— Тогда я пойду и поцелую их.
— И не больше одной истории, — прошептала Сьюзен, когда он проходил мимо нее. — Как бы они ни уговаривали тебя.
Томас ущипнул жену за щеку, подмигнул и удалился.
— Это займет его на час. — Сьюзен подошла к бару и налила себе бренди. — Ты как раз успеешь рассказать мне о Майкле Фьюри.
Лора вздохнула, вспомнив, что мать редко ходит вокруг да около, если может сразу начать обстрел.
— Джош, должно быть, рассказывал тебе о селях, о том, как Майкл потерял свой дом.
— Лора, я знакома с историей вопроса, — сказала Сьюзен, решив, что ее дочь — просто чемпион по уклонению от прямых ответов. — Он растит лошадей и в данный момент арендует твою конюшню.
— У него прекрасные лошади! — не сдавалась Лора. — Ты обязательно должна их увидеть. Представляешь, некоторых он тренирует для кинотрюков. Это просто завораживает! И ты знаешь, он учит девочек ездить верхом. Они без ума от него.
— А как насчет тебя? Ты тоже без ума от него?
— Я просто сочла, что для девочек очень полезно находиться рядом с мужчиной, который к ним неравнодушен.
Не теряя терпения, Сьюзен наклонилась погладить Бонго. «Еще одна приятная перемена», — подумала она, когда песик задрожал от удовольствия под ее ладонью.
Лора поняла, что уклониться все равно не удастся. Надо было только придумать какой-то нейтральный ответ.
— Он мне очень нравится. Он очень добрый и помогает мне. Ты уверена, что не проголодалась? Может быть, хочешь фрукты или сыр?
— Нет, я не хочу ни фрукты, ни сыр. — Сьюзен погладила дрожащую руку дочери. — Скажи мне сразу, детка: ты любишь его?
— Я не знаю! — Лора набрала в легкие побольше воздуха и наконец посмотрела матери в глаза. — Но я сплю с ним. И мне жаль, если ты этого не одобряешь.
— Не мое дело одобрять или не одобрять, дорогая, особенно, если это для тебя важно, — но Сьюзен почувствовала боль в сердце. — По крайней мере, ты осторожна?
— Конечно.
— Он, кажется, очень привлекателен…
— Да.
— И совсем не похож на Питера.
— Не похож, — согласилась Лора. — Совсем не похож на Питера!
— И поэтому он тебе нравится? Потому что он полная противоположность твоему бывшему мужу?
— Я не использую Питера как мерило! — Лора нервно вскочила. — Ну, может быть, немного, до некоторой степени. Трудно не сравнивать, когда в твоей жизни было всего двое мужчин. Но я сплю с Майклом не для того, чтобы что-то кому-то доказать! Я чувствую себя с ним такой… Просто я хочу его. А он хочет меня.
— И этого для тебя достаточно?
— Не знаю. Пока достаточно. — Лора отвернулась и посмотрела на огонь в камине; сегодня он едва тлел, просто теплое сияние и тихое шипение. — Я уже потерпела одно поражение. Я сама хотела, чтобы мой брак был совершенством. Я хотела быть совершенством. Ты знаешь, иногда мне кажется, я хотела быть тобой…
— О, милая! — воскликнула Сьюзен, вскакивая.
— Это не твоя вина, — быстро сказала Лора. — Пожалуйста, не думай, что я виню тебя. Просто я росла и видела тебя — какой ты была, какая ты сейчас… Такая компетентная и мудрая, такая безупречная!
— Я не безупречная, Лора. Никто не безупречен.
— Для меня ты была безупречной. И есть. Ты никогда не дрогнула, не споткнулась, не предала меня.
— Я спотыкалась, детка. — Сьюзен подошла к дочери и взяла ее руки в свои. — Много раз. Но у меня был твой отец, и он всегда помогал мне сохранить равновесие.