Ноздря в ноздрю: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Обязательно. — И попрощался.

Остаток дня я провел в кресле. На кофейный столик положил подушку, на нее — левую ногу. Не смог переключить телевизор на неновостные каналы, вот и смотрел одно и то же, устаревшие новости, повторяемые вновь и вновь. Версия с арабским принцем, как мне показалось, приобретала все большую популярность, возможно, потому, что никаких других не было, а эфирное время требовалось чем-то заполнить. Эксперты по Ближнему Востоку сменяли друг друга, чтобы до бесконечности комментировать умозрительную версию, не подтвержденную ни единым фактом или вещественным доказательством. У меня возникло ощущение, что телевизионные компании просто позволяют некоторым из этих так называемых «экспертов» популяризировать свои экстремистские взгляды, никак не способствуя улучшению обстановки в тех странах, которые они покинули, перебравшись в Англию. Насильственная смерть и уничтожение для многих из них являлись обычным делом, и кое-кто даже оправдывал случившееся, говоря, что для мятежных сил его страны принц мог быть обоснованной целью, а тот факт, что пострадали невинные люди, следовало списать на неудачное для них стечение обстоятельств: вы понимаете, жертвы войны и все такое. Подобные комментарии злили меня, но я не мог заставить себя выключить телевизор из опасения пропустить что-то новое и важное.

В какой-то момент, около пяти вечера, я заснул.

Опять проснулся словно от толчка, с гулко бьющимся сердцем и покрытым холодным потом лицом, после еще одной встречи с больничной каталкой, коридором без окон, безногой Мэри-Лy, кровью.

Господи, взмолился я, только бы ночью обойтись без этого.

Но куда там.

Глава 4

Мэри-Лу не выжила.

В утреннем номере «Таймс», который, как всегда, положили у двери моего коттеджа в семь утра, Мэри-Лу Фордэм значилась среди шести идентифицированных жертв взрыва. Остальных еще не опознали и, соответственно, не поставили в известность их родственников. По сведениям полиции, при взрыве погибло пятнадцать человек, но они не считали этот список окончательным, потому что некоторых могло разорвать на мелкие кусочки.

Меня поразило, что из находившихся в ложах людей кто-то мог выжить, но, судя по всему, таких набралось чуть ли не половина, хотя многие получили тяжелые ранения и пребывали в критическом состоянии. Так что число погибших могло возрасти.

Что до меня, то колено определенно шло на поправку. В воскресенье вечером я даже смог подняться по лестнице на второй этаж. Однако выспаться не удалось и на кровати. Меня опять куда-то везли на каталке. Я уже начал бояться, что сон этот и дальше будет возвращаться ко мне против моего желания. Оставалось только надеяться, что теперь, после документального подтверждения смерти Мэри-Лy, что-то изменится, информация эта проникнет в те глубины подсознания, где зарождаются сны.

Одетый в халат, я сидел на диване и прочитывал все статьи от первого до последнего слова. Они занимали шесть страниц, но чего-либо конкретного в них содержалось крайне мало. Очевидно, полиция не желала делиться с журналистами фактами, не разобравшись, что к чему. Источники, близкие к полиции, цитировались без указания имен. Верный признак того, что журналист делился непроверенными версиями.

Я сварил себе кофе и включил утренний информационный выпуск Би-би-си. За ночь полиция установила имена и фамилии еще нескольких погибших, и с минуты на минуту ожидалась пресс-конференция. Нас заверили, что ее покажут полностью, а пока предложили посмотреть «Новости спорта».

Мне показалось, что это неприлично — втискивать результаты спортивных состязаний уик-энда между сообщениями о десятках убитых и изувеченных на ипподроме Ньюмаркета. В 1844 году Карл Маркс сказал, что религия — опиум для народа, но теперь место религии занял спорт вообще и футбол в частности. Вот я и ждал, слушая, как «Сити» победил «Юнайтед», а «Ровере» разбил «Альбион», в ожидании возвращения к более важным темам. Судя по всему, каждый из воскресных матчей предваряла минута молчания. Меня это не удивило. Минуту молчания могли объявить перед футбольным матчем и по поводу кончины любимой собаки президента клуба. Так что причин постоять в центре поля со склоненной головой у футболистов хватало.

