– Конечно. Анонимки – не твой формат, ты предпочитаешь рубить правду в глаза, а не шептать исподтишка.
– Спасибо. Итак, остаются трое: доктор, акушерка и твоя соседка. Анонимки отправляет кто-то из них...
– Но зачем? – нахмурилась Келлар. – Какой смысл?
– А ты не хочешь это выяснить?
– Не хочу. Я запрещаю себе об этом думать. Мне кажется, что все нормально и это было в другой жизни или с другой женщиной. Я занимаю себя работой и обо всем забываю. А когда вспоминаю... Я виновата, Мэй, что не доверилась тебе сразу. Если бы ты отвезла меня в клинику, у меня не начались бы схватки за рулем и я не врезалась бы в ограду, и ребенок родился бы живым...
– Хорошо еще, что ты дотянула до клиники. Если бы ты попала в аварию на дороге, тебе некому было бы оказать помощь, и ты погибла бы тоже.
– Было время, когда я жалела о том, что меня спасли, – призналась Келлар. – И, чтобы не сойти с ума, я запретила себе вспоминать об этом. Я не хотела никому довериться, ни родителям, ни тебе. Я считала себя такой взрослой и самостоятельной в 17 лет. А потом корила себя за эту самонадеянность. И сейчас не хочу к этому возвращаться. Поэтому и стираю эти письма и блокирую все адреса анонимщика. Мне все равно, кто и зачем их пишет. Но они каждый раз срывают бинты, травмируя рану...
– Все еще открытую?
– Да, Мэй. Вот еще почему мне так неприятно лишний раз видеть его дочь: одним своим видом она напоминает мне о последствиях моей юношеской глупости. Лена родилась в тот же день, но у нее судьба совсем другая. У нее есть все, а она еще своевольничает и демонстрирует характер. Девчонке не помешало бы узнать, что не всем так везет в жизни. В отличие от нее, у моей дочери не было ничего, даже имени.
– Может, я за это возьмусь? – сочувственно посмотрела на нее Марджи. – Сама найду этого писаку и все из него вытрясу, зачем он пишет эти письма.
– Разве тебе тут мало работы?
– Смогу совмещать. Мне тяжело смотреть, как ты мучаешься! Кажется, я пришибу этого урода, когда найду! – эмоционально воскликнула Марджи.
– Тогда мне лучше все-таки тоже заняться поисками, – невесело улыбнулась Келлар, – а то с тебя станется осуществить угрозу, а мне потом придется лет пятнадцать носить тебе кофе и сигареты в тюрьму... И еще, пожалуй, ты права, политика страуса – это не выход. Лучше не бежать от прошлого, а встретиться с ним лицом к лицу, и сделать так, чтобы оно больше не наступало на пятки.
– Да и потом, – продолжала она, сходив к киберкухарю еще за двумя чашками кофе, – кто знает. Я была без сознания, когда меня принесли в клинику. О том, что случилось с ребенком, мне рассказал доктор, когда отошел наркоз. И мне даже не показали мою дочь...
– И ты думаешь, что аноним не лжет? – спросила Марджи.
– Есть такая вероятность. Я не обнадеживаю себя раньше времени, но рассматриваю все версии.
– Сразу видно знатока точных наук, – заметила Беркли.
Когда они курили на верхней палубе на специально отведенной для этого площадке, Марджи увидела на посадке у рейсового катера очень знакомую светловолосую девочку. Черная водолазка, красный жилет и очень смелая мини-юбка... "А что Лена здесь делает? И почему уезжает по-английски, стреляя глазками по сторонам?"
– Что ты там увидела? – спросила Келлар.
– Легка на помине... Лена только что села в катер до города.
– Она была здесь?! – Келлар развернулась к ней. Она мгновенно преобразилась. Мрачная от гнетущих воспоминаний женщина снова стала собой – энергичной, полной решительности и куража, с цепким взглядом. – Так-так-так! Мои предположения подтверждаются! Хеллегран велел мне как можно скорее найти источник утечки информации, но категорически запретил проверять его дочь; она у него всегда вне подозрений. А я потихоньку за ней присматриваю. Недавно я снова застукала ее в отцовском кабинете. Она вовсю скачивала файлы о "русалке"...
– О ком? – не поняла Марджи.
Линда осеклась, поняв, что ляпнула лишнее, но быстро нашлась:
– Да так, рабочее название одного засекреченного проекта, – она знала, что словосочетание "засекреченный проект" для подруги не пустой звук, а значит, и настаивать она не будет, но тему все же поспешила сменить: – А теперь она втайне приезжает на ОРКА... И как ты думаешь, зачем?!
Келлар так быстро зашагала к лифту, что Марджи еле поспевала за ней. "Да, ее спасает только работа. Настоящая перфекционистка. Любимое дело завладевает ею целиком. И это хорошо. Иначе ей было бы тяжелее справляться с воспоминаниями..."
***
В офисе Линда уже звонила Хеллеграну и договаривалась о встрече с ним и Леной. А Марджи тем временем еще раз обошла офис, проверяя, хорошо ли работает техника. Почему-то на ОРКА начались сотрясения, за неделю станцию "лихорадило" трижды, хотя раньше этот район сейсмически активным не был. "Надо ставить автономку. А то если тряхнет сильнее, напряжение скакнет, вся техника на ОРКА может гавкнуться, и у нас тоже все полетит. И отчего все-таки это происходит?.."
***
Интерлюдия. 17 лет назад.
На этих девушек все обращали внимание. Такие разные, как два полюса, но вместе с тем очень дружные. Тоненькая брюнетка аристократического вида и почти наголо остриженная крепышка, похожая на парня. Но многие лыжники им завидовали, и не только их дорогому снаряжению. Девушки катались на трассах для профессионалов и демонстрировали такое мастерство, что немногие решались повторить хотя бы один из их спусков.