298 (ныне 104 ГИАП) под Одессой на берегу Буга.
После неодно кратных переформировок и перегруппировок к 22 июня 1945 года в Лисичанске была создана 216 дивизия, куда вошли 16 ГИАП, 88 ИАП. 765 ИАП самостоятельно воевал в Крыму, 298 — на обороне Донбасса. Начались тяжелые дни отступления.
Комсомольские организации расставляли свои силы так, чтобы везде был комсомольский решительный глаз.
В основу своей работы комсомольские организации положили задачи всеми средствами комсомольской работы вселить во всех твердую веру в нашу победу, выявлять нытиков и паникеров, крепить воинскую дисциплину и поднимать бдительность. За малейшие отсталые разговоры разбирали на комсомольских президиумах, принимали самые строгие меры взыскания к малодушным комсомольцам и вселяли в них веру в победу.
Комсомольские организации делали все, чтобы сохранить при отступлении всю материальную часть до единого самолета, подбитые и неисправные самолеты увозились из-под самого носа наступающего противника. Создавались специальные комсомольские бригады по эвакуации неисправных самолетов. Эти бригады назывались «Бригадами отважных». Комсомольцы этих бригад эвакуировали подбитые самолеты на быках, коровах и лошадях из тыла противника.
Комсомолец 45 ИАП (100 ГИАЧП) Агеев с двумя бойцами был послан на эвакуацию подбитого самолета на передовую линию. Немцы знали о месте нахождения самолета и вели непрерывный огонь по нейтральной площади, где находился самолет, и подступам к нему. Как ни обдумывал Агеев план эвакуации самолета, он пришел к выводу, что даже ночью обычным способом — тягловой силой — самолет нельзя вывезти. Тогда он обращается к пехотинцам, с их помощью в течение ночи разбирает самолет и выносит его по частям в безопасное место.
За мужество, отвагу и комсомольскую смекалку командир Отдельного 45 ИАП — майор Дзусов наградил комсомольца Агеева медалью «За отвагу». Командир экипажа комсомолец Колганов (298 ИАП) вынужденно сел на нейтральную полосу, и к самолету невозможно было подъехать на машине, так как немцы были рядом. Тогда комсомольцы Колганов, Макаров, Литвин и Котляров выкатили поврежденный самолет на руках.
Комсомолец Биляев спас самолет И-16 старшины Вильямсона с помощью железного троса, который он протянул через забор и прицепил к трактору.
На протяжении всего отступления в дивизии не сожгли ни одного самолета.
Два комсомольца 16 ГИАП бросили при отступлении свои винтовки. Как только личный состав полка собрался на новом аэродроме станицы Гетьмановской, собрался комсомольский президиум, где обсуждались поступки этих комсомольцев. Оба комсомольца были исключены из членов ВЛКСМ.
В дивизии не было случаев отставания людей от части, хотя большой путь пришлось проделать пешком.
На отдельных комсомольцев возлагались в этот период и такие ответственные задачи, как доставка бензина и боеприпасов на аэродром. С колонной бензоцистерн посылались комсомольцы, чтобы обеспечить быструю доставку бензина, чтобы по пути колонну не разбомбили вражеские самолеты. Комсомольцы дивизии справлялись и с этими задачами. В результате этой большой работы комсомольцев самолеты были в основном обеспечены всеми видами боеприпасов и могли выполнять задачи командования — сдерживать бешеный натиск врага.
Комсомольцы-летчики дрались храбро и смело, используя все возможности своего самолета. В 298 ИАП не хватало самолетов и на трех комсомольцев Румма, Дрыгина и Годзева был один боевой самолет, причем вылетать на боевое задание мог тот, кто скорее добежит до самолета после получения боевой задачи.
Вот что писалось в боевой характеристике на командира звена 45 ИАП — комсомольца старшего сержанта Вазиана Василия Федоровича: «Тов. Вазиан в борьбе с немецко-фашистскими оккупантами проявил смелость, храбрость, упорство и смекалку. В совершенстве овладел самолетом ЯК-1, любит много летать. С максимальной пользой использует свой самолет, выжимает все, что может дать он. Выполняя приказ командования по перегонке самолета ЯК-1 с аэродрома, расположенного вблизи противника, проявил находчивость и смекалку. При отсутствии средств запуска: стартера и сжатого воздуха, он запустил мотор и перегнал самолет в полк. Для запуска мотора он использовал порох от патрона, насыпав его в цилиндр через свечное отверстие, и затем поджег его».
