
В связи с таким подъемом сельского хозяйства первые после избирательной реформы выборы в риксдаг привели к так называемому «крестьянскому господству». Но нужно отметить, что хотя число крестьян, получивших избирательное право, было довольно значительно, оно все же представляло только известную часть сельского населения. В 1870 г. сельскохозяйственное население насчитывало до 2690 тыс. человек, из которых 1400 тыс. были крестьяне, а 1290 тыс. — батраки, торпари и безземельные крестьяне, не получившие избирательных прав. В то же время наделы многих самостоятельных крестьян были малы, и их владельцы не получили избирательных прав.
Луи де Геер предполагал, что в новом риксдаге, сессия которого собралась в 1867 г., все партийные споры автоматически отпадут. Но в самом начале сессии депутаты крестьян и некоторые депутаты помещиков из второй палаты объединились в новую партию, под названием: партия «сельских хозяев» [105]. Среди руководителей этой партии были помещики — граф Арвид Поссе, Эмиль Кей и землевладелец Карл Иварссон из Халланда. Партия «сельских хозяев» стала проводить оппозиционную политику по отношению к правительству, энергично защищала интересы земледельцев [106] и боролась против высшего чиновничества, крупных землевладельцев и промышленников, имевших большинство в первой палате, а также и против представителей средних классов — буржуазии и интеллигенции во второй палате, иногда так и называвшихся в качестве партии «интеллигенцией» (впрочем, несколько лет во второй палате существовала «неолиберальная партия»). Партия «сельских хозяев» довольно быстро разработала подробную программу требований. Главным требованием программы была отмена «вековых несправедливостей», то есть отмена налогов и повинностей, которые издавна отягчали крестьянскую землю и которые не были отменены даже при проведении уравнения в правах. В программу входили требования экономии государственных средств и строгого контроля над чиновничеством. Вековые противоречия между крестьянством и чиновничеством («господами») вспыхнули с новой силой. Счастливая пора «чиновничьей Швеции» миновала, ее привычный образ жизни оказался под серьезной угрозой. Ясно заметно было и противоречие между промышленниками и партией «сельских хозяев». Чиновничество и буржуазия неприязненно смотрели на растущее влияние партии «сельских хозяев».
Кабинет де Геера на время приостановил проведение либеральных реформ. В период с 1867 г. и до середины 80-х годов произошла борьба по двум важным вопросам. Об одном из этих вопросов мы уже упоминали — речь идет о требовании партии «сельских хозяев» отменить поземельные налоги и другие повинности, обременявшие крестьянскую землю. Второй вопрос — это вопрос о выдвинутом правительством и получившем поддержку со стороны некоторых групп риксдага в первой палате и среди «интеллигенции» во второй палате требовании модернизации системы обороны страны в связи с внешнеполитическим положением; трудности, существовавшие в середине XIX в., еще более усугублялись в связи с австро-прусской и франко-прусской войнами. Партия «сельских хозяев» была в основном настроена враждебно к требованию модернизации системы обороны. Ее представители мотивировали эту позицию тем, что для Швеции, после того, как она избежала европейских войн, опасность войны уже отпала.
Де Геер был во главе правительства до 1870 г.; в этот период ему не удалось добиться никаких успехов в отношении разрешения двух вышеупомянутых вопросов. После него министром юстиции стал юрист А. Г. Адлеркрейц (племянник деятеля 1809 г.), но состав кабинета мало изменился — это был «реорганизованный кабинет де Геера без де Геера», по выражению печати того времени. В 1872 г. умер Карл XV, и на престол вступил его младший брат Оскар II. Политическая ситуация в стране изменилась. Оскар II, который был способнее, чем брат, и обладал более твердым характером, старался вернуть прежнее влияние ослабевшей королевской власти. Он был откровенно властолюбив и вместе с тем хотел играть роль посредника и примирителя в отношениях между партиями, подобно де Гееру. Оскар II содействовал выдвижению так называемого «компромисса» (1873) — предложения, так сказать, купить реформу системы обороны удовлетворением требований крестьян об отмене поземельных налогов. Но компромисс осуществлен не был.
