— А нельзя ли мне последовать за ней? — спросил я.
— Нет. Через минуту… Да вы не беспокойтесь. Там ее встретит наш человек.
— Так там ваш сотрудник?
— Да нет, не сотрудник. Просто мы нашли человека, который отлично понял наши проблемы, и вторая кабина стоит у него на квартире. Он живет там, в двадцатом веке, но в силу своей специальности.
В этот момент в кабине показалась Алиса. Она вышла на сцену с видом человека, который отлично выполнил свой долг. Под мышкой она держала толстую старинную книгу.
— Вот видите… — сказал представитель института.
Зал дружно зааплодировал.
— Девочка, расскажи, что ты видела? — сказал лектор, не давая мне даже подойти к Алисе.
— Там очень интересно, — ответила она. — Бах! — и я в другой комнате. Там сидит за столом дядя и пишет что-то. Он меня спросил: “Ты, девочка, из двадцать первого века?” Я говорю, что наверно, только я наш век не считала, потому что еще плохо считаю, я хожу в детский сад, в среднюю группу. Дядя сказал, что очень приятно и что мне придется вернуться обратно. “Хочешь посмотреть, какая была Москва, когда твоего дедушки еще не было?” Я говорю, что хочу. И он мне показал. Очень удивительный и невысокий город. Потом я спросила, как его зовут, а он сказал, что Аркадий, и он писатель, и пишет фантастические книжки о будущем. Он, оказывается, не все придумывает, потому что к нему иногда приходят люди из нашего времени и все рассказывают. Только он не может об этом рассказать никому, потому что это страшный секрет. Он мне подарил свою книжку… А потом я вернулась.
Зал встретил рассказ Алисы бурными аплодисментами. А потом с места поднялся почтенный академик и сказал:
— Девочка, вы держите в руках уникальную книгу — первое издание фантастического романа “Пятна на Марсе”. Не могли бы вы подарить мне эту книгу? Вы все равно еще не умеете читать.
— Нет, — сказала Алиса. — Я скоро научусь и сама прочту…
Н.Томан
Среди погибших не значатся…
ПОВЕСТЬ
1. СТАРШИНА СПЕЦЛАГЕРЯ АЗАРОВ
Подполковник Бурсов с майором Огинским уже третьи сутки заперты в пустом бараке. Им известно, что это карантин и что во второй половине барака находятся младшие офицеры. Всех их привел сюда из эшелона военнопленных унтер-фельдфебель Крауз. Знают они и то, что в лагере этом одни только советские офицеры инженерных войск.
Их никто не допрашивает. Никто из лагерного начальства даже не заходит к ним. Лишь три раза в сутки с чисто немецкой пунктуальностью приносит пищу пожилой, неразговорчивый унтер-офицер.
Бурсов с Огинским по утрам делают зарядку, завтракают, потом молча лежат на нарах почти до самого обеда. А после обеда снова на нары.
Они наговорились дорогой, в эшелонах, пока везли их из-под Белгорода сначала на юг, а потом на юго-запад. Где они сейчас? Бурсов полагает, что где-то под Кировоградом.
А о чем говорили дорогой? Да и было ли то разговором? Бурсов спрашивал:
“Вы помните хоть что-нибудь?.. Как случилось все это?”
“Запомнилась только черная тень танка с крестом. А потом пламя перед глазами и мгновенное падение в бездну…” — с трудом выдавил из себя Огинский.
Вот и весь разговор.
Огинский очнулся раньше Бурсова, но, кажется, все еще не пришел в себя. И не потому только, что был тяжело контужен.
В какой-то мере Бурсов чувствует себя виновным, что Огинский разделил его участь… Нужно было настоять, чтобы уехал он в штаб инженерных войск армии, как только стало известно, что в ночь с четвертого на пятое июля начнется наступление немцев на Белгородском направлении Курской дуги.
А сам он на месте Огинского уехал бы разве в такой обстановке? Да и приказывать ему, офицеру штаба инженерных войск фронта, Бурсов не имел ведь никакого права…
Все это медленно, вперемежку со сценами боя, завязавшегося в седьмом часу утра, вспоминал тогда Бурсов, путая хронологию событий.
Наступление немцев на Курской дуге летом сорок третьего года ожидалось уже давно, и к нему хорошо подготовились. Дивизионный инженер Бурсов знал об этом не хуже командира своей дивизии. Но как только стало известно, что в ночь на пятое оно начнется наконец, он сразу же решил усилить полковых саперов старшего лейтенанта Сердюка лучшей ротой своего дивизионного саперного батальона. И выехал к нему с нею лично.
А откуда же взялся майор Огинский?.. Ах, да! Он ведь специально приехал к нему в дивизию в связи с экспериментом начальника инженерных войск армии.