Извиваясь в своей сбруе, он больно уцепился за меня.
— Спасибо, — пробормотал он, утирая лицо рукавом. Думаю, его вырвало.
Не сказав больше ни слова, он снова взялся за работу. Я бросил взгляд на его заплатки. Они были отличные, даже лучше моих. Но зато сомневаюсь, что он успел сделать столько же, сколько я; он слишком долго возится.
Я кивнул на прощание и полетел обратно на свое место. Точно паук, я торопливо лазал по борту корабля. Намазать, прижать, подождать, послушать, намазать, прижать, подождать, послушать. Я поспешил наверх за вторым ведерком клея. Разрывам, казалось, не будет конца.
— Ты моя девочка, — говорил я «Авроре», прижимая очередную заплату к ее шкуре. — Скоро ты будешь как новенькая. Вот увидишь.
— Поднимайтесь на борт! — заорал кто-то сверху.
— Я не закончил! — крикнул я в ответ.
— Неважно! Поднимайтесь на борт!
Я глянул вниз и увидел море, мутное и бесцветное в предрассветной мгле. Мы спустились ниже, чем когда — либо. До такой высоты мы обычно снижались только при заходе на посадку. Я подтянулся на руках по канату на спину корабля. После того как я проболтался столько времени невесомый, тело казалось тяжелым, будто каменным. Я скорчился, пытаясь отдышаться, глядя на остальных, бледных от изнеможения. Лунарди кивнул мне, слишком уставший, чтобы говорить.
Внутри, на осевом мостике, нас ждал мистер Риддихофф.
— Мы должны собрать пассажиров и раздать им спасательные жилеты, — сказал он. — Вы все делали это на учениях.
Только теперь это были не учения.
— Мы будем садиться на воду? — услышал я вопрос Лунарди.
— Мы потеряли слишком много гидрия, — ответил мистер Риддихофф, и лицо его было точно восковое. — Мы не сможем удержаться в воздухе.
— А земли поблизости нет? — пожелал узнать еще кто-то.
— Мы посреди Тихого океана. Пираты вынудили нас отклониться от курса. Ближайший по карте остров по меньшей мере в тысяча шестистах километрах отсюда. Это будет посадка на воду, джентльмены.
Больше говорить было нечего, и мы все разошлись, оставив свои страхи при себе. В воздухе я ничего не боюсь. Но от одной мысли, что мы упадем в море и вода затопит корабль, все во мне перевернулось. «Аврора» была моим домом, и казалось невозможным бросить ее посреди волн.
Я выпутался из страховочной сбруи и ремонтного пояса и заторопился назад, в пассажирский отсек. С каждым шагом, всеми своими чувствами я ощущал любое изменение в поведении корабля, каждое его движение отдавалось в моих ногах и в мозгу. В данный момент «Аврора» летела достаточно ровно, но, судя по комку в желудке и по тому, как закладывало уши, мы медленно, но верно теряли высоту. Надо поторапливаться.
Я взлетел по главной лестнице и пошел по коридору, стуча в двери, проверяя, все ли покинули свои каюты. Большинство пассажиров уже собрались в верхнем салоне, многие пили.
— Леди и джентльмены, — начал старший стюард, — капитан сообщил нам, что он будет сажать корабль на воду…
Я начал раздавать спасательные жилеты, стараясь не вслушиваться в конец сообщения и во встревоженные и перепуганные выкрики пассажиров. Я увидел на другом конце салона Кейт и мисс Симпкинс и начал продвигаться к ним. Кейт держала на коленях тетрадь — журнал дедушки, как я понял. Она была бледна и спокойна.
— Все в порядке? — тихо спросил я её.
— Конечно не все в порядке, — заявила мисс Симпкинс, сражаясь с завязками своего спасательного жилета. — Мы вот-вот окажемся на дне океана!
— Мы не утонем, мисс, — заверил я, помогая ей справиться с ремнями. — Машины и руль не пострадали, и ветер очень слабый. Капитан посадит корабль мягко, и все, что вам придется делать, — это перейти на спасательный плот. Мы обо всем позаботимся.
Хотел бы я, чтобы так и вышло. «Аврора» не была водонепроницаемой. Капитан Уолкен должен будет держать ее носом к ветру и планировать над поверхностью океана как можно дольше. Потому что, как только корабль коснется воды и та попадет внутрь, он перестанет слушаться команд. Он будет раскачиваться, кружиться, черпать все больше воды и начнет тонуть.
Я проверил спасательный жилет Кейт, убедился, что он правильно подогнан, и двинулся к следующей группе пассажиров.
— Вы еще вернетесь, правда? — спросила Кейт.
— Да. Вы в моей группе. Мы будем на одном плоту.
Рядом плакал маленький мальчик.
— Не бойся, — сказал я ему. — Наш капитан нас выручит. Я летаю с ним уже три года. Лучше капитана Уолкена не найти. Ему случалось бывать в переделках и похуже.