В 1874 г. Адлеркрейца сменил государственный чиновник Эдвард Карлесон. Его правительство было не сильнее предыдущего; оно постоянно переживало кризисы. Министерства, состоявшие из чиновников и не имевшие хорошего руководителя, были неспособны разрешить оба спорных вопроса. Положение не изменилось и тогда, когда была учреждена должность премьер-министра («статс-министра», 1876 г.) и руководителем кабинета вновь стал де Геер, который ввел в правительство несколько новых лиц. Де Геер намеревался провести в жизнь «компромисс»; но, видимо, у него нехватило сил сделать это; партия «сельских хозяев», имевшая теперь большинство во второй палате, провалила его не совсем удачный проект реорганизации армии. Премьер-министром стал руководитель этой партии, помещик граф Арвид Поссе, не чиновник, а партийный деятель (1880) — это был своего рода парламентский эксперимент; в отношении спорных вопросов результат оставался неизменным — вернее, не было никакого результата. В 1883 г. Поссе подал в отставку; после этого был создан своего рода переходный кабинет во главе со старым чиновником Тиселиусом. И только, когда в 1884 г. премьер-министром стал О. Темптандер, бывший до этого министром финансов, перспективы на окончание бесплодных споров о реорганизации системы обороны и отмене поземельных налогов улучшились. Темптандер был способный чиновник, обладавший опытом парламентской работы и правительственной деятельности, искусный политик, не лишенный настойчивости и гибкости. В 1885 г. ему удалось добиться предварительного решения спорных вопросов в духе «компромисса». Это несколько смягчило длительные и напряженные споры между партиями. Срок обучения военнообязанных был увеличен до 42 дней (вместо прежних 30), поземельные налоги были снижены на 30 %; 30 % расходов по поселению войск было принято на счет государства. Но в этот период, особенно в течение последующих трех лет, в центре политической жизни шведского народа оказались другие проблемы. В скором времени началась большая таможенная война, вызванная ростом напряжения мировых экономических отношений, захватившим также и Швецию. Прежде чем мы коснемся партийной жизни в Швеции, мы должны рассказать о других, более важных событиях, чем парламентские споры периода 1865–1885 годов.
Действительное содержание истории Швеции за эти два десятилетия может быть выражено несколько схематически в словах: быстрое развитие промышленности, эмиграция, рабочий вопрос, новые религиозные движения и критика общественных порядков в литературе. Историю той эпохи, как и историю предыдущих поколений, нельзя изучить, ограничиваясь только протоколами риксдага.
Изменения в шведской промышленности за описанные двадцать лет были менее заметны, чем изменения, происходившие до или после этого. Но все же они представляли большой интерес. Прежде всего необходимо сказать о чисто количественном росте различных отраслей промышленности, о которых говорилось в предыдущей главе: лесной и железоделательной, текстильной и машиностроительной. Но появились и новые отрасли, которые получили особое значение в дальнейшем. Мы уже говорили, что с 70-х годов начало развиваться строительство железных дорог, а в течение 80-х годов все более значительную роль в шведском торговом флоте стали играть пароходы. Средний годовой объем экспорта пиленых и строганых лесоматериалов в середине 80-х годов увеличился до 3750 тыс. куб. м., экспорт лесоматериалов составлял теперь почти половину всего экспорта Швеции; за последние 20 лет он увеличился более чем в три раза. Норланд, находившийся долгое время на положении далекой окраины, обогнал другие части страны, как производитель лесоматериалов.
Первый в Швеции серьезный трудовой конфликт имел место в лесопильной промышленности в Норланде: в 1879 г. произошла Сундсвальская забастовка, в борьбе с которой государственные власти применили военные силы и меры насилия.
