— Докладывайте!
— В порядке.
Слово «все» он, по своему обычаю, сэкономил.
— Где находились смененные с постов солдаты?
— Здесь.
И сейчас трое солдат вытянулись по стойке смирно при виде сержанта. На столе шашки, газеты, чай.
— Разводящий! Вы уверены, что никто из прошлой смены не покидал помещение?
— Уверен.
— Вы были здесь с ними?
— Так точно…
Сержант расстегнул верхнюю пуговицу кителя, чтобы не задохнуться от бешенства.
День выдался беспокойным. Не прошло и получаса, как вновь прозвучал голос начальника караула:
— …Zarm!
Это должно означать «aux armes» — «в ружье!». Вошел коренастый капитан.
— Все в порядке? Ну, тогда отдыхайте, ребята… Что это за ром? Напитки заграничного происхождения приносить запрещается…
— Это французский, mon commandant.
— Ну, ну… Проверим…
Он выпил для пробы с полстакана.
— Да, французский. Стало быть, английского рома у вас нет?
— Ни капли…
— Жаль. Ну, не беда… Где снаряжение караульных? А?
— Вот здесь их вещевые мешки и полевая форма. Капитан придирчиво осмотрел все вещевые мешки и вышел.
Никто не заметил, как он сунул что-то в вещи Альфонса. Все это происходило, пока мы стояли на посту.
В три часа ночи пришла наконец смена, и мы вернулись в караулку. Войдя, мы сразу же сбросили парадную форму и начали натягивать грубые полевые гимнастерки. — Погляди…
В своих вещах Альфонс нашел записку, к которой была приколота еще одна небольшая синяя бумажка.
«Немедленно приходите в „Рогатую Кошку“. Ч. Х.» Вторая бумажка была напечатана на машинке.
— Zarm!
Перед нами стоял сержант. Глаза его, словно две иглы, вонзились в нас, кончики усов были угрожающе задраны.
— Где вы были между сменами?
— В этой комнате.