- А дальше что было?
- Дальше было веселей, – подхватил историю Игорь. – Ты говоришь: «Пацаны, я тут такие места знаю, сейчас всё будет! Идём на охоту». После чего стал доставать из сумки один за другим калаши, магазины и патроны к ним, и объяснял, как этим пользоваться. Мы уже к тому моменту были пьяные и с радостью согласились.
- Блин! – выругался Сергей. – Знал бы я, что мы идём к логову акромантулов, сто раз подумал бы и сто один раз отказался от такой затеи. Выходим мы такие на полянку, а оттуда как полезли пауки размером с собаку и лошадь. Я чуть кладку кирпичей не отложил. А ты такой кричишь: «Пацаны, не ссать. Мочи фрицев! Пленных не брать!». Мы как начали палить из автоматов, кто куда, это было страшно, жутко, но при этом весело.
- Пипец! – сказал Игорь. – Я думал, что прямо в этом лесу поседею. Хорошо, что пауки нас испугались и разбежались. Но одного мы завалили, и ты предложил его отнести в подарок вашему профессору зельеварения.
- А у озера мы расстались, – перехватил инициативу Сергей, – ты забрал автоматы и вы пошли дальше, левитируя тушу акромантула, а мы пробрались на корабль и попались с поличным директору Каркарову.
- Я даже стесняюсь спрашивать, откуда у тебя столько АКМ, – сказал Игорь. – Это вам что, в Хогвартсе вместо завтраков выдают?
- Ну да, – невозмутимо отвечаю парням. – В выходные домовые эльфы не кормят учеников, поэтому всем раздают по автомату, и крутись, как хочешь. Лес рядом, если голоден, то еду найдёшь.
- Ты прикалываешься? – вопросительно воскликнул Игорь.
- Конечно, прикалываюсь. Это мне родственник на день рождения подарил, поскольку Хогвартс вблизи Запретного леса находится, а оттуда частенько всякие монстры вылезают. У младших курсов с серьёзными заклинаниями туго, вот и приходится выкручиваться.
- Ты опять шутишь? – спросил Сергей.
- Нет. На этот раз я совершенно серьёзен. В прошлом году был оборотень, василиск в позапрошлом, пару лет назад тролль, в этом году пока всё спокойно, но мало ли...
- Ничего себе! – Игорь обалдел от такой новости. – А говорят, что наша школа суровая... Брешут. Хогвартс – вот где полная дичь.
Бал закончился в полночь, после него в гостиной Пуффендуя началась вечеринка. Алкоголь полился рекой, кто-то снова наколдовал бассейн.
- Седрик, а покажи своё яйцо, – во всеуслышание заявил я, чем ввёл в ступор Диггори и не только его.
- Святой, да ты совсем больной извращенец, – насмешливо заявил пьяный Трумэн.
- А я бы посмотрела, – кидая на Диггори хищный взгляд, произнесла толстушка Сэнди Блэкхерст.
- Я имел в виду золотое яйцо с турнира, а не то, что вы подумали. Так что кто тут извращенец – это остаётся под вопросом.
- Кто бы говорил, – широко улыбаясь, вновь сказал Трумэн. – А не ты ли был на балу в компании Слизеринки? Такой, – он изобразил, как обхватывает руками нечто необъятное, – не маленькой дамы.
- Главное чтобы она не была сверху, а то я умру, всё остальное можно пережить. Зато такое никто не забудет.
- Да уж, – протянул Диггори, – боюсь, тут и Обливейт не поможет. Тьфу, ты! Вот зачем ты сказал про «сверху»? Теперь в голову лезет расплющенный в лепёшку карлик и скачущий на нём бегемот!
Народ рассмеялся, за исключением Блэкхерст, которая обиженно посмотрела на Седрика.
- Так что, Седрик, ты яйцо покажешь? Уже любое, народ созрел.
Своды гостиной отразили громовой хохот студентов.
- Покажу, но только золотое, – ответил Диггори.
Он ушёл в сторону спален мальчиков и вскоре вернулся с добытым на соревновании трофеем.
- Я так и не понял, как эта штука работает, – сказал Диггори.
Яйцо пошло по рукам, каждый вертел его в руках, несколько раз его раскрыли, нажав на кнопку сверху, и оттуда доносился пронзительный вой. Когда золотая прелесть оказалась у меня в руках, я чуть не закапал трофей слюнями, любуясь драгоценным металлом. Когда стал крутить яйцо в руках в попытке раскрыть его, оно выскользнуло и упало в бассейн. Вместо того чтобы воспользоваться манящими чарами, я решил нырнуть за ним, что тут же осуществил.
Оказавшись под водой, я неловко ухватил скользкое яйцо и нечаянно нажал на кнопку. Яйцо раскрылось, и из него зазвучал хор голосов, пробирающий до мурашек:
Ищи, где наши голоса звучать могли бы,
Но не на суше – тут мы немы, словно рыбы.