Я отдернула руку.
— Я хочу поговорить с Финли. Хочу узнать, можем ли мы хоть что-то сделать, чтобы поддержать ее.
Она устало вздохнула и покачала головой.
— Вот уже несколько месяцев никто не видел принцессу. Она заперта в своих покоях, куда кроме стражников никого не пускают.
— А если она не умрет до коронации?
Ее глаза, наполненные глубокой печалью, встретились с моими.
— Не думаю, что Реквием рассматривает такой вариант. Ты ничем не можешь ей помочь, Эндер. Однако, я вижу что-то в тебе. У тебя сердце лекаря, и ты хочешь помочь. Твое желание восхищает, но оно смертельно опасно в Глубине.
Возможно, она была права, но мне было необходимо убедиться самой.
— Она могла бы стать лучшим правителем?
— Кто угодно мог бы стать лучшим правителем. Даже Блю — стерва-жена Реквиема — могла бы стать лучшим правителем, она не так жестока и изобретательна. Если бы не пропала, она, возможно, смогла бы сдерживать нрав Реквиема. Но она «пропала» сразу после смерти короля. — Айю покачала головой, и ее косы пришли в движение. — Нет, здесь ничего не поделаешь. Реквием держит наших людей мертвой хваткой, от которой нам не освободиться.
Я фыркнула.
— Вы все так быстро сдались. Я думала, что Ундины — легендарный народ, обладающий невероятной силой.
Я была шокирована тем, что в ответ она не разозлилась, не вышла из себя, как я ожидала.
— Не тогда, когда все сломлены, Эндер.
Я отступила к выходу из комнаты.
— В таком случае, возможно, вы заслуживаете, чтобы Реквием был вашим повелителем.
Она проследила за мной взглядом, и, повернувшись к двери, я услышала ее шепот.
— Возможно, это наказание на нашу гордыню, Эндер. Помни об этом. Если гордость возносит слишком высоко — следом всегда ждет падение.
Закрыв за собой дверь, я привалилась к ней и задумалась. Допустим, народ здесь угнетен, и мне жаль их, но я, все же, не хочу увязнуть в их страданиях.
Кого я хочу обмануть? Мы уже были втянуты в это, сопротивляясь из последних сил. И сейчас был вопрос — кто же переживет этот нарастающий шторм, когда он все-таки соберется на горизонте.
Ундины или я и Белла.
Из дальней стороны холла подошел пожилой Ундин с белыми волосами, спадающими длинными локонами до талии. Он опирался на трость, прихрамывая при ходьбе. По обе стороны головы, как ручки у кувшина, у него торчали уши. Но его глаза были добрыми, и он не отшатнулся от меня, когда приблизился.
— Терралинг, ты заблудилась? Я могу тебе помочь?
Терралинг. Это имя, под которым моя семья была известна за пределами Края, на мгновение застигло меня врасплох, так давно я его не слышала.
Я поднесла правую руку к сердцу и низко ему поклонилась.
— Благодарю. Не могли бы вы подсказать, как пройти на кухни?
— Я сам туда направляюсь, возможно, ты составишь мне компанию? — Он приподнял свои густые, кустистые, задевающие линию роста волос, брови.
Я снова поклонилась и пропустила его на полшага вперед.
— Ну и как тебе Глубина, Эндер?
С трудом подобрав слова для ответа, я прочистила горло и произнесла: