Штурм Пика Сталина: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Мы обгоняем длинные караваны верблюдов. Особенно красивы кашгарские караваны: большие откормленные животные, разукрашенные коврами, наголовниками и султанами, идут мерным шагом, позвякивая бубенцами. Рослые кашгарцы шагают рядом по дороге. Впереди на ишаке едет караван – баши – начальник каравана, почтённый седобородый старик.

В ущелье, по которому идёт дорога, острым профилем вклинивается гребень скалы. На скале – силуэт часового. Это – Суфи-Курган, следующий после Гульчи военный пост.

За Суфи-Курганом ущелье расширяется. По обе стороны от шоссе, метрах в сорока, поднимаются отвесные каменистые террасы с причудливыми бастионами скал. Автомобиль идёт как бы по дну огромной траншеи.

Ещё несколько десятков километров, и ущелье превращается в широкую, покрытую травой горную поляну. Это Ак-Босага или Ольгин луг. На Ольгином лугу – место привала караванов. По обе стороны дороги на протяжении нескольких километров поляна заставлена рядами вьюков. Они закреплены на деревянных станках, имеющих форму крутой крыши. Такой вьюк Можно целиком положить на спину верблюда. Огромная поляна – вся в медленном, размеренном движении. Тысячи разгруженных верблюдов величаво и неуклюже шагают, двигаясь по большим кругам, – это погонщики выводят животных, чтобы дать им остыть перед ночным отдыхом. Утром с поразительной быстротой и сноровкой они погрузят тюки на двугорбые спины и поведут свои караваны дальше, к следующему привалу.

В Ак-Босаге мы ночуем, раскинув свои палатки рядом с базой Памирстроя.

Из Ак-Босаги начинается подъем на перевал Талдык, лежащий в Алайском хребте.

Автомобиль медленно ползёт вверх по зигзагам дороги, поднимается на перевальную точку.

Высота перевала – 3 626 метров над уровнем моря.

По обе стороны шоссе – неисчислимое количество сурков. Жирные яркорыжие зверьки, завидя автомобиль, поспешно бегут к своим норам. У входа в нору – короткая борьба любопытства и страха. Страх побеждает, и зверёк исчезает, как бы проваливаясь сквозь землю.

После Талдыка дорога входит в узкое ущелье. Несколько времени мы едем между отвесными склонами гор, и затем внезапно перед нами раскрывается двадцатикилометровая ширь Алайской долины, обрамлённой снеговыми гигантами Заалайского хребта.

В ясную погоду это зрелище незабываемо по своей грандиозности. Шести – семикилометровые вершины встают прямо над долиной сплошным сверкающим барьером с востока на запад, насколько хватает глаз. Это скопище снежных пиков, глетчеров, фирновых полей как-то даже смущает своей безудержной расточительностью.

Мы пересекаем долину. Река Кызыл-Су – «красная вода» – течёт по ней извилистыми руслами. Вода в реке действительно кирпично-красного цвета. Пронзительный ветер дует, как обычно, вдоль Алайской долины. Приходится надеть полушубки. { Мы проезжаем мимо колонны тракторов, работающих над прокладкой дороги.

Шоссе входит в предгорья Заалая, в ущелье, соединяющее Алай с долиной Маркан-Су. У подножья холма – небольшая казарма: пограничная застава Бордоба. Возле неё – несколько палаток одного из отрядов нашей экспедиции и юрты, в которых живут рабочие Памирстроя.

Нас встречает помначальника заставы Синюков, молодой краском, чёткий, красивый, подтянутый. У него на груди – значок ГТО. Этот значок я вижу также у многих бойцов. Здесь, на высоте 3 600 метров, где мы начинаем ощущать действие высоты, пограничники сдают нормы по комплексу ГТО.

В уютной комнате комсостава – чисто накрытый стол. Катюша, жена Синюкова, угощает колбасой из архаров – горных козлов. Эта колбаса – приготовления собственной колбасной мастерской – гордость пограничной заставы.

Из Бордобы мы должны идти походом по Алайской долине в Алтын-Мазар. Но из Ленинграда не прибыл ещё альпинист Шиянов с метеорологическим самописцем, который будет установлен на пике Сталина. В нашем распоряжении несколько дней. Мы прощаемся с гостеприимными бордобинцами и едем дальше, на Памир, к Кара-Кулю и в Мургаб.

