Большой подлог, или Краткий курс фальсификации истории: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

И теперь о высшем его подвиге.

В 1929 году Вашков написал в журнал, называвшийся тогда «30 дней», письмо. Что приобрел-де блокнот купца Федора Семыкина. Там среди хозяйственных записей, типа: «…прошли сильные грозы, сено подорожало», он, Вашков встретил и уникальные поэтические фрагменты: «кажется, — это неизвестный Некрасов»… Он безукоризненно точно рассчитал «социальный заказ», ожидания, витавшие в воздухе первых пятилеток. Николай Некрасов, «поэт и гражданин», «народовольцы», «обличитель царизма», «к топору зовите Русь»… Возможно Вашков даже и предвидел клюнувшего персонажа из числа современных ему подогревателей тех «социальных ожиданий», — это в прочем, неизвестно, Но… в один из дней на его пороге появился… сам Демьян Бедный.

Тут все же необходима —

Справка. Демьян Бедный — псевдоним поэта Ефима Придворова.

С применением псевдонимов особенность в ту эпоху была следующая. Вожди брали клички поувесистей, помощнее. Даже «Каменев», как выяснилось (в 1938 году) — было слабовато. Пик моды: клички из кузнечно-металлургического лексикона («Молотов» и т. д.).

Поэты же в те годы, ровно наоборот, брали псевдонимы: Голодный, Приблудный. (Обобщенный их образ: Бездомный из «Мастера и Маргариты»).

И безусловным лидером этого поэтического «прибеднения» — был наш Демьян (Придворов).

Главный Поэт страны. За которым к описываемому моменту уже пять лет стоял город его имени: Беднодемьянск (бывший Спасск Пензенской губернии). Единственный из поэтов, получивший под свое имя — губернский город! Выше — только Горький.

И «впарить» что-то Придворову насчет поэзии, это было, примерно… как дополнить или поправить Джугашвили насчет обостренья классовой борьбы.

Тот исторический «блокнот в малиновой обложке» Вашков продал Демьяну Бедному за 500 рублей.

Демьян сразу фокусирует вокруг этой находки целую политико-поэтическую кампанию. Публикует найденный «шедевр» — в двух апрельских 1929 года номерах «Правды»!

НИКОЛАЙ АЛЕКСЕЕВИЧ НЕКРАСОВ, ПОЭМА «СВЕТОЧИ»

И далее — вашковский текст, с пояснением Демьяна, что известная некрасовская поэмы «Дедушка» (Помните со школы: «… вырастешь, Саша — узнаешь») — это только фрагмент. А полностью, с этими чудесно обретенными Д. Бедным фрагментами, где Некрасов особенно ярко написал «про декабристов и царизм» — это якобы называлось: «Светочи».

Итак, главная газета СССР дала почин. Потом подключились и прочие. В «Известиях» была статья. Специалисты разделились. Сомневающиеся в подлинности новых фрагментов довольно быстро попали в троцкисты. Демьян развернул кампанию за включение «Светочей» в Полное собрание сочинений Некрасова. Но заведовавший этим составлением Чуковский был против. Назначили экспертизу и…

Вывод: бумага блокнота действительно XIX век. Но чернила — определенно XX. В блокноте был вставной «Календарь», в котором слово «Вторник» — шло без буквы «Ъ». Потом и графологи установили, что почерк выдает сильное напряжение при написании всех тех буков, что отменили по реформе XX века… То есть, блокнот с новым некрасовским текстом — фальшивка.

В ДМИТЛАГе Вашков работал в агитбригаде. Освободился в 36-м году. Пытался пробить сценарий фильма о Каналстрое. Вскоре умер. Но, перед смертью попытал судьбу еще раз. Представляете, «Неизвестное стихотворение Маяковского»! Вот это уже — гениально! Вечный, непоколебимый характер, — так я восторгался Евгением Вашковым в «Литературной газете»!

Вообразите только: поэт XIX века (а Вашков-то по текстам — был уже акцептованным, признанным Некрасовым — только состав чернил и всякие побочные улики его подвели) — вдруг еще и пишет по-Маяковски!

