— Ничего.
— Ты действительно в порядке? Когда Энн описала этого человека, тебя будто стукнуло.
— Слушай, со мной все нормально. Ясно?
Ее синие глаза смотрели на меня с обидой. Я в самом деле вел себя как хам.
— Извини, Сара. Это и в самом деле глупо. Я не верю ни на секунду, что кто-то к ним заглядывал…
— Но?
— Но по описанию это мог быть мой отец.
— Это невозможно. Он не мог проследить за тобой всю…
— Знаю, что невозможно. Но меня это потрясло, вот и все. Сара, твои родители на тебя напали. И я не могу стряхнуть с себя чувство, что мои следуют за мной. Понимаешь, они убили моего брата.
В первый раз я вслух признал, что мама и папа убили Джона. Теперь я это знал. Да, они его убили. И все равно от этих слов было больно.
— Ник, прости меня. Пойдем в дом. Я сделаю кофе… Ник! Ты куда. Ник? Ради Бога, осторожней!
Позади коттеджа было строение под шиферной крышей — крутой, но забраться можно. Я подтянулся и встал, твердо поставив нога на скаты крыши.
Когда я выпрямился, в шести футах от меня был коттедж — и я глядел в спальню Вики и Энн. Они прибирали кровать, когда увидели меня.
Вопль был пронзителен.
— А, блин! Вики! Энн! Это я. Ник! Тихо! ТИХО, Я СКАЗАЛ!
Это помогло. Я соскользнул на землю, где стояла и ждала Сара.
Она кивнула:
— Кто-то мог заглянуть.
— Это возможно.
— Куда ты?
— Хочу оглядеться вокруг. В сарае есть топор, я его возьму. Ты запрись в коттедже. Я вернусь через полчаса.
— Двадцать минут. Если ты к тому времени не вернешься, я сажаю Энн и Вики в машину и уезжаю.
Я взял топор и пошел по спирали вокруг коттеджа. Ни хрена, кроме деревьев. Их качал ветер, и здоровенные порции воды лупили меня по голове.
Я видел кроликов, птиц, деревья, много деревьев, мили и мили этих чертовых деревьев, но ничего, похожего на человека. Через двадцать минут я вернулся к коттеджу.
Сестры Хейес сидели в машине.
— Значит, ты ждала меня, Сара?
— Мы собирались дать тебе еще пять минут. Есть что-нибудь?
— Ничего. Пойдем в дом, надо что-нибудь поесть.
Я знал, что это был бзик — бегать по лесам в поисках папы. Никого там не было. Вики и Энн померещилось.
Потом мы мало что делали. Дождь кончился, так что я проверил «сегуна» и залил в бак горючее из канистры. В какой-то момент Сара вышла из дому и стала смотреть на меня, скрестив руки на груди, и ее длинные волосы развевал ветер.