Перст Святого Петра: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

«То есть вы крупно разругались?»

«Это не моя вина».

«Дорогая девочка, — сказала я, — не имеет значения, кто был виноват. Сейчас мы говорим не об этом. В таком городке, как ваш, очень трудно что-либо утаить от людей. Все мигом обо всём узнают. Вы часто ссорились, а в то утро особенно рьяно, а ночью твой муж умирает при таинственных обстоятельствах. Это всё, или было что-то ещё?»

«Я не понимаю, тётя, что вы имеете в виду под «чем-то ещё».

«Только то, что я сказала, дорогая. Если ты сделала ещё какую-нибудь глупость, ради Бога, ничего не скрывай. Я хочу только одного, помочь тебе».

«Никто и ничто не поможет мне, кроме смерти», — в отчаянии вскричала Мэйбл.

«Ты должна верить в Провидение. Теперь я знаю, что ты рассказала мне ещё не всё». Я всегда, даже когда Мэйбл была ребенком, знала, скрывает она что-нибудь или нет, и умела добиться правды.

Оказалось, что в то утро Мэйбл отправилась к аптекарю, купила немного мышьяка и, конечно, расписалась за покупку. Ну и естественно, аптекарь начал болтать.

«Кто ваш врач?» — спросила я.

«Доктор Роулинсон».

Я знала его в лицо, Мэйбл как-то раз показала его мне. Это был дряхлый старик, и у меня достаточно жизненного опыта, чтобы верить в точность его диагнозов. Некоторые доктора — умные люди, другие — не очень, но в пятидесяти случаях из ста даже лучшие из них не знают, как вас лечить. Я одела шляпку и отправилась повидаться с доктором Роулинсоном. Он оказался именно таким, каким я его помнила, — милым, добродушным, рассеянным стариком, подслеповатым и тугим на ухо, и, к тому же, раздражительным и обидчивым. Стоило мне обмолвиться о смерти Годфри, как он пустился в пространные рассуждения о съедобных и несъедобных грибах. Доктор сообщил мне, что расспрашивал кухарку, и она сказала ему, что один или два гриба показались ей подозрительными, но коль скоро их доставили из лавки, она решила, что всё в порядке. Однако, чем дольше она раздумывала о грибах, тем больше убеждалась, что они были какие-то странные. Ещё доктор рассказал, что когда он пришел к больному, тот не мог глотать и умер через несколько минут после появления Роулинсона. Он выдал свидетельство о смерти об отравлении от ядовитых грибов, но в какой степени этот диагноз диктовался истинной уверенностью, а в какой — упрямством, я сказать не могу.

От доктора я отправилась домой и без обиняков спросила Мэйбл, зачем она покупала мышьяк. Должна же быть тому какая-то причина.

«Ты сделала это с какой-то целью?» — спросила я, Мэйбл разрыдалась.

«Я хотела умереть. Я была так несчастна, что подумывала свести счёты с жизнью».

«Мышьяк всё ещё у тебя?»

«Нет, я его выбросила».

«Что произошло, когда твоему мужу стало плохо? Он позвал тебя?»

«Нет, — покачала она головой, — он громко позвонил. Ему пришлось звонить несколько раз, пока, наконец, услышала Дороти, горничная. Та разбудила служанку, и они спустились вниз. Когда Дороти увидела Годфри, она очень испугалась. Он бредил. Оставив с ним кухарку, она бросилась за мной. Я сразу увидела, что он безнадёжен. К сожалению, Брюстер, которая ухаживала за старым мистером Денменом, была в отлучке и в доме не оказалось никого, кто бы знал, что делать. Я отправила Дороти за доктором, а кухарка и я остались с ним. Через несколько минут мне стало совсем невмоготу — это было так ужасно, — и я убежала в свою комнату и заперлась».

«Какое бездушие, — сказала я. — Такое поведение, несомненно, очень повредило тебе. Кухарка, конечно же, рассказывала об этом направо и налево. Какая жалость!»

Затем я поговорила со слугами. Кухарка принялась рассказывать мне о грибах, но я не могла больше о них слышать и попросила подробнее рассказать о той ночи. Обе показали, что их хозяин был уже в агонии, не мог пить и пытался что-то сказать, но это было только бессвязное бормотание.

«Что же он бормотал», — спросила я.

«О какой-то рыбе, так ведь, Дороти?» Дороти кивнула.

«Пакет рыбы, или какая-то чепуха в этом роде. Сразу было видно, что он не в себе».

Наконец, исчерпав все возможности, я отправилась поговорить с Брюстер. Это была измождённая женщина средних лет, пожалуй, ближе к пятидесяти.

«Какая жалость, что меня не было там в ту ночь, — сокрушалась она. — Пока не пришёл доктор, никто, похоже, и не пытался ничего сделать».

«Кажется, он бредил, — неуверенно сказала я. — Но ведь это не симптом отравления птомаином, не так ли?»

«Это зависит от многих факторов».

«Как чувствует себя ваш подопечный?»

«Он совсем плох».

«Слабость?»