— Разве ты не понимаешь, насколько это лучше того, что я планировал? Взяться за дело Эллиота — это все равно что поставить в центре города рекламный щит с надписью: «Я вернулся», сделанной большими неоновыми буквами!
— Да, но одно это дело потребует таких усилий…
— Лорна, со мной все в порядке, я готов к работе. Вообще-то я думал, что тебя эта новость обрадует. Впервые за целый год мы начнем зарабатывать деньги.
— Меня не деньги волнуют. Мне нужна уверенность в том, что у тебя все хорошо.
— Лучше, чем просто хорошо. Я в восторге. Чувствую себя как человек, которому вернули его заветный талисман. Так что не старайся притормозить меня.
Некоторое время мы молча смотрели друг другу в глаза, потом ее строгое лицо расплылось словно бы нехотя в улыбке.
— Ладно. Поезжай, покажи им, на что ты способен.
— Да уж будь спокойна. Покажу.
Какие бы заверения ни дал я Лорне, однако, идя по переходу, соединявшему офисное здание с гаражом, я думал о том, что работу на себя взвалил непомерную. Я успел забыть, что оставил свой «линкольн» на пятом этаже, — в результате, прежде чем я его отыскал, мне пришлось подняться по трем пандусам. Я открыл багажник и запихнул стопку папок в сумку.
Сумка эта была своего рода гибридом, купленным мной в магазине «Город чемоданов» в то время, когда я начал обдумывать свое возвращение в бизнес. Ее можно было носить как рюкзачок или как портфель — в те дни, когда я ощущал себя достаточно сильным. Но при этом у нее имелись колесики и выдвижная ручка, так что, когда силы меня покидали, я мог катить ее за собой.
В последнее время «сильные» дни намного превосходили числом «слабые», и я, пожалуй, мог бы заменить эту сумку традиционным адвокатским кейсом. Однако на ней имелась также фирменная бирка — гребень горы с похожей на эмблему «Голливуд» надписью «Город чемоданов», над которой шарили по небу лучи прожекторов, символ мечты и надежды. Думаю, из-за этой бирки сумка мне и понравилась. Дело в том, что я понимал: «Город чемоданов» — это не просто название магазина. Это название самого города. Лос-Анджелеса.
Лос-Анджелес принадлежит к числу городов, жители которых происходят родом откуда-то еще. Людей влечет сюда мечта — или попытка сбежать от кошмара. Говоря фигурально, буквально, метафорически, каждый, кто живет в Лос-Анджелесе, держит наготове упакованный чемодан. Просто на всякий случай.
Я закрыл багажник и испуганно вздрогнул, увидев неизвестно откуда возникшего рядом с машиной человека.
— Мистер Хэллер, я сотрудник «Таймс». Не согласитесь ли вы поговорить со мной о деле Джерри Винсента?
Я покачал головой:
— О деле мне ничего не известно.
— Однако все его клиенты перешли к вам, верно?
— Кто вам это сказал?
— У нашего судебного репортера имеется копия распоряжения, подписанного судьей Холдер. Винсент выбрал вас сам? Вы с ним были близкими друзьями?
Я открыл дверцу машины.
— Слушайте, а как вас зовут?
— Джек Макевой. Я служил одно время в полиции, патрульным.
— Рад за вас, Джек. Но говорить с вами об этом я сейчас не могу. Если хотите, дайте мне вашу визитку, я позвоню вам, когда у меня будет что сказать.
Визитку он мне не дал. Просто облокотился о крышу «линкольна» и сказал:
— Я думал, мы сможем договориться. У меня хорошие связи в Управлении полиции, у вас — в суде. Вы рассказываете мне о том, что стало известно вам, я вам — о том, что стало известно мне. Сдается, это будет крупное дело.
— Так есть у вас визитная карточка?
На этот раз он достал из кармана визитку и протянул ее мне:
— Ну что, договорились?
Я повел рукой, прося его отойти в сторонку, захлопнул дверцу, включил двигатель. И, уже выезжая на пандус, услышал, как он крикнул мне вслед:
— Эй, Хэллер, мне нравится надпись на вашем номере.