— Их племя очень близко. Оно с ними говорит.
— Разве ты слышал голоса? — спросил Айронкестль.
— Нет, господин, не голоса, а знаки — на траве, на земле, на листьях и на воде…
— Откуда ты знаешь?
— Знаю, господин, потому что трава срезана с промежутками или же сплелась; потому что на земле проведены борозды; потому что листья подняты или сорваны так, как не делают животные, а на воде плавают перевитые ветки. Я все вижу, господин!
— А ты не знаешь, что это значит?
— Нет, господин! Я не знаю их знаков, но они думают только о том, как бы сделать нам зло. И те, кого мы взяли, становятся опасными для нас. Нужно их убить или пытать.
— Зачем их пытать?
— Чтобы они раскрыли свои тайны.
Айронкестль и его товарищи слушали с изумлением.
— Но что они могут сделать?
— Они могут помочь расставить для нас ловушки.
— Нужно только лучше следить за ними и связать их.
— Не знаю, господин. Даже связанные, они сумеют помочь своим.
— А если их пытать, они заговорят?
— Может быть, и заговорят… Один из них не так мужествен, как другие. Почему не попробовать? — простодушно спросил Курам. — А потом убить.
Белые не ответили, сознавая всю разность миросозерцания.
— Следует прислушиваться к мнению Курама, — задумчиво вымолвил Айронкестль, когда их проводник замолчал и удалился.
— Это очень смышленый в своем роде человек.
— Несомненно! — процедил Гютри. — Но что же нам делать? Его совет, в сущности, единственный разумный. Нужно бы их попытать, а затем убить.
— Вы не сделаете этого, Гютри! — с ужасом воскликнула Мюриэль.
— Нет, я этого не сделаю, но это следовало бы сделать, хотя бы только ради вас, Мюриэль. Это дьявольские гады, готовые на всякое злодеяние, преступный сброд, и вы можете быть уверены, что они-то не замедлили бы изжарить и скушать нас.
— Напрасная трата слов. Убивать их мы не станем, пытать тоже, — вмешался Айронкестль. — Кроме того, они и не смогли бы нам ничего рассказать… Как бы мы их поняли?
— Курам, может быть, понимает.
— Нет, он может только угадывать. А этого недостаточно.
— Вы правы, — сказал Филипп. — Мы их не уничтожим. Но что же с ними делать? Оставлять их здесь опасно.
— Ответ в вашем же вопросе. Освободить их, что ли?
— А нельзя ли, соединив нашу хитрость с хитростью негров, перехитрить их?
Айронкестль поднял брови и пристально посмотрел на Филиппа.
— Если говорят земля и вода, трава и листья, разве нельзя исказить эти знаки?