Годовое производство чугуна увеличилось в среднем с 145 тыс. т. (около 1850 г.) до приблизительно 440 тыс. в 80-х годах; особенно сильное увеличение приходится на конец 80-х годов. Бессемеровский процесс в 80-х годах начал применяться весьма широко, но еще в 1890 г. старыми способами (полосовое железо) производилось в четыре раза больше железа, чем бессемеровским процессом. Продолжал совершенствоваться мартеновский процесс. Началось массовое производство ковкого железа. Появились прокатные заводы, заводы по производству гвоздей, пил, напильников и т.д., а в 1870–1875 гг. была модернизована механическая промышленность, производившая машины, сельскохозяйственные орудия, паровозы. Начала развиваться судостроительная промышленность. В 1883 г. была основана компания «Сепаратор». Важной отраслью производства стало производство спичек. В самых разных областях страны появились мебельные фабрики, производились важные эксперименты в области получения целлюлозы, о чем более подробно будет сказано ниже. Товары текстильной промышленности начали вытеснять кустарные изделия крестьянского домашнего производства. Было основано большое количество новых акционерных обществ.
Угроза пролетаризации шведской деревни была наибольшей в первой половине XIX в.; с середины века, благодаря начавшемуся развитию промышленности, положение изменилось.
Население продолжало расти; в начале рассматриваемого периода оно составляло 4 млн. чел., а в 1890 г. — 4785 тыс. чел. Но в то время как в 1870 г. 72,4 % шведского населения было занято в сельском хозяйстве и побочных промыслах, а 14,5 % в промышленности и ремесле, двадцать лет спустя эти цифры соответственно представляли 62,1 и 21,7 % [107]. В 1865 г. число промышленных рабочих равнялось 54 тыс., а в 1885 г. — 102 тыс. человек. Возможности применения рабочей силы продолжали возрастать. Таким образом, часть излишка населения постепенно поглощалась промышленностью. С середины века появился другой важный фактор — эмиграция в Соединенные Штаты, облегчивший обеспечение сельского населения работой, но вызвавший вместе с этим потерю большого количества молодых и работоспособных людей.
Социальная политика не поспевала за быстрыми темпами промышленного развития, рабочие не получили еще действительной возможности оказывать влияние на социальную политику, хотя они уже и начали объединяться в профессиональные союзы. Но их время приближалось [108]. В 1874 г. Луи де Геер, во время своего пребывания на водах в Карлсбаде, встретил «известного социалиста Карла Маркса. Между приемами лечебной воды мы ходили и смотрели друг на друга, но не познакомились». В 1881 г., через семь лет после этой встречи и через два года после вышеупомянутой Сундсвальской забастовки, учение Маркса начало распространяться в Швеции в толковании сконского социалистического деятеля Августа Пальма, познакомившегося с этим учением в Дании.
С другой стороны, в 1886 г. социализм одержал верх в стокгольмском профессиональном движении, которое до того не имело определенных традиций по вопросу об отношении к политике [109]; в том же году начала выходить газета «Сосиал-демократен» под редакцией Яльмара Брантинга [110] и Акселя Даниельсона. Вместе с тем еще до описываемого периода возникли новые социальные проблемы, тесно связанные с развитием промышленности в Швеции. Начали обсуждаться вопросы детского и женского труда, техники безопасности, охраны труда. Особенно много по этим вопросам выступал С. А. Хедин [111].
В это время в Швеции появилась и новая литература. Группа радикальных и настроенных критически по отношению к общественному порядку молодых писателей («Молодая Швеция») хотела поставить ряд проблем на обсуждение в литературе, как это делалось в Дании и Норвегии. Наиболее выдающимся в этом поколении писателем, хотя и не вполне ортодоксальным с точки зрения этой группы, был Август Стриндберг, выпустивший в 1879 г. роман «Красная комната». В этом романе, в котором сочетались резкость с юмором, он обрушился с критикой на чиновников и спекулянтов. Хотя Стриндберг был связан с рабочим движением только временно, эта связь все же была заметна в его романе, в котором стокгольмский столяр выступает с обличительной речью против дам-благотворительниц из высших кругов буржуазии.
