Девятый принцип: читать начало книги онлайн

Людям, боящимся высоты, и с больным сердцем советовали воздержаться от «прогулки» к фараону. Внутри пирамиды жарко, а к самой гробнице ведет очень узкий и крутой коридор.

Фредрик замер. При входе спрашивали билет. А его у Фредрика не было. «ОК, mister. I remember». — Чушь какая-то. Он пожал плечами и отправился назад к билетным кассам. На этот раз кассир, не моргнув, взял деньги.

Группа немцев, человек тридцать-сорок, вошла в Великую пирамиду. Он допил кока-колу, пригнулся и нырнул за ними.

Ему приходилось все время пригибаться, чтобы не стукнуться головой о низкий потолок. Наклонный коридор резко уходил вверх. На полу были укреплены деревянные ступени. Освещался коридор лампочками, расположенными через равные расстояния. «Без ступеней тут нетрудно и шею сломать», — подумал Фредрик. Интересно, как же сюда поднимались в Древнем Египте? Археологи не обнаружили ни следа копоти в этих коридорах. Неужели египтяне могли передвигаться в кромешной тьме?

Дышать совершенно нечем. Тяжелый запах пота. Постоянно кто-то спускается навстречу, и ему приходится прижиматься к стене. Коридор очень узок, в нем с трудом можно разминуться.

Немцы впереди кряхтели и пыхтели, как стадо бегемотов. Некоторые из них в панике раскорячились посреди коридора, вспомнив о массиве камня над головой. Да, это восхождение не для слабонервных. Миллионы тонн камня. Смерть клаустрофобикам!

Коридору не было конца-края. Вверх, вверх, вверх. Фредрик то полз на четвереньках, то выпрямлялся, с восхищением разглядывая плотно пригнанные друг к другу каменные блоки. Потрясающая точность, особенно по меркам того времени.

Наконец коридор окончился и они очутились в так называемой Большой галерее. За ней шел наклонный зал — но тут, слава Богу, было достаточно места, а высота потолка никак не меньше пяти метров. Какой смысл было устраивать этот широкий зал после узкой и крутой шахты никто разумно объяснить не мог. На этот счет у каждого египтолога имелась своя собственная теория.

Каменные блоки поражали воображение. Они так плотно и точно были пригнаны друг к другу, под такими невероятными углами, что любого современного инженера тут же бы хватил апоплексический удар, если б ему предложили сконструировать нечто подобное. Фредрик погладил гладкую поверхность камня, но решил не отставать от немцев. В зале ступени располагались вдоль одной из стен, и был виден гладкий пол, на котором смело можно было бы устраивать соревнования по спидвею.

Вверх, вверх, все время вверх. Помещение, в котором они сейчас находились, было настолько громадное, что любой звук тут же порождал эхо. Жара и запах пота становились почти непереносимыми. Фредрик чувствовал, как радостно забилось сердце. Чем выше они поднимались, тем лучше становилось у него на душе. Почему он раньше не приезжал в Египет?

Вниз спускалась большая группа туристов, и на некоторое время возникла неразбериха. У парочки немцев не выдержали нервы, и они отправились вниз. Другие же, хоть и неуверенно, но решили продолжать восхождение.

Внезапно Фредрика пронзила острая боль, будто кто-то ударил по голове. Он замер, но боль тут же прошла. Он вытер пот и продолжал карабкаться к гробнице.

Фредрик знал, что в конце этого продолговатого зала их ожидает последний коридор, очень узкий, но, к счастью, короткий. Он ведет в усыпальницу фараона. К саркофагу Хеопса.

Пустому. Без крышки.

Мумия фараона до сих пор не найдена, не известно также, что стало с украшениями и внутренним убранством гробницы. Когда арабы ворвались в герметично закрытую пирамиду в XIV веке, она уже была пуста.

