Записки летчицы У-2. Женщины-авиаторы в годы Великой Отечественной войны. 1942–1945: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

В школьном музее Саратова (средняя школа № 26) И. Богомолов из Керчи в 1988 году оставил такие стихи:

…Война приближалась к границам нашей области, и 9 сентября 1942 года Саратовская область была объявлена на военном положении. Город усиленно обучался военному делу — было быстро сформировано народное ополчение. Мой пятидесятичетырехлетний отец записался в отряд ополченцев-речников. В музее водников есть маленький стенд, посвященный моему отцу.

Саратов и Энгельс. Фронт и тыл в то время слились воедино. Тыл не только работал для фронта, люди отдавали для фронта все, что только могли, отдавали добровольно, от чистого сердца. 12 декабря 1942 года газета «Правда» опубликовала телеграмму — колхозники Саратовской области собрали из личных сбережений 7 миллиардов 41 миллион рублей на строительство боевых самолетов, в подарок войскам Сталинградского фронта. Этот порыв был поддержан всей страной! Даже другими странами. Так, женщины Монголии купили в подарок летчицам 586-го истребительного полка самолеты Як-1, на которых летчицы Демченко и Кузнецова в боях за Сталинград совершили 934 самолетовылета, сбили семь Ю-88 и три ФВ-190.

Колхозный пчеловод Ферапонт Петрович Головатый дважды покупал и дарил саратовцу летчику-истребителю Борису Еремину (племяннику большевика-ленинца В. П. Ногина) боевые самолеты Як-1 и Як-3. Борис Николаевич Еремин — участник боев на озере Хасан, отважно сражался и в Великую Отечественную войну сбил 23 вражеские машины.

Колхозник колхоза имени Калинина из села Булгаковка Воскресенского района Саратовской области Ваничкин Григорий Андреевич и его жена Мария Михайловна на

свои личные сбережения купили боевой самолет для Красной армии (из книги B. C. Кононова «Полувековой путь Саратовской оборонной организации». Саратов, 1979). И. В. Сталин по достоинству оценивал патриотический порыв простых советских граждан. В краеведческом музее села Воскресенского Саратовской области хранится копия телеграммы, датированная 1943 годом:

Большое мастерство и мужество в Великой Отечественной войне проявили речники с Волги. Двадцати воспитанникам волжских техникумов, училищ и институтов присвоено звание Героя Советского Союза. Дважды Героем Советского Союза стал саратовец-волгарь летчик-истребитель Н. М. Скоморохов.

Особый героизм и стойкость показал мой однополчанин (по 9-й гвардейской авиадивизии) Михаил Петрович Девятаев, выросший на Волге, в глухой мордовской деревне. Он возглавил группу советских воинов, совершивших легендарный побег из фашистского плена на вражеском самолете «Хейнкель-111». Его отец — боец Красной армии, погиб в 1919 году. Михаил перед Отечественной войной в навигацию 1937–1938 годов работал помощником капитана баркаса № 9 на Волге. Затем был направлен учиться в Оренбургское летное училище, которое окончил в 1940 году. С первого часа Великой Отечественной войны летчик-истребитель младший лейтенант Девятаев — ее участник. В небе Белоруссии он уничтожил «Юнкерс-88», за что был награжден орденом Красного Знамени. Затем он защищал Москву, был ранен, летал на По-2, был награжден вторым орденом Красного Знамени. Но стремился вернуться в истребительную авиацию. И вот в марте 1944 года его назначают командиром звена 104-го гвардейского истребительного полка.

Михаил Девятаев отважно дрался с врагом, в одном из боев его самолет был сбит. Командир полка В. И. Бобров передал по рации — можно прыгать, мы на нашей территории. С обгоревшим лицом и руками, Девятаев выбросился из горящего самолета, но сильный ветер снес его на вражескую территорию. В бессознательном состоянии его схватили и бросили в лагерь военнопленных. Михаил Девятаев вместе с товарищами сразу же начал подготовку побега. Охрана лагеря обнаружила подкоп, и летчик был отправлен в лагерь смерти Заксенхаузен.

Однако участники подпольной группы лагеря спасли его от крематория. Девятаеву подменили карточку и бирку с номером. Так он остался жив. Вскоре с другими пленными он был отправлен в другой лагерь, Свинемюнде, где заключенных использовали в работах на аэродроме.