Словно бы Николай Алексеевич Некрасов — пишет поэму «Хорошо!». Как окончание своей поэмы «Кому на Руси жить…»

Сохранился портрет, силуэт Вашкова, он в шляпе, почти невидимка. Кстати, история с некрасовской поэмой еще не скоро затихла. Историки, литературоведы сделавшие определенную ставку на тот текст, писали потом и сыну Вашкова… Что ж. Включенные в план диссертации, «некрасоведенье» — это дело серьезное… А экспертизу-то с предательскими чернилами, отнявшую у народа «некрасовских «Светочей»»… могли и какие-нибудь троцкисты провести. Если не бухаринско-зиновьевские вредители. (Впрочем, это уже был шутливый пассаж, завершавший мою статью).

Но вдумайтесь все же! Один талантливый авантюрист, одним ходом рушит всю сработанную партией и кучей институтов железобетонную пирамиду: историю русско-советской литературы и революционного процесса! Со всеми «тремя этапами», «разночинцами», «отличительными особенностями» и прочим! Восхищенный подвигом этого Остапа, — а может, и Дон Кихота, я съездил в известный химкинский отдел Государственной библиотеки, где хранится старая пресса. Почитал те газеты и после долгих, но успешных переговоров обзавелся ксерокопией… Клякса на экземпляре «Правды» от 18 апреля — вполне историческая, аутентичная клякса, равно как и оторванный уголок с фрагментом демьяновского предисловия(…)

Эта прелюдия с давно разобранной мною фальсификацией может кому-то показаться несколько слабоватой приступкой к теме глобальных исторических фальсификаций, «…чисто поэтические разборки». Может и так, хотя, если уж учитывать все нюансы, то и Некрасов — столп ленинской теории развития революционного процесса, и Д. Бедный — Главпоэт СССР, и публикация-то была — в «Правде», (унижение, растянутое на два номера). В общем, определенный государственно-политический момент там все же присутствовал, да и сам итог этой поэзии для Евгения Вашкова, был — ДМИТЛАГ.

Но главное, на этом небольшом примере видна сама технология фальсификаций, два ее необходимых момента: 1) создание текста (или какого-то другого артефакта), 2) создание легенды его «обретения».

«ВЕЛЕСОВА КНИГА»

Значимый, значительный случай. Во всяком случае — пример здания альтернативной истории, возведенного и с фундаментом, и «под ключ». Для нынешних неоязычников своего рода — Библия. Согласно воззрениям этих господ, в истории Руси есть один небольшой период ошибочного, неправильного развития, начавшийся где-то в 980 году, с Крещением Руси, и стоит отступить к этой развилке и вернуться на правильную дорогу — и все с Россией станет нормально… Что ж, если идея эта и кажется несколько… экстравагантной, то в методологическом плане предшественники у них все же были. Те же славянофилы с возвратом к Петровской развилке.

Интересно другое: какие ж такие богатства, духовные, интеллектуальные были накоплены ДО 980 года, в сравнении с которыми, достижения последних 1000 лет — мелкая разменная монетка, которую можно и «… сдачи не надо»?

Шесть поговорок, да дюжина «народных погодных примет» годового климатического цикла?

Какие-то серьезные, доступные к ощупыванию вещи, связанные с территорией по Днепру-Дону-Волге, это ведь: скифские курганы, скифское золото. Да и Геродот, так подробно описав скифов, царских скифов, скифов-землепашцев… «русичей» как-то… позорно проглядел. Аутентичные (не обложки романов-«фэнтези» XX–XXI веков), а именно аутентичные рисунки на греческой посуде — тоже скифы.

Но ведь со скифами-то у сторонников 20 000-летней истории русичей — отношения противоречивые. В крайнем случае их признают… пайщиками, переводя на современные понятия: «миноритарными акционерами Русской идеи». (Только этот Александр Блок «Да, скифы мы…» внес некоторый сумбур на давешнем Собрании акционеров).

Так что же «на выходе» у 20 000-летней истории? Вот господа Изенбек с Миролюбовым и нашли ответ. Велесова книга.

В 3–4 компьютерных «клика» вы выйдете на гигантский свиток сайтов, файлов, посвященных «Велесовой книге». С фанатами все ясно, но, что характерно, даже и «сомневающиеся», «дискутирующие» — выносят заголовки, анонсы, или же упаковывают в первые строки статей примерно следующее: «Велесова книга» — что это? Величайшее научное открытие — или величайшая мистификация? Еще бывает, «сомневающиеся» называют ее «гениальной подделкой».