В своем большом автобиографическом романе «Сын служанки», написанном в 80-х годах, Стриндберг рисует это время как время духовного брожения не только для него самого, но и для всей страны. В своих произведениях он противопоставлял красоте, в ее традиционном понимании, истину, пусть даже безобразную, и требовал сокрушения старого во имя доступа воздуха и света. Литература этого периода, отражавшая в своеобразной форме и беспокойство и надежды того времени, в шведской истории литературы получила название «литературы восьмидесятых годов».
[103] [103] Как видно из дальнейшего, в данном случае речь идет не о крестьянстве, а об аграриях, объединенных в партию «сельских хозяев». — Прим. ред.
[104] [104] Под «инициативными» крестьянами Андерссон понимает кулаков, располагавших средствами для улучшения своего хозяйства. Беднякам «размежевание» принесло только ухудшение их экономического положения. — Прим. ред.
[105] [105] Партия «сельских хозяев» отнюдь не являлась крестьянской партией; это была типичная организация аграриев-помещиков. Наличие значительной кулацкой прослойки не дает права считать ее крестьянской партией. — Прим. ред.
[106] [106] Под «земледельцами» Андерссон понимает кулаков и часть помещиков, переводивших свое хозяйство на капиталистические рельсы. — Прим. ред.
[107] [107] Описываемый здесь Андерссоном процесс роста промышленного населения как раз и является отражением все большей пролетаризации деревни, разоряющемуся населению которой оставалось только идти в промышленность, давая фабрикантам рабочую силу. — Прим. ред.
[108] [108] И. Андерссон хочет создать у читателя впечатление, что в дальнейшем положение изменилось. На самом деле шведские господствующие классы проводили социальную политику в своих интересах. Профессиональные союзы и социал-демократическая партия в Швеции были заражены оппортунизмом. Только с появлением коммунистической партии Швеции шведский рабочий класс смог по-настоящему начать борьбу за свои права, против предательской политики правых социал-демократов. — Прим. ред.
[109] [109] В 1883 г. в Стокгольме был образован центральный комитет профсоюзов, руководство которым находилось в руках либералов и социал-демократов. Либералы были выведены из руководства только в 1886 г. В 1889 г. состоялся учредительный съезд социал-демократической партии. В программе партии в качестве одной из основных задач выставлялась борьба за всеобщее избирательное право. Съезд предусмотрел возможность сотрудничества с буржуазией. Таким образом, еще в самом начале существования социал-демократической партии в Швеции в ней были сильны оппортунистические настроения. — Прим. ред.
[110] [110] Карл Яльмар Брантинг (1860–1925), лидер шведской социал-демократии и один из вождей II Интернационала, ревизионист, сторонник соглашения и политического сотрудничества с буржуазными партиями. Во время первой империалистической мировой войны стал социал-шовинистом англо-американской ориентации; злейший враг Октябрьской социалистической революции и соучастник вооруженной борьбы против Советской России; он был министром финансов в кабинете Эдена, оказавшего в 1918 г. поддержку белофинскому правительству Свинхувуда в кровавом подавлении пролетарской революции и советской власти в Финляндии. В 1920, 1921 и 1929 гг. трижды формировал социал-демократические министерства, каждый раз подавляя революционное течение в шведском рабочем движении, выступая в роли цепного пса шведской буржуазии, «причем, разумеется, по косности часть рабочей массы идет некоторое время за этой буржуазной сволочью» (В. И. Ленин, Соч., изд. 4-е, т. 30, стр. 16). Именно поэтому И. Андерссон, как и все остальные шведские буржуазные историки, с похвалою отзывается о Брантинге. — Прим. ред.
[111] [111] Свеи Хедин — известный шведский путешественник по Азии. Во время первой мировой войны выступил открытым агентом германского империализма; враждебно относится к Советской России. — Прим. ред.