У Михаила Девятаева возник план создать группу для захвата немецкого бомбардировщика и улететь из фашистского плена. И это ему удалось 8 февраля 1945 года. Только через 12 лет мужество, отвага и героизм Михаила Петровича Девятаева были признаны, Указом Президиума Верховного Совета СССР ему было присвоено звание Героя Советского Союза. В 1966 году Центральное бюро научно-технической информации Министерства речного флота РСФСР выпустило цветной фильм «Михаил Девятаев». В 1969 году писатель Федор Атянин написал пьесу «Самая длинная из дорог», посвященную подвигу Михаила Петровича и его товарищей.

Мною, селекционером цветочных растений, создан сорт ириса «Полет к Солнцу». Сорт имеет ярко-желтые, солнечной окраски цветки, устойчив к дождю и ветру. Корневища этого сорта ириса посажены около музея-квартиры С. П. Королева и в музее М. П. Девятаева в Казани. Сорт «Полет к Солнцу» зарегистрирован в каталоге Американского общества ирисоводов в 1995 году.

Саратовцы помнят и чтят подвиги земляков в годы Великой Отечественной войны. Есть улицы героев — генерал-майора Панфилова, его политрука Василия Клочкова, который произнес своим двадцати восьми панфиловцам: «Велика Россия, а отступать некуда. Позади Москва!»

В годы войны саратовцы и все волжане совершили большой боевой и трудовой подвиг во имя Победы. В память об этом на Соколовой горе, в парке Победы создан необыкновенный памятник. На трех пилонах несутся в небе, в бессмертие, двенадцать серебристых журавлей. Это памятник воинам-саратовцам, погибшим в Великой Отечественной войне.

Вглядитесь!

В нем щемящая мелодия реквиема по всем волжанам, погибшим в Великую Отечественную войну.

Глава 2

Брат Виктор ушел защищать родину первым

В «Книге памяти» (Российская Федерация, Саратовская область, № 8), изданной Региональным Приволжским издательством в 1995 году, на странице 280, четвертая строка справа, есть запись: «Дрягин Виктор Викторович, родился в 1923 году в г. Саратове — младший лейтенант, пилот. Погиб в бою 09 августа 1943 г., под г. Ельня».

Мне хочется рассказать о жизни и боевых делах Виктора Викторовича Дрягина — простого, типичного для того времени двадцатилетнего паренька…

Я очень любила своего брата Виктора. Всегда и везде мы были с ним вместе, защищали друг друга. Когда мальчишки из соседних дворов его обижали (он был младше меня), я немедленно бросалась на обидчиков с кулаками и основательно их наказывала. После чего они долго не появлялись в нашем дворе.

Удивительно боевой дух был у нас в те 30-е годы! Мы с братом стали первыми значкистами ГТО («Готов к труду и обороне!») I и II ступени, стали инструкторами ПВХО (противохимическая оборона). Нас посылали на заводы Саратова проводить занятия и тренировки по освоению рабочими противогаза, проводить занятия по противохимической защите. Потом мы сдали нормы на ГСО («Готов к санитарной обороне!»), на значок «Ворошиловский стрелок». И все нам казалось мало. Мы стали активистами ТЮЗа (Театра юного зрителя) при Доме творчества Волжского района, играли в спектаклях. Затем Виктор увлекся шашками и шахматами, организовал в нашей 21-й средней школе турниры и соревнования между классами. Виктор серьезно занимался теорией шашек и имел вторую категорию. Его школьный товарищ Александр Белоусов вспоминал в 1983 году: «При благоприятных условиях Виктор мог бы стать мастером. Он увлек меня игрой в шашки, теорией. Это увлечение шашками, а особенно шахматами, сохранилось у меня до сих пор». Виктор обучил игре в шашки меня и мою подругу Лену Лукину, уговорил нас участвовать с ребятами в турнирах в 9-й и 16-й школах.

В 1938 году Виктор увлекся авиацией, и когда с первого захода он не был принят в аэроклуб из-за недостаточного объема груди, то по совету отца стал усиленно заниматься физкультурой. Был членом ДСО «Спартак» — участвовал в соревнованиях по гребле на байдарке. На следующий год, как я уже говорила, мы с братом были зачислены на летное отделение Саратовского аэроклуба. Виктор многих увлек за собой учиться летать в аэроклубе — Сашу Белоусова, Васю Михайлова, Германа Фридрихсона и других. По окончании аэроклуба Виктор был принят в Энгельсское военное авиационное училище.

