В несколькия ярдах от них, воздух начал мерцать, пятнистое сияние в жемчужном очертании наконец обрело форму.
Темные кудри.
Яркие голубые глаза.
Безупречная кожа.
Губы в форме сердечка.
Розовые щечки, и великолепные белые крылья, распростертые за ее спиной.
Крылья.
Ангел.
Она вернулась домой.
"Ты видишь меня?" В отчаянии, он бросился к ней.
"Ты можешь видеть умерших?"
"О, да.
Я могу видеть тебя."
Когда он добрался до нее, то обнял и поднял на руки.
Он держался за ее, как никогда ни за кого не держался, кружа ее.
Ее, она была здесь.
С ним.
Никогда он не отпустит ее.
Ее голова откинулась назад и она беззаботно рассмеялась.
Этот смех…
.
.
как он умиротворял его душу.
"Оливия."
Отчаявшись вкусить ее, он смял ее губы своими.
Она охотно и пылко открыла их, и он вкушал поцелуй за поцелуем, наслаждаясь ею.
Тепло ее тела, сладость ее изгибов.
Его.
И только его.
"Аэрон.