— Знаешь… — тяжело дыша, проговорил Брунс, — я бы многое… делал теперь по-другому… если бы… если бы не надо было умирать… Скотина я был… У меня же столько денег… столько денег… а я никогда не делал ничего… ничего хорошего… Сейчас уже поздно… Меня прокляли…
— Я все думал, что все это сказки…
— Я тоже… А теперь оказывается, что нет. После третьей мимозы… теперь уже нет спасения…
— Но я-то причем… без всяких мимоз?!..
— Ты попал… под проклятие… Глубокий вздох.
— Плохо я жил, Хеккер…
— У меня кружится голова… мистер Брунс…
— Не зови меня… Брунс… я — Герман Торн… Только я не живу под этим именем… Когда-то в Каире я ограбил судовую кассу… меня разыскивали… Теперь уже можно об этом сказать.
Тишина.
— Где те старые… добрые времена.
Феликс вошел без стука и быстро сказал двум остолбенело глядевшим на него мужчинам:
— Коротко, у меня нет времени. Скажите спасибо и не вздумайте выяснять, кто я. С вами ничего страшного. Проклятие — чушь. Сигареты отравлены, не курите их. Пейте побольше спиртного и черного кофе, и через два дня будете в полном порядке…
— Откуда… вы знаете?
— Ваши конкуренты по контрабанде отравили сигареты. Скорого вам выздоровления.
Феликс выскользнул в коридор и затворил за собою дверь.
Брунс, исхудавший, с покрытым желтыми пятнами лицом, ошарашенно глядел на дверь.
Потом он переглянулся с Хеккером. Приговоренных к смерти было двое, потому что и Хеккер был в жалком состоянии. Впавшие, окруженные темными тенями глаза. Но Хеккер уже схватил бутылку с виски и прижал ее к губам.
— Сволочи… — прошипел Брунс. — Это все англичане… Но они пожалеют… потому что, если только я и впрямь выздоровею, горе им… Эй! Дай-ка мне бутылку, ты, пропойца!
— Что? — довольно пыхтя, сказал Хеккер. — А я только что думал, что, если вы поправитесь, то станете преподавать в воскресной школе.
— Глупости! Я покажу им… сволочам… чего ты скалишь зубы?
— Я только… подумал. — Хеккер икнул. — Кстат-ти: не хотите спеть что-нибудь?
— Нет!
— Между прочим… из меня получится хороший секретарь…
— У меня нет секретаря. И никогда не будет!
— Но… может, вы еще передумаете, мистер Герман Торн…
Брунс почесал подбородок и тихо сказал:
— Что ж, не исключено, что он мне понадобится…
На следующей день в журнале Маркхейта было отмечено, помимо нескольких случаев малярии, два случая острого алкогольного отравления.
Глава 45
…Молодой человек, как тень, проскользнул по коридору. Перед дверью Мод часового не было… Может быть, инспектор все же решил им помочь?… Феликс постучал, а затем повернул ручку и вошел…