Скандинавский детектив: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Входите, пожалуйста.

Миновав полутемный холл, мы очутились в большой мрачной комнате с массивной ренессансной мебелью и тяжелыми портьерами на окнах. На стенах деревянные панели, стулья с высокими спинками обиты золотистой кожей. У огромного окна — длинный сундук, покрытый зеленым бархатом, на нем большая оловянная ваза со свежими цветами.

Над резным сервантом — громадное полотно в багетной раме. Сюжет, вдохновивший старого голландского мастера XVII века, был более чем жуткий: нагая девушка, юная, прелестная, как роза, свежая, как парное молоко, сидела, улыбаясь черепу, который держала в руке. Улыбка девушки и белый оскал черепа являли отталкивающий, но колдовской контраст, и меня неудержимо потянуло подойти к картине, на удивление ярко освещавшей сумрачную комнату, куда темные портьеры не впустили утренний свет. Подойдя ближе, я обнаружил новый персонаж: на заднем плане выглядывал из-за дерева сам дьявол. Он смотрел на девушку с гнусной ухмылкой.

— Мрачно, однако, впечатляет, — послышался за спиной голос комиссара. Несколько секунд он со странной усмешкой разглядывал полотно.

— Вы служите у директора Леслера, верно? — неожиданно обратился он к женщине, вошедшей в комнату следом за нами.

Она кивнула и, машинально отведя со лба прядь растрепанных волос, тихо сказала:

— Я горничная.

Комиссар смотрел на нее сочувственно и вместе с тем испытующе.

— Как ни прискорбно, должен сообщить вам, что с директором Леслером случилось несчастье, его больше нет в живых, — наконец сказал он.

Женщина оцепенело глядела прямо перед собой, потом опустилась на стул и заплакала. Веспер Юнсон сделал знак полицейскому в форме, тот подошел к ней и встал рядом. Сам он поспешно пересек комнату и скрылся за раздвижной дверью в соседнее помещение. Полицейский фотограф медленно двинулся следом.

Я стоял в нерешительности, чувствуя себя совсем лишним, как вдруг мой взгляд упал на дверь в торцовой стене — там была лестница наверх. Когда шеф уголовной полиции вернулся, я обратил его внимание на это.

— Похоже, там еще один этаж.

Он кивнул и тотчас направился к лестнице. Я поспешил за ним.

Мы очутились в небольшом светлом холле, обставленном современной мебелью: тонконогий овальный столик, вокруг легкие кресла. На розовых стенах картины. Одна из них меня внезапно заинтересовала. Это был вариант «Прислужников смерти» Дарделя.

Невольно напрашивался вывод, что хозяин отличался весьма мрачными вкусами. Судя по всему, мысль о смерти посещала его с давних пор. Неужели он предчувствовал свою внезапную кончину?

Странный царапающий звук заставил меня повернуть голову. Приоткрытая дверь. Не оттуда ли доносится этот звук? Я на цыпочках шмыгнул к двери, но комиссар, опередив меня, распахнул створки. И мы оба замерли на пороге.

В большой красивой комнате нам предстала третья картина на тот же мрачный сюжет. Только на сей раз, она была реальностью. На блестящем паркете лежал худощавый, светловолосый, весьма элегантно одетый молодой мужчина. А на груди у него расплылось большое красное пятно.

ПРОПАВШИЙ СТАКАН

Веспер Юнсон опустился на колени, тронул бледную руку и пробормотал:

— Мертвый.

Потом осторожно расстегнул пиджак покойного. Белая шелковая рубашка на левом боку была вся в свернувшейся крови. Стекая под спину, кровь насквозь пропитала одежду и лужей темнела на паркете. Спереди, посредине багрового пятна — черная дыра, окаймленная кольцом темных пятнышек.

— Выстрел в упор? — предположил я.

Комиссар кивнул, натянул тонкие перчатки и достал из кармана покойного бумажник мягкой коричневой кожи. Ловкие пальцы привычно перебрали содержимое. Мятая купюра, пачка закладных, несколько квитанций и водительские права в изящном кожаном футляре. Веспер Юнсон взглянул на права и присвистнул.

— То-то мне показалось, что я его знаю, — буркнул он.

— Кто это? — спросил я.

— Гилберт Леслер, — вздохнул он и в пояснение добавил: — Единственный сын и известный гуляка.

Я пристально взглянул на покойного. Белесые брови, лоб в неглубоких морщинах, светлые волнистые волосы, уже чуть поредевшие, крупный горбатый нос. Рот маленький и до странности вялый, подбородок круглый, незначительный. Вокруг рта и глаз — сетка тонких морщинок, отчего он казался старше своих лет. Я отметил легкую смазанность черт, которая не слишком сочеталась с дерзким орлиным носом. Модный костюм от хорошего портного, броский галстук и элегантные замшевые туфли дополняли картину — типичный сынок богача, с неистощимым упорством транжирящий отцовские денежки и собственное здоровье.

— По-моему, я его как-то раз видел, — сказал я. — В Фальстербу, кажется.

— О нем много писали в светской хронике, — заметил Юнсон, сунул бумажник обратно в карман покойника, встал и огляделся.

Мы находились в гостиной. Комната очень большая, метров пятнадцать в длину — от одной стены дома до другой. По обоим торцам — огромные окна, закрытые зеленью. В углу — камин из неоштукатуренного кирпича. Закругленные диваны, прекрасной работы столики и мягкие кресла. Посредине — коричневый рояль на прозрачных ножках. На кремовых стенах целая армия модернистов в пронзительных красках и диковинных форм. С потолка свешивались две хрустальные венецианские люстры.