За заставой дорога пересекает бурную речку и входит в горы. Начинается крутой подъем по узкому ущелью. Стрелка анероида медленно скользит по шкале: 3500 метров – 3700 метров – 3 900 метров. Автомобиль хрипит и задыхается. Сеня Тюряев, наш шофёр, вылезает у каждого ручья из машины, набирает воду и доливает радиатор. Мы пользуемся этими остановками, тоже вылезаем и делаем снимки. Наши движения становятся все медленнее и медленнее. Высота даёт себя знать. Воздуха не хватает. Малейшее усилие вызывает одышку. И когда стрелка анероида переваливает за 4 тысячи метров, мы начинаем двигаться, как в замедленной съёмке в кино.

Пейзаж по обе стороны дороги неправдоподобен. Обнажённые каменистые горы поражают яркой расцветкой скал – бурой, красной, зеленой. Такой же окраски и реки, несущие частицы размытых пород. Справа от дороги ярко – зелёная малахитовая река сливается с красной. Зелёный цвет побеждает. Красный поток на месте слияния точно обрезан ножом. Не меняя окраски, зелёная река продолжает своё течение.

Крутыми серпантинами дорога ползёт на перевал Кызыл-Арт. По краям дороги – скелеты верблюдов, павших в борьбе с высотой и непосильным грузом. Тарахтит мотор, воют шестерни. 4100 метров, 4200 метров, 4300 метров. Мы – на перевале. Он отмечен могильным холмом. На холме – черепа архаров с большими загнутыми рогами, к ним привязаны ленточки, тряпки и хвосты яков. По обе стороны дороги – крутые отвесы голых скал.

С трудом переводя дыхание, мы выходим из машины. В висках стучит, череп сжат железными тисками.

В расселинах камней растут жёсткие цветы – ярко-жёлтые, голубые, синие, с пряным, тяжёлым ароматом.

Перевал Кызыл-Арт – граница Киргизии и Таджикистана – один из двух перевалов в Заалайском хребте, ведущих из Алайской долины на Памир. Мы стоим у северного рубежа этого величайшего нагорья, этой «крыши мира», охваченной квадратом снеговых хребтов – Заалайским с севера. Академии наук – с запада, Гиндукушем – с юга, Кашгарскими горами – с востока.

В самом сердце Евразия лежит Памир, словно голова гигантского спрута, от которого во все стороны щупальцами разбегаются горные цепи. Хребет Каракорум соединяет его с горами:

Тибета, с Гималаями и горами Индокитая, Алайский хребет – с системой Тянь – Шаня; Кунь-Лунь тянется от него на восток, цепь Гиндукуша отходит к юго – западу в Афганистан.

Все грандиозно в этом грандиозном горном узле. Нагорье Памира лежит на высоте 4 тысяч метров и только в южной своей части спускается до 2500 метров.

Самая высокая вершина Памира Музтаг-Ата, расположенная на китайской территории, имеет 7 750 метров, сбросы – продукты: разрушения – западной части Памирского нагорья образуют в Дарвазе пласт толщиной в 5 километров.

В ледниках Памира берут начало реки, текущие в Китай и в собственно Таджикистан. Сары Кольский хребет, идущий с севера на юг, образует водораздельную ось Памирского нагорья.

Маркан-Су и Гез текут к востоку, сливаясь на китайской территории и образуя Кашгар-Дарью. Голубая лента Вахан-Дарьи окаймляет Памир с юга. Вахан – Дарья даёт начало величайшей водной артерии Средней Азии – Аму-Дарье, называемой в верхнем своём течении Пянджем. Вахан-Дарья получает это название после впадения в неё реки Памир. Ниже Памира Пяндж принимает в себя стекающиеся с западных склонов южного Памира Гарма-Чешму, Гунт и Бартанг.

Из северо-западного угла Памирского нагорья вытекает образованная слиянием Сельдары, Коинды и Саук-Сая Муксу. Сливаясь с Кызыл-Су, она образует Сурхоб, который, после слияния с Хингоу, получает название Вахш. Вахт пересекает весь Таджикистан с северо-востока на юго-запад и впадает в Пяндж вблизи границы Узбекистана.

Теории о древнем происхождении Памирского нагорья опровергнуты исследованиями последних лет. Памир молод. Совсем недавно – геологически недавно, всего несколько миллионов лет тому назад, – вздыбили космические судороги земную кору складками памирских хребтов. Памир встал со дна моря, простиравшегося от Каспия до границ Монгольской пустыни.