«Крестоносцы» войны: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Успокойтесь! — сказал он. — Отправляйтесь спать.

— Не хочу спать!

— Эта дама — военный корреспондент, — предостерегающе сказал Уиллоуби. — Я вовсе не желаю, чтобы вы показывались при ней в таком виде.

— Пишет? — спросил Люмис. — В газетах? — Он призадумался. Потом помотал головой. — Я джентльмен, Уиллоуби!

— Ну, разумеется. А теперь идите спать.

— Эй ты, — Люмис помахал рукой арестованному. — Иди сюда! Мы с тобой попадем в газеты — ты и я! Как тебя зовут, черт подери? Фамилия! — гаркнул он во все горло.

Несчастный Пулэ стоял перед Карен. Его клетчатый жилет задрался на круглом животе, брюки пузырились на дрожащих коленях, редкие черные кудряшки вокруг розовой лысины взмокли от пота.

Иетс следил за выражением лица Карен. Вся сцена была до омерзения нелепа. Люмис, даже и трезвый, не сумел бы отличить коллаборациониста от телеграфного столба.

— Как вы арестовали его? — спросил Уиллоуби.

Люмис небрежно помахал рукой.

— Ах, пустяки, уверяю вас. Я только исполнил свой долг.

— Молодец! — сказал Крерар. — Действовать решительно и смело, да еще нализавшись…

— Кальвадос! — Люмис ударил себя в грудь. — Я всегда говорю, ежели не умеешь пить, то и не пей. Кальвадос развязывает язык. Стоит, понимаете ли, у стойки, говорит, говорит и заговаривается. Выдал себя с головой.

— Какая стойка? Где? — спросил Уиллоуби.

— В кафе! В деревне Валер! — Люмис повернулся к Пулэ и, грозно нахмурив брови, крикнул: — Признавайся!

Пулэ со свистом втянул в себя воздух и упал перед Карен на колени. Он быстро заговорил на местном диалекте, робко и просительно поглаживая ее башмаки.

— Вставай, эй, ты! — в бешенстве закричал Люмис. Он начинал смутно понимать, что спьяну сделал какую-то большую глупость.

Но Пулэ горько плакал и не вставал. Карен тщетно пыталась отойти от него — он крепко ухватился за ее ноги.

Иетсу стало стыдно. Не потому, что Пулэ стоял на коленях, и не потому, что Люмис был пьян. Что ж, человеческое достоинство ежедневно попирается на войне, и никто над этим не задумывается; да и Люмис, в сущности, неплохой парень. Иетса коробило только то, что все это происходило в присутствии Карен — постороннего зрителя. Он вдруг понял, что сам стал походить на людей, с которыми знался. У них не было иного мерила для своего поведения, кроме собственного же поведения, и потому они вообще перестали следить за собой. Не будь здесь Карен, паясничанье Люмиса только рассмешило бы его — и все.

Он резко схватил Пулэ за плечи и поднял его на ноги.

— Довольно хныкать, — сказал он по-французски. — Никто вас не тронет.

Пулэ искоса посмотрел на Иетса и высморкался. Если бы от него не пахло так сильно потом и скверным мылом, Иетс, пожалуй, даже почувствовал бы к нему участие.

Люмис несколько утратил свой воинственный пыл и обиженно молчал. Уиллоуби, видимо, был в нерешительности.

— Куда же я его дену? — сердито спросил Иетс. — Он мне не подведомствен.

На дороге показались солдат и женщина. Увидев офицеров, женщина побежала к ним, приминая траву деревянными башмаками. Иетс узнал солдата, шедшего за женщиной. Солдат отдал честь и сказал:

— Я пришел за мэром деревни Валер.

— Толачьян, — окликнул его Иетс, — вы знаете этого человека?

— Да, сэр. — Толачьян снял каску и вытер лоб. Густые седые волосы резко забелели над глубоко посаженными, черными, как вишни, глазами.

Невзирая на хмель в голове, Люмис догадался, что с приходом Толачьяна дело может принять дурной оборот.

— Кто велел тебе являться сюда? — спросил он хрипло. — Нечего тебе здесь делать. Ступай обратно!