— Я готов её выполнять, барон. Обстановка, насколько я мог увидеть, здесь сложилась не в пользу Бирена.
— Да и фамилия у него неподходящая для короны герцога. Но с фамилией мы дело поправим. Я кое-что по этому поводу придумал.
— И что же? — поинтересовался Пьетро.
— Есть во Франции знатный герцогский род с фамилией Бирон. Вот и стоит нашему Бирену сменить одну букву в своей фамилии. Из Бирена стать Бироном. А герцог пусть нам пришлет подтверждение, что наши Бирен, не кто иной, как потомок побочной ветви знатного рода Биронов.
— Но это авантюра, барон. В это никто не поверит. Все знают в Курляндии родословную Бирена. Его мать была служанкой, а отец конюхом. Кого можно убедить в том, что это потомки знатнейшей семьи Европы?
— Курляндия не вся Европа, друг мой. Но это моя забота — дать Бирену новую фамилию. А вот справиться с Левенвольде — ваша забота.
— Это я понял. Но неужели Левенвольде осмелиться прямо выступить против императрицы Анны? Он обер-шталмейтер русского двора и подчиняется русской монархине.
— Он станет действовать осторожно, сеньор. Больше того! Уже действует. Он встречался с бароном фон дер Ховеном ланд-гофместером Курляндии. И теперь станет объезжать дома и замки курляндских баронов.
— Будет склонять их голосовать за принца Мориса Саксонского, догадался Мира.
— Верно. И первый его визит к барону Розену. Он уже в его замке Раппин. А Розен человек влиятельный.
— Он нам опасен? — спросил Пьетро.
— Очень опасен. Сам Розен терпеть Левенвольде не может. Давняя вражда между фамилиями. Но у Розена три дочери, и Левенвольде просил руки одной из них. Мог ли барон устоять? Он граф и влиятельное лицо при русском дворе.
— И Розен станет вербовать сторонников для принца Мориса, желая угодить зятю?
— Да.
— Но вы, барон, также не последний человек в Курляндии?
— Куда мне до барона Розена! Хотя и я уже начал вербовать сторонников Бирену. И кое-кто из баронов склоняются на нашу сторону. Это, во-первых, дворяне, чьи родственники служат при дворе в Петербурге. Эти пойдут за нами, ибо не захотят терять милости императрицы. Но есть одна загвоздка!
— И что это за загвоздка?
— Мы говорили о ней. Граф Карл фон Левенвольде. Он также большой человек при русском дворе и любовник государыни. Он конкурент Бирена. И если он станет склонять баронов за Мориса, то ему поверят. Мало ли как придворные коньюктуры изменяться. А вдруг завтра Карл снова в большой фавор войдет? Вдруг он Бирена потеснит из спальни императрицы? Бароны задумаются. И пойдут разговоры, что позиции Левенвольде в Петербурге сильнее.
— И что делать?
— Быстро избавиться от главного препятствия — убрать графа Карла фон Левенвольде с дороги.
— Когда это нужно сделать?
— Как можно быстрее. Вам, сеньор, стоит быстро ехать в замок Раппин и принять все меры к тому, чтобы Левенвольде перестал нам мешать!
— Я готов! — сказал Пьетро.
— Под какой личной вы прибыли в Митаву?
— Как торговец сукном, по имени Шпеер.
— Отлично. Вас никто не опознает? Ведь при дворе вы личность известная.
— Не думаю. Здесь в Курляндии меня никто не знает. Да и внешность я изменил. Одеваюсь просто как купец средней руки. Не выделяюсь из массы торговцев.
— Хорошо. Но будьте осторожны. Я прикажу дать вам карету без гербов. Её никто не сможет опознать. И кучер там немой. Мой доверенный человек.
— Я готов отправиться немедленно, — Пьетро поднялся со своего места и потянулся.
Наконец-то к нему пришло настоящее дело. Он убьет фон Левенвольде, хотя еще не знает как….