Выше гробницы подниматься нет смысла, хотя над ней и сделаны друг над другом несколько комнат, чтобы предохранить потолок от чрезмерного давления вышележащих плит. Одна из них и получила название комнаты Дэйвисона по имени известного английского археолога.

Фредрик докарабкался уже почти до половины шахты, когда наверху раздались холодящие кровь крики ужаса. Какие-то выкрики, вопли… Тут на него обрушилась лавина немцев, завертела в водовороте и понесла вниз, увлекая за собой все новые и новые жертвы. Внезапно Фредрика отбросило на скользкий пол, и он в клубке человеческих тел покатил, как на санках, с бешеной скоростью вниз.

Когда они наконец съехали к подножию пирамиды, сидящая у него на шее женщина тихо застонала, и немудрено — прямо на голову ей плюхнулся какой-то немец.

4. Он задумчиво наслаждается жареной бараньей ногой в розовом масле с мускатом. Выслушивает рассказ о волшебном кувшине и разрывает на клочки газету

У входа в пирамиду царил полнейший беспорядок. Билетеры пытались удержать напиравшую толпу любопытных и быстро перегородить вход. Со всех сторон раздавались возбужденные вопросы, а тем временем под шумок из пирамиды вынесли четырех потерявших сознание туристов, положили их в тень и принялись поливать водой.

Фредрик осмотрел ссадины и царапины на локтях и коленях. Переломанные ребра немного побаливали, но, кажется, на этот раз все обошлось. Спуск по длинной узкой шахте прошел благополучно. Совершенно невероятно, но во время паники никто серьезно не пострадал. Хотя многие получили легкие ранения, и им требовалась медицинская помощь. Фредрик помог освободиться из клубка человеческих тел одной даме, которая, похоже, вывихнула или сломала руку. Они оказались одними из первых выбравшихся на белый свет.

Крики и вопли на Большой галерее разобрать было почти невозможно, никто толком не понял, что там такое приключилось, но паника охватила всех. Все хотели наружу, как можно быстрее вниз и наружу. Во что бы то ни стало.

Но ему, кажется, удалось разобрать первые крики, и вызывшие весь этот переполох. Кричали по-испански:«Sin cara, sin cara!» Без лица. «Asseinato!» Убийство. И тут же все лавиной рухнули вниз.

Он медленно отошел от бурлящей толпы у входа в пирамиду. Похлопал забытого владельцем одинокого верблюда по шее. Ему ничего не хотелось узнавать. Его это не касается. Просто он расстроился, что не удалось посмотреть усыпальницу и саркофаг фараона Хеопса.

Фредрик еще раз обернулся на пирамиду. Серая безмолвная громадина.

На асфальтовой дорожке он вытряс из ботинок песок.

Фредрик почему-то повернул к «Mena Hause», старинному отелю высшего класса у начала плоскогорья. Добрел до ограды и направился в раздумье около рекламного щита. Так, египетский ресторан. Прекрасно. Как раз то, что нужно.

В дверях его встретил метрдотель в феске и красной халабее. Усадил за столик в глубине зала, и почти мгновенно официант принес меню.

— Мистер будет обедать? Что-нибудь выпьет?

Фредрик долго сидел в задумчивости, даже не открыв меню. Он устал и был выбит из колеи. Такое же мерзкое состояние как по приезде в Александрию. Когда же это было? Месяц тому назад? или год? Да нет же, всего неделю: тело как будто налилось свинцом, в голове теснились тяжелые мысли. Похоже, в английском госпитале он немного свихнулся и в своей гордыне вздумал узнать Каир с высоты птичьего полета. Глупец. Он стал замечать время, минуты, слагающиеся в часы, которые должны наполняться событиями и впечатлениями, или воспоминаниями? Нет-нет, все прошло, исчезло, растворилось, он, кажется, собирался убежать? От чего? Он и так всю жизнь балансирует на грани реального и потустороннего миров, рискуя в любой момент перейти невидимую черту.