— Да, ничего! — сердито крикнул Кармело. — Мы подвергли себя опасности и освободили Рим от еще одного кровопийцы совершенно бесплатно. И не приблизились к нашей свободе ни на шаг.
— Значит, нужно продолжить, — сказала она, стараясь, чтобы ее голос звучал как можно мягче.
— А что, если до сих пор нам просто везло? Что, если большая их часть ходит без камней и мы будем зря искать и охотиться ночь за ночью?
Латона обхватила себя руками. Внезапно ей стало холодно. При этом ее кожа горела огнем и она чувствовала себя одинокой и беззащитной.
— Тогда нам остается лишь молиться и надеяться на то, что Бог направит нас по правильному следу.
Кармело презрительно хмыкнул.
— Бог? Да уж скорее кардинал дьявола!
В ЗАПАДНЕ
— Куда теперь?
Алиса стояла в конце моста и ждала Лучиано, который бежал к ней, прерывисто дыша. Она даже не пыталась скрыть своего нетерпения. Как Иви могла оставаться такой спокойной, словно ничего не было поставлено на карту?!
— А что же такое поставлено на карту? Наша честь в глазах Франца Леопольда?
Иви улыбнулась, заметив возмущенный взгляд Алисы, и пояснила:
— Догадаться, о чем ты думаешь, совсем не сложно. Ты прямо дрожишь от волнения. Почему тебе так важно показать ему свое превосходство?
Лучиано наконец добрался до берега и сразу же завернул в узкий переулок. Алиса и Иви последовали за ним. Сеймоур бежал впереди, время от времени возвращаясь к ним, а затем снова вырывался вперед.
— Мне нужно не это, — негодующе ответила Алиса. — Речь идет не только о Франце Леопольде, а обо всей его семье, которая считает, что они лучше других, а к остальным относится с презрением и оскорбляет.
— И тебе важно исправить ситуацию в соответствии с твоими представлениями?
Иви продолжала настаивать на своем. Алиса уже почти не обращала внимания на окружение. Все переулки, узкие и кривые, полные мусора, были похожи друг на друга. Повсюду бегали крысы, которые, едва заслышав их шаги, бросались в разные стороны. На фоне бледнеющего ночного неба серые стены домов с осыпающейся штукатуркой казались особенно унылыми.
— Да, я считаю, что Дракас должны наконец понять, что они не стоят над нами. Нельзя позволять им думать, будто они сильнее всех, иначе они будут продолжать отделяться и, возможно, даже бороться с другими семьями, чтобы завоевать господство над всеми кланами. Ты посмотри только, как они обращаются со своими нечистокровными! Слуги — их рабы, которых они уничтожат не моргнув и глазом, если это послужит их удобству!
Иви нерешительно наклонила голову.
— К сожалению, суть твоих размышлений верна, даже если ты в своем суждении склонна к преувеличению.
Алиса не стала это обсуждать.
— Но если они увидят, что у них есть не только сильные стороны, но и слабости, которые они могут преодолеть лишь с помощью других семей, им придется принять идею общего обучения для молодого поколения. И тогда мы сможем получить от этой школы все возможное, а также сумеем выжить и основать общую сильную линию крови!
Иви кивнула.
— Вот как раз поэтому я и сомневаюсь, является ли устроенное нами состязание правильным способом. Разве это соперничество не должно выявить, кто над кем стоит? Разве оно не предполагает завоевание права втоптать другого в грязь и посмеяться над его поражением?
Они снова обогнали Лучиано, который довольно сильно отставал. Иви немного сбавила скорость, давая ему возможность догнать их на ближайшей развилке.
— О да, так я и сделаю! — прохрипел он. — Буду наслаждаться их поражением и дам сполна прочувствовать этим воображалам, что значит потерпеть неудачу. Одна только эта мысль подгоняет меня и дает мне силы выдержать это напряжение!
Они обменялись взглядами.
— Да, до этого еще идти и идти, — признала Алиса. — Может, мне поклясться, что я отброшу всю враждебность и всегда буду приветливой с этими… Дракас?
Иви звонко рассмеялась.
— Я не поверю в твою клятву. Ты ведь даже не сможешь произнести это вслух!