Бессмертный подвиг совершил Василий Вазиан в воздушном бою в районе Моздока; на глазах командования Н-ского соединения произошел воздушный бой между шестью ME- 109 и тремя нашими ЯК-1. Вазиану пришлось вести бой одному против двух ME-109. Будучи ранен в ногу и не имея боеприпасов, Вазиан пошел на таран, при котором погиб и сам.
Но были случаи, когда отдельные летчики-комсомольцы проявляли трусость в бою, прикрывая свою трусость обманом командования. Не ладилось с полетами у комсомольца Григория Речкалова: то он полетит и не выдержит направления, разобьет самолет при взлете, то побьет самолет при посадке, то оторвется от группы. Однажды он вылетел в паре на уничтожение «рамы» (ФВ-189), корректировавшей стрельбу немецкой артиллерии. «Раму» не нашел, хотя радиостанция наведения и наводила его на немецкий самолет, и, проболтавшись в воздухе, он сел и доложил командиру полка, что сбил Ю-88. Приехавший с радиостанции наведения командир дивизии — генерал Борман, возмутившись таким поступком Речкалова, хотел посадить его на гауптвахту. За ложное донесение и трусость комсомольца Речкалова вызвали на комсомольское бюро полка. На бюро он долго не хотел сознаться, но потом признался, что наврал о сбитом самолете Ю-88. Комсомольское бюро полка исключило из членов ВЛКСМ, но дивизионная партийная комиссия вынесла ему строгий выговор. Но таких, как Речкалов, были единицы, да и они перевоспитывались и становились другими (ныне гвардии майор Речкалов — дважды Герой Советского Союза). Остальная масса комсомольцев сама просилась в бой, просилась бить немцев.
Комсомолец Годзев (298 ИАП) — комсорг эскадрильи — дрался один против семи вражеских самолетов, двух сбил и одного подбил. Дрался он до тех пор, пока не кончилось горючее. Желая спасти машину, он выпустил шасси, решив посадить ее вне аэродрома, но при посадке попал в канаву и разбился. Комсорг эскадрильи Дурнченко — лихой штурмовик, 18-летний юноша за время пребывания в полку не пропустил ни одного вылета на штурмовку — просил разрешения на вылет у командира чуть ли не со слезами. Над Ворошиловградским аэродромом, где базировалась наша дивизия, появились три «Юнкерса». Взлетела ракета — сигнал к вылету дежурной паре истребителей, но в воздух поднялся только один самолет, — со вторым что-то случилось. Командир на минуту задумался: кого бы еще послать. «Я полечу», — вызвался сержант комсомолец Косса. И уже через минуту его самолет оторвался от земли и, набрав высоту, устремился к вражеским бомбардировкам. Заметив наши самолеты, немцы плотнее сомкнули строй. Еще одна поднявшаяся в воздух пара истребителей подбиралась к немцам снизу, но огонь «Юнкерсов» помешал ей, и она ушла, чтобы повторить заход с другой стороны. В это время прямо на немцев пикировал истребитель. Трассирующие пули пролетали вокруг него, но самолет шел, не сворачивая, и, к удивлению всех, не стрелял. Когда до стервятников осталось всего 100 метров, заработала пушка истребителя, застрочили пулеметы. Строй немцев рассыпался. Пара «Юнкерсов» спешно повернула назад, а один ушел в облако. Комсомолец Косса караулит немца над облаком, а когда тот выскакивает, он бьет его сверху. «Юнкерс» уже горит, но еще может лететь, сержант повторяет атаку, и, наконец, немец круто пошел вниз и врезался в землю. В небе победно виражит бесстрашный истребитель. Убедившись, что немец сбит, летчик Косса пошел на посадку. С утра до позднего вечера, никогда не жалуясь на усталость, летал в бой комсомолец Косса.
Косса ненавидел немцев и всю мощь своей грозной машины обрушил на врага. Истребители громили немецкую автоколонну. Над самыми головами немцев проносился Михаил Косса, скашивая врага очередями своих пулеметов. На дороге становилось все больше разбитых машин, на полях все больше убитых немцев. Наконец боеприпасы иссякли. Товарищи ушли на восток, а Михаилу надо было остаться и просмотреть результаты штурмовки. Очнувшись от ударов, немцы стали приходить в себя и открыли ураганный огонь по советскому истребителю. Четыре снаряда разорвались в плоскости. Горящий бензин растекался по крылу и, подхватываемый ветром, распространял огонь по всему самолету. Огонь забрался в кабину, и, как ни старался смелый летчик дотянуть до своих, ему не удалось это. Он выпрыгнул с парашютом и приземлился на сарай, вывихнув ногу. Переждав в станице, пока заживет нога, он в течение пяти с половиной месяцев пробирался к линии фронта (см. боевые дела Косса в разделе «Кубань»).
