— Блю, что ты такое говоришь? Ты не можешь превратиться уже многие годы.
Блю вцепилась в нее, притягивая так близко, и я побоялась, что может съесть ее.
— Ожерелье, я видела его во снах. Тот, кто носит его, уничтожит Реквиема.
Эш подошел к Айю и помог ей перевернуть Блю. Массивная женщина легла на спину, хватая ртом воздух.
— Нам нужно поместить ее в воду, — сказала Айю, и Блю застонала. — Это единственный способ для тебя обернуться. Животное в тебе требует выхода.
Блю тихонько всхлипывала:
— Он убьет меня, он сказал, если я вернусь, он живьем сдерет с меня шкуру и порежет на куски.
— Достаточно, — рявкнула я. — Кто-нибудь может мне сказать, что к чертям собачьим здесь происходит. — Я взглянула на Айю, но она покачала головой. Удивительно, никто из взрослых не объяснил мне.
Это сделала Рэй. Она подошла ко мне, взяв за руку.
— Она наша мать, но она не всегда выглядела так. Она была принцессой и была замужем за Реквиемом.
Блю громко всхлипнула.
— Это он сделал со мной. Он наложил на меня заклятие, чтобы я стала такой, и он смог вышвырнуть меня.
Я уставилась на двойняшек.
— Реквием — ваш отец?
Они кивнули вместе. Стинг поднял на меня глаза.
— Он сказал, что мы бесполезные шавки, потому что можем использовать силу воды, а не воздуха.
Кусочки головоломки ускользали от меня, словно капли воды в океане. Я сильнее прижала двойняшек.
— А если ты вернешься, Блю? Реквием сказал, что ты умерла?
Она кивнула.
— Он сказал, что живьем сдерет с меня шкуру и скормит своим питомцам.
Я не стала спрашивать, верит ли она, что он сможет это сделать. Я узнала его совсем недавно, но понимала, что он способен сделать именно то, что обещал.
— То же самое и с нами, — прошептала Рэй.
Блю фыркнула:
— Тебя можно заменить.
Я вся напряглась от ее слов.
— Это неправда. — Я не знала, что произойдет, но мне было все равно. Я бросила ожерелье Эшу. — Надень это на нее. — В любом случае, я надеялась, что ей будет чертовски больно.
Эш надел кулон на шею Блю, и она завопила, ее крик превратился в высокочастотный визг морской птицы. Дети ухватились за меня, и я прижала их к себе обеими руками. Они спрятали лица у меня на шее, крича наравне со своей матерью.
Айю что-то крикнула, но я ее не расслышала из-за визга Блю. Большая женщина тряслась, и плоть ходила ходуном, словно все ее тело начало вопить. Вдруг, в какой-то момент — всего лишь на секунду — все стихло, и мы уставились на Блю, а она в ответ уставилась на нас.
А в следующее мгновение струя воды вырвалась из ее живота, словно из трубы, прорванной из-за давления. Она прижала руку к животу, но еще одна струя хлынула рядом. Все больше и больше воды выливалось из нее, затопляя комнату и все в ней. Я, спотыкаясь, отступила, крепко держа детей. Наверное, вся эта затея с ожерельем была плохой идеей.
Блю яростно заревела, и вместе с этом ее тело разорвало, и вода хлынула на нас, словно приливная волна.