Волновали людей незнакомые им жертвы? Полагаю, волновало другое: никого из родственников и друзей не разорвало. Это трудно — испытывать какие-то чувства к тем, кого никогда не встречал, кого знать не знал. Ярость — да, к учинившим такое зверство. Но забота, сочувствие? Его, наверное, хватало только на минуту молчания перед последующими девяноста минутами криков и пения.

Мои размышления прервало начало пресс-конференции и появление на экране главного констебля[9] Суффолка. Он сидел в парадной форме, на фоне синей доски с большой звездой и гербовым щитом графства Суффолк.

— Мы продолжаем расследование взрыва на ипподроме Ньюмаркета во время субботних скачек, — начал он. — Я могу подтвердить, что на настоящий момент погибли восемнадцать человек. Хотя мы прилагаем максимум усилий для того, чтобы известить семьи погибших, найти родственников некоторых из жертв пока не удалось. Поэтому я не могу назвать вам полный список погибших. Пока назову вам имена и фамилии четырнадцати человек.

Он зачитал их медленно, с театральной паузой перед каждым новым именем.

Некоторые были мне незнакомы, других я знал очень даже хорошо.

Мэри-Лy Фордэм, как я и ожидал, числилась в списке. Так же как и Элизабет Дженнингс, шалунья. А вот Ролфа Шумана не было, и я уже начал надеяться, что Луиза выжила, когда услышал: «И, наконец, Луиза Уитворт».

Я окаменел. Пожалуй, не так уж и удивился. Я же видел помещение ложи после взрыва, и удивляться следовало не смерти Луизы, а тому, что кто-то остался жив. Но Роберт-то остался, вот я и надеялся, пусть здравый смысл говорил о другом, что Луиза тоже уцелела.

Пресс-конференция продолжалась, но я уже не слушал. Перед моим мысленным взором возникла Луиза, какой я видел ее в последний раз, в белой блузке и черной юбке, снующей между столиками, выполняющей свою работу. Умная девятнадцатилетняя девушка, которую ждало светлое будущее. Получив на школьных экзаменах более высокие, чем она рассчитывала, оценки, Луиза подумывала о поступлении в университет. А пока работала у меня с сентября, копила деньги на поездку в Южную Америку со своим бойфрендом. «Как же это несправедливо, — думал я. — Отнять у нее жизнь, которая только началась. Какой негодяй мог на это пойти?»

Другой полисмен на экране держал схему лож 1 и 2 Лобовой, главной трибуны ипподрома в Ньюмаркете.

— Бомбу поместили здесь, — указал полисмен, — внутри кондиционера ложи 1, который висел над панорамным окном. Соответственно, бомба находилась между людьми, которые оставались в ложе, и теми, кто вышел на балкон. Мы подсчитали, что мощность взрывного устройства соответствовала пяти фунтам тротила, и этого хватило для значительных разрушений внутри помещения. Причиной гибели и ранений большинства пострадавших стала взрывная волна, хотя один человек погиб от удара выбитого из стены куска бетона.

Оказался не в том месте и не в то время. Как и все мы, только ему повезло меньше.

Главный констебль вновь взял инициативу на себя.

— В прессе прозвучала версия, что бомба предназначалась для убийства высокопоставленного гражданина иностранного государства. — Он сделал паузу. — Пусть комментировать эту версию еще рано, подтверждаю, что тех, кто первоначально зарезервировал ложу 1, перевели в ложу 6. Сделано это было по просьбе новых арендаторов ложи 2, чтобы они могли организовать более многолюдный праздничный ленч, убрав перегородку межцу двумя ложами, а не располагаться в двух отдельных, разнесенных между собой ложах. Об обмене договорились в самом начале прошлой недели. Судя по всему, бомбу привел в действие часовой механизм. Пока мы не можем определить, как давно установили эту бомбу, а потому должны рассматривать и версию о том, что удар предполагалось нанести совсем по другой цели. — Он опять помолчал, прежде чем добавить: — В субботу утром, согласно правилам обеспечения безопасности иностранных королевских особ, проверялся воздушный кондиционер в ложе 6. Ничего подозрительного в нем не обнаружили.

«Ну и ну», — подумал я.

Пресс-конференция продолжалась, но уже стало ясно, что полиция понятия не имеет, кто несет ответственность за взрыв, и у нее нет никаких ниточек, ведущих к преступникам.

Зазвонил телефон.

[9] Главный констебль — начальник полиции графства, города. Назначается местными мировыми судьями и членами местного совета.