Героическими делами прославился летчик комсомолец Середа. При отступлении была отрезана 37-я армия. Середа получил приказ отыскать, где расположены штаб, сама армия, и установить связь. Середа полетел в примерный район ее местонахождения. Тщательно просматривая каждую дорогу, он на одной из них заметил группу наших красноармейцев, выбрал площадку и сел невдалеке от идущих красноармейцев. Красноармейцы закричали и замахали руками: «Летчик, улетай! Мы пленные. Сейчас тебя могут взять в плен». Но Середа не мог лететь, не узнав, где же находится 37-я армия. Он вышел из самолета, и, только лишь когда установил местонахождение армии, он решил лететь. Только успел он сесть в кабину, как конвоиры немцы и немецкие солдаты из соседней части подбежали к самолету Середы и, хватаясь за плоскости, пытались удержать его. Середа притормозил одну ногу, дал полный газ и, разворачиваясь и рубя винтом немецких солдат, освободил плоскости и взлетел. Вслед взлетающему самолету понеслись ружейные, автоматные и пистолетные выстрелы. Середа получил семь пулевых ранений. Серьезно раненный, он прилетел на свой аэродром, доложил командованию о результатах разведки, потерял сознание и не приходил в себя в течение пяти суток. Комсомольцу Середе было присвоено звание Героя Советского Союза. О его отважном и дерзком подвиге писалось в «Комсомольской правде». В комсомольских организациях были проведены митинги. На родину отважного комсомольца было послано письмо. Так, не жалея сил и жизни, дрались наши комсомольцы, сдерживая бешеный натиск врага, за советский юг, защищая бакинскую и грозненскую нефть — черное золото нашей Родины. Комсомольские организации, комсорги, комсомольские активисты личным примером отваги и героизма вселили в нашу молодежь веру в победу нашей Красной Армии, нашей Родины. Только дорогой ценой удалось немцам дойти до предгорий Кавказа.
2. Тяжкие августовские дни 1942 года. Фашистская армия с бешеной яростью рвалась на Кавказ. Мы отходили с боями, оставляя позади горящие станицы, устланные дымом, богатые кубанские поля. Части вели беспрерывную работу с утра до поздней ночи. «Измотать противника» — такова была задача соединению.
28 июля 1942 года вышел в свет приказ тов. Сталина № 227, приказывавший остановить бешеный натиск врага на советский юг, нанести ему уничтожающий удар. Вся партийно- политическая и комсомольская работа была направлена на выполнение приказа тов. Сталина на выполнение задачи командования: «Измотать силы наступающего противника».
В частях были проведены комсомольские собрания с вопросом «О задачах комсомольцев в выполнении приказа тов. Сталина № 227».
Собрания эти проходили поздним вечером в перерыве между боевыми вылетами. Люди были усталыми, но собрания были очень бурными. Какой ненавистью к немцам дышали слова комсомольцев, выступающих на собрании. Как страстно клялись комсомольцы драться с немцами до последнего патрона, не допустить гадину к Советскому югу. Комсомолец Кужелев, выступая, говорил: «Мы одна из частиц Красной Армии, а особенно сейчас Красная Армия не должна забывать, что на ее долю выпала великая освободительная миссия. Замученные дети, женщины молящими глазами смотрят сейчас на уходящего воина. Дальше нам отступать нельзя. Мы не будем трусами, мы остановим немца у Терека, нанося мощные удары с воздуха. Клянусь, что я не посрамлю чести воина-комсомольца. Умру, но не уйду с поля боя, пока хоть единый патрон будет в обойме моего пулемета» (из донесения капитана Макеева 1943 г.).
Клятвы, данные на комсомольских собраниях, не расходились с делом. Несмотря на большую напряженную боевую работу, которую вели части на Кавказе, комсомольские организации работали очень энергично. Условия заставляли комсомольскую работу сделать более живой, приблизив ее к каждому комсомольцу. Большое место занимало проведение бесед комсомольскими активистами с молодежью.