Многие ребята, которые учились с нами в аэроклубе, — Вася Михайлов, Саша Шибаев, Женя Силкин, Костя Иванов — воевали, и многие погибли. Костя вернулся с войны Героем Советского Союза. Некоторых из нас не взяли сразу по окончании аэроклуба в летное военное училище: во-первых, девчат — меня, Марусю Вожакову, Сашу Попову, во-вторых, некоторых ребят по возрасту. Например, Германа Фридрихсона, с которым Виктор дружил и был очень огорчен, что Герман не попал к ним в летное училище, хотя отлично сдал выпускные экзамены в аэроклубе. Все девчата позже, когда началась Великая Отечественная война, воевали в авиации. Мария Вожакова летала штурманом на Пе-2 (скоростном пикирующем бомбардировщике Петлякова) и погибла в 1944 году. Александра Попова и я летали в 46-м гвардейском женском авиаполку.

Витя начал хлопоты о Германе. Поручил мне сходить в наш Саратовский аэроклуб (САК) и попросить руководство послать Герману вызов и направление в Энгельсское училище. Сообщил другу о начале своей и своих товарищей службы в армии. Вот некоторые выдержки из его писем Г. Фридрихсону, 6 февраля и 2 марта он с огорчением писал: «Летать мы еще не начали, а ходим в спортзал на отработку штыкового боя»; «15.02.41 ходил в кроссе на 10 км. Пришел в своем забеге первым. В полном обмундировании: в шинели, с винтовкой, с противогазом. Прошел 10 км за 58 минут. 19.02.41 ходил на 20 км. Время еще не узнал. Дома у меня какое-то несчастье — отца машиной сильно придавило. Лежит в больнице, но мне об этом не пишут. Это я у Васьки Михайлова письмо видел…». Только 23 мая 1941 года Виктор сообщил Герману: «Мы начали летать ночами. Летать еще интереснее, чем на У-2. Мы с Васькой разъехались по разным лагерям. Я говорил и писал Ирине, помочь тебе со справкой из САК».

Началась война. После окончания программы первичного обучения летчика в Энгельсской авиашколе, в октябре 1941 года, Виктор Дрягин был переведен на доучивание на подмосковную авиабазу, в город Щелково. Затем, в августе 1942 года, был направлен уже в формирующуюся для отправки на фронт часть, в Ижевск.

Виктор с восторгом писал о предстоящей боевой работе, о том, что будет летать и бить врага на самом современном самолете. «Вот это мощь… кабина летчика, бензобак, мотор защищены броней! А скорость!»

Ему предстояло летать на штурмовике Ил-2. Этот самолет по существу был «летающим танком», развивал скорость около 400 км/час. У него были пуленепробиваемые кабина и лобовое стекло. Самолет был хорошо вооружен: двумя пушками, двумя крупнокалиберными пулеметами, восемью реактивными снарядами — PC. Под фюзеляжем можно было подвесить еще шесть сто-килограммовых бомб.

В начале войны штурмовик Ил-2 выпускали одноместным, и хвост у самолета был практически незащищенным. Вскоре Ил-2 стал иметь двухместную кабину, кроме летчика в самолете находился еще и воздушный стрелок. Хотя Ил-2 был бронированным, но пилотов на нем гибло больше, чем на любом другом самолете. Штурмовки вражеских позиций с низкой высоты были очень опасны. Поэтому за 100 боевых вылетов на Ил-2 присваивали звание Героя Советского Союза. Немцы назвали наш штурмовик «черной смертью».

Письма Виктора к родителям и ко мне были утеряны. Что о тех далеких днях сохранила о брате моя память?

С большим восторгом он писал о своих полетах на Ил-2. Боевые вылеты по штурмовке переднего края немецкой обороны Виктор начал защищая Москву, затем под Смоленском, Ельней. В. Дрягин совершил 80 боевых вылетов. В письме от командования его полка было написано: «За образцовое выполнение боевых заданий командования на фронтах борьбы с немецко-фашистскими захватчиками и проявление при этом отваги и геройства Дрягин Виктор Викторович был награжден орденом Красной Звезды».