— И что именно они могут неправильно понять?
— Ну, не знаю. Если им станет известно, что я остаюсь здесь, они могут прийти к неправильным выводам.
Такой ход разговора мне определенно не нравился. Глубокий анализ полезен далеко не всегда. Чистое чувство прошлой ночи могло не выдержать груза здравого смысла и раздумий о последствиях.
— А что ты играешь, когда репетируешь? — спросил я, чтобы сменить тему.
— В основном тренирую пальцы. Такое занудство.
— Как гаммы? — Я вспомнил, как в детстве меня учили играть на пианино. До чего же я ненавидел гаммы!
— Точно. Но я играю и произведения. Только гаммы могут свести с ума любого, даже профессионального музыканта.
— И какое у тебя любимое произведение?
— «Концерт для скрипки в соль-мажоре» Баха. Но, разумеется, я играю его на альте.
— Но звучание получается неправильным?
Каролина рассмеялась.
— Нет, нет. Звучание правильное. Возьмем песню «Йестэдей», ты знаешь, «Битлс». Ее можно играть на пианино, гитаре, скрипке, на чем угодно. Всегда будет звучать как «Йестэдей», не так ли?
— Пожалуй. — И я начал напевать мелодию.
Посмотрел на часы. Почти шесть. Солнце еще не закатывалось, но уже достаточно далеко ушло от зенита. Я откупорил бутылку, мы сидели и пили вино, довольные компанией друг друга.
Каролина приготовила семгу с петрушечным соусом, молодым картофелем и салатом. Все было восхитительно. После обеда мы посмотрели по телевизору сатирическую новостную программу. Как семейная пара.
В полном соответствии со своим планом ночь Каролина провела не в моей спальне.
Как, впрочем, и я.
Глава 11
Каролина поднялась рано и вызвала такси.
— Я сказал что-то не то? — спросил я.
— Нет. — Она рассмеялась. — Просто мне нужно возвращаться в Лондон. У меня встреча в офисе КФО на Клеркенуэлл-Грин. Я хочу убедить их отправить меня в Америку на вторую часть турне.
Она сидела на краю кровати в моей спальне для гостей и надевала черные носки. Я сел и потащил ее на себя, пока она не улеглась рядом со мной.
— Я не рассчитывала, что это произойдет, — сказала она. — Но рада, что произошло.
Я рассчитывал, что это произойдет, и тоже радовался, что произошло. Я поцеловал ее.
— Но ты приедешь после встречи?
— Не смогу. Оркестр этим вечером заканчивает гастроли в Нью-Йорке и переезжает в Чикаго на вторую часть турне. Я очень хочу вернуть положенное мне место. Если сегодня все пройдет хорошо, я улечу в Чикаго в воскресенье.
Уже наступила пятница. Воскресенье было так близко, и все шло к тому, что в этот день нас с Каролиной разделит Атлантика.
— Но ты даже не видела мой ресторан. Как насчет завтра? Пообедаем?
— Вы очень уж нетерпеливы, мистер Мортон. У меня есть своя жизнь, знаете ли. Мне нужно многое сделать, если я буду отсутствовать следующую педелю.
— А когда ты вернешься из Штатов? — спросил я.