Рассказывая о ноте В. М. Молотова «О зверствах гитлеровцев», вновь и вновь призывали наших летчиков, техников и наших оружейников к неустанному и яростному мщению гитлеровским оккупантам. Большую работу в это время проделали комсомольские организации по разъяснению сводок Совинформбюро. Читались и обсуждались статьи из журналов, газет, брошюр: В. Кононенко «Вспомни», Лидин «Таня», «25 черноморцев», «Стойкость», «Победившая смерть», «В степях юга», Шолохов «Наука ненависти», проводились беседы: «Итоги года войны», «Договор СССР с Великобританией», «Соглашение СССР и США».
За время боев на Кавказе комсомольскими активистами 216 смешанной дивизии было проведено до 150 бесед. Большой отклик в наших частях нашло открытое письмо комсомольцев и молодых бойцов частей генерала Лелюшенко, взломавших укрепленные рубежи немецкой обороны и дравшихся на окраинах старинного русского города Ржева. Обсуждение этого письма также проводилось на комсомольских собраниях. Комсомольцы поклялись: «Воевать с честью, со злостью, как положено по уставу и по сердцу, бить насмерть иродов в зеленых мундирах». Комсомольские организации провели большую работу по реализации приказа тов. Сталина № 130 «Учиться военному делу, учиться настойчиво, изучать в совершенстве свое оружие, стать мастерами своего дела и научиться бить врага наверняка».
Кроме бесед, докладов о значении и необходимости изучения военной техники комсомольские организации соединения взялись за практическую организацию изучения вверенной техники и оружия. Комсомольская организация 16 ГИАСП поэскадрильно организовала и провела с комсомольцами беседы по матчасти мотора и самолета, кроме того, зная нужду страны в цветном металле, комсомольскими организациями было собрано много тонн цветного металла и отправлено в тыл страны. Каждая стрелянная гильза собиралась и сдавалась. С комсомольцами было повторно изучены и темы: 1) «Масло-бензо-водосистема». 2) Уход за шасси, по мотору с летчиками-комсомольцами 765 полка. «Тактика штурмовиков при атаке их истребителями противника». «Стрельба по наземным целям из PC».
В полках с комсомольцами были организованы занятия по изучению материальной части винтовки. Организованы кружки снайперов, проводились занятия со стрельбами. Вся эта комсомольская работа по воспитанию мужества и отваги у наших комсомольцев, воспитание жгучей ненависти к врагу подкреплялись индивидуальной работой с каждым комсомольцем, беседами и рассказами о героических подвигах летчиков нашей армии, дивизии. Практиковался один из методов воспитания мужества и отваги у комсомольцев — проведение комсомольских митингов. Так в 88 полку проводился митинг по поводу возвращения в часть сбитого в бою комсомольца Виктора Макутина. В 84 ИАП проводился митинг по поводу того, что комсомолец Александр Клубов разбил плотину противника у Прохладного. Комсомольцы на Кавказе летали храбро, смело, никогда не слышно было от них об усталости, о необходимости отдыха. Показывали героические примеры беззаветной преданности нашей Родине.
Были случаи, когда у комсомольцев появлялись элементы трусости, но это были единицы, их строго наказывали, и из этих летчиков было немало впоследствии смелых людей. Комсомолец Андрей Труд вернулся с задания. Подходя к аэродрому, он увидел 4 ME-109, дерущихся с одним ЯК-1. Труд напугался, развернулся и ушел от аэродрома. Кончился бензин, и он вынужден был сесть в поле. Разбил самолет. Этот факт трусливого поведения летчика-комсомольца обсуждался не только на комсомольском бюро, но и на собрании. Андрей Труд сознался, что он струсил. Попросил, чтобы его оставили в рядах ВЛКСМ, поклялся драться храбро. Комсомольское собрание решило вынести ему строгий выговор. (Сейчас Труд — Герой Советского Союза. Начальник ВСС 16 ГИАСП.)
Большую работу проделали комсомольцы по связи с комсомольцами и молодежью г. Орджоникидзе, Беслана. С комсомольцами г. Орджоникидзе 2 раза проводились вечера встречи с героями комсомольцами части с вопросом: «Не допустить немцев на советский юг». На этих митингах молодежь города клялась отбить все силы немцев, не пустить в свой город, не пустить на Советский Кавказ. Комсомольцы дивизии, летчики Ботяев, Паршин также выступили на митинге с клятвами: «Ни шагу назад».